Проклятие демона

Моя Адель

— Адель? — папа вопросительно посмотрел. — Все нормально?

— Да, — быстро киваю и поднимаюсь из-за стола, пытаясь сообразить, как вырулить всю эту ситуацию. Да, так чтобы родители ничего не поняли, и Альтазар не заявился. Как-то не хочется проверять его на слабо. — Я спать! — крепко держу телефон, словно уронить боюсь.

— Уже? — мама встревоженно кинула взгляд.

— Устала сегодня, — нервно вздыхаю, а сама удаляюсь в комнату.

— Адель? — Лили нахмурилась, будто что-то заподозрила, но думаю это блеф сестры.

— Увидимся за завтраком, — быстро бегу к себе, а ноги подкашиваются.

Перечитываю сообщения, и понятия не имею, что ответить ему в ответ. Не могу поверить, что он оказался таким же деспотом, как все остальные демоны. И почему я решила, что вешаясь ему на шею, легко сойдет мне с рук.

— «Адель!» — словно услышала, как он прорычал. Кинуло в жар от страха.

— «Встретимся через десять минут на перекрестке, на Авеню, у магазина Санта Клауса», — он здесь один, не перепутает. Тем более буду, не под домашнем куполом, в крайнем случае, почует. А как он говорит прыгать обратно, то я даже не знаю, где я была. Куда прыгать?

В ответ тишина, что немного успокоило. Снимаю жутко невыносимую кофту и бросаю в угол. Сажусь на кровать и пытаюсь сообразить, как выйти из дома, когда время тикает к десяти. За окном, холодно и темно, родные не поймут внезапной ночной прогулки. Тем более одной!

Десять минут это не так много, а я ещё не рассчитала с дорогой до перекрестка. Хватаю листок бумаги и пишу: «Лили прикрой! После всё расскажу!» Остается только подкинуть ей в комнату и смыться по-тихому. И да, надеется, что она не будет вредничать.

Первый попавшийся свитер через голову. Куртку, ботинки в руки и на носочках выхожу. Все всё ещё сидят за столом, папа что-то рассказывает, мама и сестры смеются. Видимо что-то забавное, жаль, что мне сейчас не до этого и очень хорошо, что им не до меня.

Записка на месте, я на выход через задний двор. Не помню, чтобы я себя когда-то так вела. Быстро ныряю в ботинки и куртку. Благо, что калитка не запирается на замки. Поселок у нас спокойный, да и к нам никто не сунется. Все знают в деле, разъярённого мага — Джона Сильвера.

Сначала быстрыми шагами, потом легким бегом. Неужели меня действительно испугал демон? Хочу предугадать его действия; боль, жестокость, унижение? А что ещё можно ожидать от кучки темных паразитов, которые выползли из ада в наш мир? «Если он такой паразит, какого лешего ты к нему лезла?» — внутренний голос укоряет и винит меня саму во всех моих грехах. Хотела бы сказать, что это совсем не так. Но сколько бы не было сопротивления в душе, наступая на грабли, сердце верит в чудеса. Неприятно, но и я попалась в сети темного. Страшно. Но даже сейчас иду навстречу и надеюсь на что-то светлое и приятное с его стороны. Откуда столько наивности и веры в него? И ни капли меня не задевают его угрозы. Это влюбленность или это бесстрашие в последние дни моей жизни?

Резкий и глухой звук раздался над головой. Молниеносно что-то черное мелькнуло надо мной. Сердце упало в пятки от демонских штучек.

— Альтазар, — с уверенностью, всеми силами подавляю испуг.

Смотрю в небо, но кроме темных туч ничего не вижу. Берет озноб, мурашки табуном бегут по коже. Снова над головой пронеслось, но уже не так быстро. Демон расправил алые крылья и приземлился в десяти шагах от меня. Босиком и по пояс обнаженный, словно выпрыгнул из ядра земли. Злые глаза сверкнули зеленым оттенком, угольно-черный волос растрепан, брови нахмурены и злобная улыбка. Жутко стало, от вспыхнувшего собственного желания подойти к нему. Встреть я его до того приема, бежала не оглядываясь.

— Адель, — промурлыкал дьявольской улыбкой. — С чего вдруг решила, что тебя спасет магическая защита?

— По сей день спасала, — стою, как вкопанная. Руки и ноги дрожат, толи от холода, толи от нервов. — Альтазар, будь честен. С чего вдруг такой нездоровый интерес? — поднимает нервно бровь, глаза злее. — Я понять не могу, все это время ты мне доказывал свое равнодушие, свое безразличие. А тут тебя обидел мой уход, так я вообще думала, что оставил меня, чтобы я просто тихо сама ушла… — и тут мне стало обидно, за саму себя. И злость демона стала интересовать меньше всего.

— Моя Адель, — прорычал и бурей двинулся на меня. Невидимая и горячая волна пронзила насквозь. Разбег в два шага, взмах крыльев и в одно мгновение подлетел ко мне. Не успела и глубоко вздохнуть, как демон подхватил, и мы словно пробивая пространство, врезаемся во что-то.

— Альтазар, черт! — взываю от боли. Ощущение, словно меня за ноги подняли и со всего размаху головой об асфальт. Не могу перевести дыхание, задыхаюсь. Скручиваюсь, не могу перестать ощущать невыносимо долгие секунды мучения. Что это такое? Вижу под собой бежевый плед, я снова на кровати Альтазара. Должно быть мягко, почему удар был таким… почти смертельным? Или это очередной приступ, который с каждым разом набирает обороты. Когда-то же это должно пройти. Когда? Неужели только смерть меня избавит от этого?

— Адель, — звонко пронзающий голос Альтазара, причиняющий худшую боль. — Открой глаза!

