Весь вечер Йен пытался, словно Юлий Цезарь, заниматься несколькими делами одновременно: играл в любовь с Ниной, шутил и смеялся шуткам знакомых коллег по цеху, с обожанием смотрел на Добрев, делал ей комплименты, но мысли его были заняты исключительно Тиной, и он старался не выпускать девушку из поля зрения.
Вопреки своим пессимистичным прогнозам, Йен отметил, что Эклз не делает никаких попыток приударить за ней, ведет себя вполне сносно. Тина же впала в депрессию и принялась поглощать коктейли. Сомерхолдер попытался отвязаться от Добрев, но не тут-то было. Налетели журналисты, поклонники и просто любопытствующие, пришлось отвечать на вопросы, демонстративно сжимать в объятиях сияющую, как новенький цент, Нину.
Под конец мероприятия Йен был на взводе. Его раздражали постоянные вспышки фо
