18
1272 Слова
Они выгружались с парома в свете сумерек. Облака начали свой громовой поток несколько часов назад, что сделало переход долгим и несчастным. Когда огни Кале вспыхнули за горизонтом, Гейл издал молчаливый аплодисмент, и теперь он сидел, готовясь к своей очереди, чтобы высадиться в наступая ночь.
Наблюдение за высадкой автомобилей, фургонов и грузовиков напомнило ему о стартовом орудии для гонки из ста различных поездок. Он надеялся шепотом, что, возможно, некоторые из них возьмут с собой его историю сверкающих башен. Может быть, они поверят ему, может быть, они расскажут другим...
Может быть, они взрастят новую главу для этой сказки...
Это были сплетни бара, бормотание скучающих членов экипажа, новости, его слова и его сыновья. Тем не менее, никто другой не проявил интереса, чтобы спросить больше, даже когда он потягивал свою соленую воду в баре с синяками на руках, открытыми для всеобщего обоюго.
Никого на самом деле не волновало больше, чем праздные разговоры. Теперь они доказали это.
Гейл выстрелил большим пальцем вверх, когда член экипажа отмахнулся от него. Двигатель, на передаче, ручной тормоз. Он откатился.
В ночь...
Контрольно-пропускной пункт был быстрым. Простая волна насквозь и не смотрит вбок. Французский автомаршрут развернулся впереди него, обвиваясь, а затем поднявшись в черно-серебристое небо на горизонте. Где-то, в этом направлении, она, надеюсь, ждала.
Он не уделял Кароле много внимания всю поездку, его мысли о более важных делах сердца. Он проверил свои часы, когда ехал, в десять часов...
Они это сделали? Началось ли это?
Он загрузил еще одну сигарету на место, оттолкнув мысли, которые угрожали прорвать слезы, и заставил его сердце биться еще быстрее. Осторожно вздохнув, он поталкивался. Его глаза были устремлены на этот вечно приближающийся горизонт.
Прошел час.
А потом еще.
Еще несколько, исчезающих под мерцающим натриевым светом и извилистой тьмой. Его попутчики теперь полностью разошлись. Он наблюдал, как они отрываются один за другим, их собственные путешествия только начинаются. Казалось уместным, теперь он ехал по шоссе в одиночку. Не так, как кто-то другой был с ним. Даже дождь давно потускнел.
На станции заослуживания он, наконец, увидел, как далеко осталось. Вероятно, он еще не был на полпути. Он проклял свое нетерпение, а также ограничение скорости. С руками, наполненными кофеином различных форм, он обязательно отступил к своему ночному жеребцу. Они посыпались в колодец для ног с какофонией стуков, пачки сигарет получили гораздо более приятное обращение.
Прошло еще несколько часов, и «Мерседес» покатился дальше, совершенно один. Разум Гейла давно дрейфовал. Его сознание пробирается сквозь лес мыслей, скрытый в туманах страха и охваченный дождем надежды. Тем не менее, возвращение к реальности было таким же резким и внезапным, как пощечина.
Он перечитал знак, потом еще раз. Уверенность настиха.
Он был там.
Он плел улицы, глаза смотрели на дорогу и на горизонт между домами. Он искал его. Он, безусловно, выделялся бы.
Он наполовину завухнул, увидев, что это попало в поле зрения. Шпиль церкви касался небес. Его зал сидел гордо, как и последовало, и только в тени оставался самый слабый силуэт.
"Карола.". Он говорил вслух, измеская ее в Городе, он улыбался мысли, которая приходило ему в голову, он сделал это. Время пришло.
Время спасти свой мир.
Гейл приложил усилия, чтобы свернуться мягко и медленно. Заботясь о том, чтобы она заметила его первой, чтобы позволить ей сделать первый шаг...
Он замедлился до остановки, когда она вышла вперед.
Главное различие, которое он мог отличить отсюда между Каролой Города и Каролой реального мира, были ее волосы. Его эбеновый блеск отражал свет уличных фонарей, окрашенные серебряные замки были полосатыми поперек него, как разрезы света в темноте. Его длина была значительно короче, только длиннее, чем у Гейла. Она посмотрела на машину, когда она медленно проезжала мимо, остановив ее неподалеку.
«Вот мы и поехали». Он прошептал про себя, открыл дверь. В его зеркале ее бровь причудливая. Выражение шока заклеило ее лицо, когда он вышел. Она сделала шаг назад, когда он медленно шел к ней. Шок в ее изумрудных глазах всегда присутствовал. Гейл видела, что на ее лице было более одного шрама, окрашивающего его. Слабая пересекла ее рот, над обеими губами и вверх к носу. Другая изогнута по щеке, злые шрамы от драк давно прошли.
