Королевство сибирское. Книга вторая.

8.

Замок представлял собой крепкий и ухоженный дом возле скалы, с каменным забором и крепкими высокими воротами. Они были настежь открыты. За его пределами ютилась небольшая деревенька, домов в ней было хоть и не много, но все добротные и ухоженные. Только людей нигде не было видно.

Они остановились возле ворот, немного подождали в надежде, что кто-нибудь выйдет на встречу, однако, никто так и не вышел.

Володар сказал:

- Ночевать будем здесь, а пока, не плохо было бы всё осмотреть, во избежании сюрпризов. Таня, идите с Кузьмой в замок, а мы осмотрим деревню, так будет быстрей. Скоро солнце сядет, надо поторопиться.

Ворота закрыли на два деревянных засова, которыми служили оструганный брёвна, и разошлись в разные стороны.

Двери в замок тоже оказались открыты. Таня с Кузьмой вошли. В широком, богато украшенном холле, горело множество свечей. По большой лестнице с позолоченными перилами они поднялись на второй этаж. Таня всё время останавливалась и прислушивалась. До её слуха донеслись какие-то неясные звуки. Вскоре она поняла, что это звучит музыка! Широкий коридор, украшенный мраморными статуями и медными канделябрами с горевшими в них свечами, привёл их в небольшой зал. В центре его стоял белый клавесин, за ним сидел худой мужчина, с бледным лицом, и самозабвенно играл.

Таня, замерев, смотрела, как его руки порхают над клавишами, извлекая божественные звуки.  Музыка захватила её, понесла чарующей волной в волшебную страну. Девушка впитывала каждую интонацию, дышала звуками и желала только одного - чтобы музыка не прекращалась! Однако, мягко погрузив в клавиатуру последний аккорд, мужчина перестал играть. Он повернул голову, посмотрел на Таню и улыбнулся мягкой, чарующей улыбкой.

- Кто Вы, небесное создание? - спросил он по-французски.

Тане не хотелось портить божественный момент длинными лживыми объяснениями и потому она коротко ответила:

- Зовите меня просто Таня.

Мужчина улыбнулся веселей и представился:

- Тогда и Вы зовите меня просто Улаф!

Он встал, подошёл ближе и изящно поклонился. Мужчине было не больше тридцати пяти лет, он был худой и высокий, но не слабый. Длинные каштановые волосы спадали на грудь аккуратными волнистыми прядями, обрамляя бледное, очень узкое лицо. На нём как будто тесно было большим, круглым, похожим на совиные, глазам, тонкий длинный нос, красивые бледные губы складывались в нежную улыбку. Лицо, озарённое вдохновением, показалось Тане таким прекрасным, что она не могла отвести от него глаз. И, всё же, профессионально оглядела весь его образ, одежду, состоящую из зелёного бархатного камзола, расшитого золотом, белую шёлковую сорочку с отложным воротником и бархатные коричневые панталоны. На туфлях красовались золотые пряжки. А на пальцах совсем не было колец, должно быть потому, что они мешали играть.

Алёна с Володаром появились на пороге.

- О! Так Вы не одна? Хотя, что это я, странно было бы барышне разгуливать одной с наших местах! Добро пожаловать в мой дом! - радостно приветствовал всех Улаф.

- Добрый вечер, сир! - с достоинством произнёс Володар и склонился в приветственном поклоне, - позвольте представиться, - и он, как положено, представил всех, начиная с себя. Только в этот раз не стал говорить, что они ищут пропавшего друга, а вместо этого пояснил, что завтра они собираются посетить замок князя Эстергази. И спросил, нельзя ли им остаться на ночь?

Улаф радостно воскликнул:

- Ну разумеется, господа! Я безмерно счастлив гостям! Уже давно меня никто не посещал, кроме тех несчастных, которым так и не удалось умереть! И вам будет опасно встречаться с ними в ночи. Я бы очень не хотел, чтобы такие небесные создания, - он недвусмысленно посмотрел на Таню, - пополнили их ряды. Зовите меня граф Улаф, мои титулы вам ни о чём не скажут. Я и сам здесь гость. Приехал из Швейцарии к своему другу, но никого не застал, а теперь жду попутчиков, чтобы покинуть это место, оно мне уже изрядно осточертело!

