Глеб
Операция длилась шесть, невыносимых, чертовых часов. Шесть часов, и каждый из них растянулся в целую вечность, в адскую агонию. Я сидел под дверью операционной. Золотые часы, которые мне подарил отец в день совершеннолетия, застыли на моём запястье, стрелки словно перестали идти. Мой мозг, обычно такой расчетливый, холодный, способный принимать мгновенные, жесткие решения, превратился в кипящий котел паники, отчаяния и безумия. Я сходил с ума. Каждое жужжание аппаратов внутри операционной, каждый шаг пробегающего мимо медперсонала, казалось, разрывал меня на части. Каждая секунда казалась пыткой.
Кирилл пытался увести меня. Пытался обработать мои раны, которые кровоточили, запеклись, снова кровоточили, оставляя грязный след на белом кафеле. Я послал его. Павел, когда вышел на мгнов