Все мелкие детали она отказалась привезти с собой в Город Снов.
— Ви бен Дже? Она огрызнулась на него. Гейл провел рукой по волосам. Он сделал еще один шаг вперед, заработав шаг назад по очереди.
«Мы познакомились в Сити, не помню, как давно. У основания часовой башни...» По его словам, взгляд шока превратился в взгляд подозрения. «Город сейчас раздроблен, делая свой последний вздох».
«Нет, ты лжешь». Она ответила по-английски, заработав хмурый взгляд на обветренное лицо Гейла. Он поцарапал седые волосы на подбородке. Его взгляд рассказал ей все, она сделала шаг вперед. — Гейл?
— Привет, Карола. Его длинный оборванный голос квакнул. Он также сделал шаг вперед, сокряв расстояние между ними до нескольких метров.
"How have you done this?" she asked him, still suspicious. Gale took a deep breath.
«В городе мы тот, кто есть внутри. Какими мы видим себя. Точно так же, как вы не видите себя с этими двумя шрамами...» Гейл сказала, что она отглянулась, спрятав их в профиль своего лица, который остался нетронутым. "Я... Я должен был объяснить».
Он на мгновение отстал.
«В Сити я тот, кем был, когда встретил свою жену... Сорок лет назад...» он закончил, глаза Каролы снова широко расширились. Она подняла голову, осматривая пожилого мужчину перед собой. Она искала признаки Гейла, которого знала.
«Так сколько же тебе лет на самом деле?» — спросила она, осторожно слов. Гейл посмотрел вниз.
«Наверное, я должен был сказать, когда мы встретились...» Он оглянулся, Карола жестом показала ему, чтобы он продолжил. «Мне шестьдесят семь».
Карола смотрела на это в шоке. Она медленно находила свои слова.
«Итак, ты закончил... три раза... мой возраст?» Она говорила вслух. «Это в лучшем случае жутко... Я думал, что ты намного моложе...»
«Какой смысл воплощать в жизнь свои желания и мечты, если вы должны делать это с помощью циммерной рамки?» — спросил Гейл, его голос совершенно плоский. Она узнала тон. Манеры были. Она замолчала на мгновение, в конце концов она кивнула.
«Скажи мне, Гейл. Что мы делаем?» Голос Каролы был твердым. Гейл видел, как женщина из Сити возвращается к ней, когда он возвращается к себе.
«Ты в порядке... с этим?» — спросил он, все еще не уверенный в себе.
«У меня нет выбора, если мы хотим это сделать. Но...» Карола сказала, что она потянулась к своему внутреннему карману, вытащив предмет ровно настолько, чтобы он увидел. Она жестом показала на все еще скрытые шрамы. «Я учился трудным путем, я всегда готов».
«По крайней мере, вы чувствуете себя в безопасности». Он сказал, что быстро вернулся. «Чтобы не звучало жутко, у вас все-так есть Браунинг».
Карола повернула бровь, когда он повернулся обратно к машине, широко распахнув спину.
«Откуда ты знаешь, что это Браунинг?» — спросила она, следуя за ним. Он оглянулся через плечо, ненадолго споткнувшись о тротуар, прежде чем встать на сторону машин.
«Я провел свое время, неся его для своей страны, не волнуйтесь». — сказал он с улыбкой. Она подошла рядом с ним. Гейл улыбнулся и указал на машину. «Эта сторона, она британская».
Она бормотала длинный поток проклятий на своем родном языке, когда шла вокруг машины. Она оглянулась на крышу и увидела, как Гейл смеется.
«Это чрезмерно гордый кусок немецкого дерьма, вы правы». — сказал он с улыбкой. Она снова замолчала, бровь взмахнула. Он выкинул руки. «К'мон, ты действительно думаешь, что в шестьдесят семь лет я бы не выучил некоторые языки?»
Карола стояла неподвижно у двери, у нее было расстроенное хмурое лицо, и это проявлялось в ее тоне. — Куда мы идем?
«Где-то, где мы можем спокойно работать».
Карола на мгновение засомналась, она взглянула через плечо. Потом все вокруг. Она наслаждалась тем, что, по ее мнению, будет последними моментами, которые она проведет в своем родном городе. Она вошла в машину только тогда, когда ее двигатель вернулся к жизни.
- Писатель