- Прекрасно! - ответил Володар, - значит, завтра мы отправимся вместе. Как получилось, что Вы остались один?

Граф ответил:

- На самом деле, со мной было несколько слуг, но они скончались в дороге.

- И давно Вы здесь?

- Я не знаю, - взор графа затуманился, - время для меня остановилось, дни смешались с ночами и я уже не понимаю, когда кончается один день и начинается другой. Утром я открываю настежь двери и ворота, чтобы путники могли пройти в замок беспрепятственно. Разбойников я не боюсь, те, что были, наверняка пополнили ряды беспокойных мертвецов. А при свете солнца мертвецы не гуляют! Кстати, нам уже пора закрыть ставни и двери! - забеспокоился он.

- Не волнуйтесь, мы уже сделали это, - ответил Володар.

- Тогда идёмте, я угощу вас превосходным вином! В этом замке полные подвалы великолепных вин, и запас всякой снеди. Сегодня я не буду пить один, какое счастье!

Граф Улаф, на самом деле, очень радовался неожиданным гостям! Он всё время смотрел на Таню. А она не могла отвести от него восхищённого взгляда, ей всё в нём казалось прекрасным - каждый жест, слово, улыбка. И все его взгляды и улыбки предназначались ей.

В приват ей пришло сообщение от Володара, всё время учтиво внемлющего графу: "Вот и Вам, наконец, перепала толика внимания от жителя Средневековья. А то я уже стал думать, что Ваша красота здесь не понятна!" Это сообщение мгновенно спустило девушку с небес на землю. Она стряхнула с себя наваждение и стала трезвей оценивать окружающую реальность.

Внезапно Улаф остановился и прислушался, а потом объявил полушёпотом:

- Скоро они придут!

- Кто придёт? - спросила Алёна.

- Мёртвые! Вам уже довелось повстречаться с ними?

- Пока нет.

- Они бросаются на человека и выпивают его кровь! - экзальтированно произнёс граф, - но вы не беспокойтесь, этот замок легко выдерживал и не такие осады!

Алёна спросила:

- А здесь есть какая-нибудь еда?

- Несомненно, сударыня! - воскликнул он, - кухня изобилует припасами, теперь их некому есть. А в леднике осталось много звериных туш. Я с удовольствием приготовлю для вас отменный ужин!

Кузьма уже развёл огонь в печи и жарил всем мясо. Тут же, на огромной сковороде, скворчала яичница. А граф порхал над готовящейся пищей и добавлял приправы.

Таня спросила:

- Как Вы думаете, граф Улаф, хозяева замка погибли, или покинули его?

- Увы, прекраснейшая госпожа! - печально изрёк граф, - такие превосходные замки, с таким запасом провизии и всем необходимым для длительной осады, никто так просто не покидает! Думаю, события, которые здесь произошли, и которые я, по счастью, не застал, очень трагичны!

Не смотря ни на что, граф был весел, много шутил и беспрестанно изящно ухаживал за Таней. И ей нравилось его внимание. Володар наблюдал за всем этим, мрачно поглощая пищу. В конце концов, он отправил ей сообщение: "Таня, уж не влюбились ли Вы?" Таня бросила на него гневный взгляд и ответила: "Лично у Вас я не вижу никакой причины для беспокойства! Вы кушайте-кушайте, и не мешайте мне наслаждаться обществом талантливого во всех отношениях человека!" Володар благоразумно промолчал, но с лица его не сходило постное выражение.

Внезапно в окно, крепко закрытое ставнями, раздался глухой стук, а за ним последовало шипение, с трудом складывающееся в слова - пустите нас! откройте!

Повеяло холодом и смертельным ужасом. Все замерли, кроме графа, он продолжал беспечно пить вино, на самом деле превосходное.

