Глава 13
Кортни уже несколько часов лежала и глядела на звезды. Потом перевернулась и стала смотреть на угасающий огонь. Наверное, скоро полночь, подумалось ей.
Она успокоилась. Чандос больше не прикасался к ней и даже не приближался, если не считать того раза, когда он принес ей миску с едой. Он и не разговаривал, но наверняка потому, что решил, что больше ничего говорить и не надо. Мерзавец! Какое он имел право поучать ее? Какое он имел право сначала вселить в нее надежду, а потом отнять ее? Тем не менее, у нее не хватало смелости сказать ему, что она думает о его «уроке».
К ее глазам подступили слезы. Кортни удавалось плакать почти бесшумно, ее выдавали лишь редкие всхлипы и судорожные вздохи. Но этого оказалось достаточно. Чандос услышал.
Он не спал. Собственные тревожные мысли не