— Замолчи! — не слышу собственного голоса, кричу мысленно. Становится горячо. Жаром расплывается что-то непонятное в голове. Мозги, словно начинают, плавятся, вот-вот и…

***

Тепло и приятно. Мужской запах, так приятно щекочет нос. Я в объятьях Альтазара и так мне это нравится. Отчетливо помню, что, только что произошло, если это было только что. Потому, что такое чувство, что это было не со мной. Совсем с другой Адель, а я просто проводник, который только прочувствовал все ощущения невыносимой боли.

— Привет зеленоглазый, — не могу скрыть улыбки, которая наверно выдает меня и мои чувства к нему.

— Что за патология, Адель? — смотрит в глаза, требующие.

— Всё прошло. Твоих рук? — прижимаюсь щекой к его горячей груди.

— Такая мощь от тебя просачивается и в тоже время слабость, что-то выбивает из жизненной колеи. Может, поведаешь, кому ты душу продала? — с чего вдруг он взял, что тут продажа души?

— Никому… — в любом случае, знать ему всей правды не обязательно. По крайней мере не сейчас, не сегодня.

— Чем-то же она запечатана, её не вылечить, её не успокоить. В объятьях боли, заложник собственных сил.

— Но у тебя же получилось, — глубоко и отчаянно вздыхаю. Ползу выше и носом утыкаюсь в шею, вдыхаю его запах и понимаю, что я снова в плену собственных желаниях.

— Вытащить твою душу из адской мясорубки для смертных… каков твой срок? — резко уложил меня на лопатки и навис надо мной.

— Тише, — приподнимаюсь и сама впиваюсь в его губы. — Альтазар, поверь, тебя настолько не хватит, — нервно улыбаюсь, а самой жутко хочется расплакаться. — Вы демоны непостоянны и чувство любви вам чуждо. Так давай не будем лезть в мою и так больную душу… — ещё чуть-чуть, ещё одно слово и я разревусь. Только бы он не налегал на откровения, не такой слабой я хочу казаться в его глазах. Для него это просто провести время со мной, а я уже не могу отвязаться от мысли, что мир приобрел яркие краски, только после встречи с ним.

— Надеюсь, твоя жертва того стоила, — нежно покусывая ухо, спустился к мочке. А я с большим трудом, глотаю комок в горле и слёзы, которые предательски наворачиваются. Я правильно поняла, он только что проявил уважение моему выбору?

— Не думаю, что в старости я кому-то буду нужна, — машинально глубоко вздыхаю и наверно скорее больше себя успокаиваю; умрешь молодой, и запомнят молодой.

— Откуда тогда чувство сожаления, Адель? — вытряхивает меня из свитера, всматриваясь в мокрые глаза.

— Человеческая слабость, — смеюсь сквозь выступившие слёзы. — Не хочется верить в близкий конец… — быстро вытираю и смеюсь.

— Так не верь! — продолжает меня раздевать, а я только и делаю, что снова начинаю его смущаться. — Как часто тебя посещает Властелин твоей души? — присасывается к соску.

— Никогда, — со стоном выдавливаю.

— Хочу тебе верить, Адель, — прикусывает до боли.

— Не вижу смысла лгать, — зажмуриваю глаза, но не сопротивляюсь. — Альтазар, — с болью процеживаю.

Впивается в губы и медленно упирается эрекцией в промежность. Страстно, грубо кусает и языком лавирует у меня во рту. Его ладони приятно сжимают грудь. Мышцы живота начинают скручивать, непонятно ныть. Вроде не хочется больше ощущать ту боль, что была при первом заходе. Но чувствую его у края, тело само подается, чтобы тот немедленно вошел. Дышать становится тяжело, трудно понять самой, чего больше нужно.

— Не томи, — шепчу, знаю, что процесс неизбежен.

— Повтори, — лукаво, усмехнулся у моих губ. А я молчу, обвивая его шею руками. Как же невыносимо приятно, кажется, что мне его мало. Его сдержанная сила, его тяжелый взгляд, сногсшибательный запах, шепот и всего этого хочется, больше и больше. Внутри все горит, дрожит, чувствуя его прикосновения, лоно зудит от желания. — Моя Адель, — не дождавшись ответа, проникает в меня, застывая в конце на какое-то мгновение. И проделывает это снова и снова.

— Да, — на выдохе. Не чувствую под собой ложе, словно в свободном полете. Ощущения яркими красками, рисуют в моем сознании, открывая новое удовольствие. — Альтазар, — подаюсь вперед, требуя больше страсти.

Демон лукаво сверкнул зелеными глазами, поднял мои ноги себе на плечи, проникая глубже. Не могу молча лежать, начинаю отчетливо слышать свой стон, от которого сама прихожу в экстаз. Каждый его удар в конец, как новая волна наслаждения, от которой невозможно отказаться.

— Тише, — шепнул, нависая надо мной, а меня это только хуже разжигает. — Адель, — хрипло простонал. Несколько жестких ударов и понимаю, что все удовольствие переходит в перво-исходящую боль.

— Не могу, — мотнула головой. Но тот, будто не слышит. Тяжело дыша, продолжает ускорять усиленный темп. — Альтазар, — задыхаясь, простонала, так как шевельнуться под ним не могу. Стараюсь не напрягать мышцы, стараюсь дышать, но ничего не помогает. Демон в своем азарте получает удовольствие, совершенно не обращает внимания на мое состояние.

Не знаю, сколько пришлось терпеть, каждый второй раз молилась, что последний. И вот наконец тот упирается в конец, несколько раз вздрагивает, подталкивая его глубже в меня. Это финиш, от которого никак не могу прийти в себя, болью скручивает все мышцы.