- А вот и они! - радостно сообщил он, подняв бокал в приветствии.

Стук повторился, теперь это уже была не одна пара рук. По всем ставням беспрестанно молотили.

Таня, тревожно оглядываясь, произнесла:

- Не понимаю, мы же закрыли ворота! Как они добрались до дома?

- В одном месте стена не слишком высокая, они научились перелезать через неё, - беспечно пояснил граф.

Стук из беспорядочного становился слаженным, сотни рук одновременно наносили удары по ставням и дверям замка. Это было по-настоящему жутко.

Побледневшая Алёна спросила:

- Этот кошмар продлится до утра?

- Нет! - успокоил её граф, - ещё некоторое время они поволнуются, а потом разбредутся по окрестностям в поисках более лёгкой добычи!

Таня вспомнила, что неподалёку от сюда расположился табор цыган, и представила, какая участь ждёт беспомощных людей, если на них нападут толпы оголодавших мертвецов. А они их обязательно найдут! Передвигались они довольно быстро, не знали боли и усталости, и только солнце способно было остановить эту орду. И князь Томаш Текел, со своей верной дворней и полуразрушенным замком, наверняка окажется на их пути.

Граф, заметив, что Таня сменилась в лице, участливо спросил:

- Что с Вами? На Вас лица нет!

- Мне всё это не нравится, - тихо ответила она.

- Утром мы уйдём отсюда, надо потерпеть всего лишь одну ночь! - граф подарил ей одну из своих чарующих улыбок.

Но Таня не растаяла, она произнесла не допускающим возражения тоном:

- Простите, граф, но Ваши покои сегодня будет охранять мой слуга. Он достаточно силён и спать не будет. А мы ляжем вместе, рядом с вами. Ваши двери мы забьём досками и подвинем к ним тяжёлую мебель. И сами позаботимся о своей безопасности.

Граф немного растерялся, но не решился возразить. Он изящно поклонился ей со словами:

- Пожелание дамы для меня закон! Я готов побыть пленником на эту ночь, хоть и предпочёл бы Ваше общество вместо слуги, поверьте, я тоже достаточно силён, и мог бы постоять за нас обоих.

Он трепетно поцеловал ей руку.

Таня с беспокойством ответила:

- Поразительно, что Вы до сих пор живы! Эти существа умеют выманивать. Мы видели того, кто не сумел устоять перед их зовом!

Граф пояснил:

- Когда я музицирую, то не слышу ничего, что происходит вокруг.

- Это Вас и спасло. Идёмте, я видела здесь комнату без окон, там вам и постелим, - Таня решительно повела всех на второй этаж.

Стук не утихал ни на мгновение, он становился всё яростней и настойчивей. "Что Вы задумали?" - спросил Володар. "Мы должны уничтожить этих существ, пока они не добрались до цыган, а потом и до Алёниного поклонника!" "Резонно! - ответил Володар, - они так настойчивы, что и до нас могут добраться!"

Таня, между тем, распорядилась, чтобы Кузьма и Жак внесли в нужную комнату кровать для графа и всё необходимое, чтобы продержаться до утра.

- Нужно поторопиться, - сказала она, - они могут прорваться, а нам ещё необходимо позаботиться о себе. Однако, граф, - сказала она с улыбкой, - если Вы пожелаете музицировать ночью, то слуги принесут в ваши покои клавесин.

- Ни в коем случае! - воскликнул граф, - его нельзя передвигать, этот инструмент очень нежен! Однако, меня очень трогает Ваша забота!

Они сделали всё, как сказала Таня, Кузьма остался с графом Улафом наедине. Он невозмутимо устроился возле забитой досками и припёртой мебелью двери.

Граф пафосно воскликнул:

- Как я ненавижу плен! Какое счастье, что это не на долго!

Кузьма заботливо предложил:

- Если пожелаете, господин, я расскажу Вам сказку.

- Что ты мне расскажешь? - поражённо спросил граф.

