Здесь даже ночные птицы не кричали. Лес казался совершенно безжизненным. Кое-где в низинах мерцали черные лужи; рухнувшие стволы расчерчивали пространство безумными диагоналями.
— А вдруг это просто лесной заповедник, и всё? — сердито сказала Зоя, споткнувшись о корень. — Мы уже километра два прошли! Может, тут и нет ничего?
— Есть. — Норд поднес к глазам луковицу. — Слышишь писк?
— Смотрите! — показал Айзенкопф. — По-моему, лес кончается.
За деревьями что-то светилось. Они ускорили шаг.
Лес не кончился. Но его рассекал высокий забор, освещенный яркими лампами. Перед забором чернела распаханная полоса — такая же, как та, что опоясывала весь массив.
Немец приложил к глазам бинокль.
— Справа ворота, метров триста… Шоссе, которое мы видели, выводит к ним… Рядом, кажется, гараж… Карауль
