Сэт Холейгула издал долгое «м-м-м», и раскрыл припухшие глаза. Опять жара, опять похмелье, опять головная боль. Да, жалеть себя становится все труднее и труднее. Чисто физически. Еще один вечер алкогольной скорби, и он «протянет ноги до горизонта», как говорят на далекой родине.
Родина.
Как и де Хин, Холейгула никогда ее не видел. Он вылупился на Немосе и был его пленником. Впрочем, белые ели никогда и не манили главного должника. Дела и тут шли погано. Не стоило ехать к акулам, чтобы спастись от щук.
Сэт прижал указательные пальцы к вискам и попытался соединить разъезжающиеся половинки черепа. Нужно, - необходимо! - продержаться хотя бы недельку на родниковой воде.
Дьявол, телефон же звонит. Холейгула перегнулся через край дивана и посмотрел на экран.
- Алло! – рывок палочника бы