- Сказку, господин, - повторил Кузьма, - я ещё плохо знаю ваш язык, но достаточно для того, чтобы развлечь Вас перед сном.

Граф брезгливо отмахнулся:

- Нет уж, обойдёмся без сказок! Пожалуй, я и на самом деле посплю. Завтра будет трудный день.

- Как Вам будет угодно, господин, - согласился Кузьма.

Всем этим диалогом управляла Таня. Нельзя было допустить, чтобы умный био-робот начал делиться с древним графом своими знаниями.

А тот лёг в постель не раздеваясь, и затих.

Тем временем, Володар с девушками и Жаком поднялись на крышу. Мертвецы до туда не добрались. На крыше была широкая открытая площадка, окружённая со всех сторон невысокими стенами с бойницами. Полная луна хорошо освещала окрестности и масштаб бедствия. Замок со всех сторон обступили сотни оживших мертвецов. Это не красивые сильные волки, которых даже жалко было убивать, а полуразложившиеся смердящие трупы, по непонятной причине получившие продолжение жизни. Один вид их внушал ужас и отвращение. Они били и били своими кулаками по стенам, дверям и закрытым ставням окон, не зная усталости и боли.

Все заняли места у бойниц. Жаку тоже дали пистолет, без которого его пребывание здесь было бесполезно.

Молнии полетели в мертвецов со всех сторон. Пепел, разлетаясь, не давал видеть мишени, но тех было так много, что промазать было практически невозможно.

Володар, не в тему, возмущённо воскликнул, не переставая стрелять:

- Я глубоко потрясён и уязвлён, что женщина, которую я нежно и преданно полюбил, хоть и смиряю свой телесный пыл с теми, кто меня всё ещё любит, не сводит глаз с какого-то постороннего, средневекового хлыща! А ведь я даже почти смирился с тем, что она, пока ещё, отдаёт предпочтение другому! О! Это по-настоящему мучительно!

Таня беззлобно ответила:

- Володар, заткнитесь, и сосредоточьтесь, лучше, на мертвецах!

- Мертвецы предсказуемы и последовательны, в отличие от Вас! О женщины, как вы коварны и безжалостны!

Алёна звонко расхохоталась, она даже перестала стрелять.

А Таня произнесла:

- Интересно, что бы Вы сказали, если бы я пригласила к себе в постель графа Улафа? Хоть я и не могу его представить в такой роли, он, как звезда, высокий и недостижимый!

Володар возразил, продолжая стрелять:

- В наше время любая звезда достижима.

- Но он лишён грубой мужской страсти!

Неожиданно, Володар цинично заявил:

- Если б Вы пригласили его на своё ложе, я не стал бы волноваться. У людей, в этом времени, почти всегда наличествует немытое тело и толпы насекомых, нашедших там приют. Вас это бы оттолкнуло, я почти уверен. Гораздо опасней неудовлетворённая страсть!

Девушки на мгновение оторопели, а после продолжили стрелять по мертвецам молча и задумчиво. Володар довольно ухмылялся.

Сначала выкосили фланги и середину, оставшиеся мертвецы быстро смыкали ряды и тоже попадали под бесшумный обстрел. Вскоре их осталось не много, только те, кто не переставая колотил кулаками по стенам, дверям и окнам. На земле лежали горы пепла. Теперь пришлось стрелять прицельно, чтобы не попасть по замку и не вызвать его разрушение.

Когда мертвецов уже не осталось, с неба вдруг обрушилась огромная стая летучих мышей.

- Бежим! - скомандовал Володар.

Они рванули к люку. Жак замыкал, отбиваясь и защищая людей. Мыши издавали оглушительный писк, срезали кожу, путались в волосах, целились когтями в глаза.

Успели вовремя, захлопнули люк и добили проскочивших следом мышей. Пострадал по-настоящему только Жак. Но и ему понадобилось не много времени, чтобы восстановиться.

Алёна убрала пистолет в складки юбки и хладнокровно заявила:

- Думаю, теперь мы можем спокойно поспать!