Марианна вышла, чтобы отнести протоколы президенту фестиваля. Никто не последовал ее примеру, все оставались сидеть на своих местах. Даже Михайловский, который минуту назад выражал желание как можно скорей уйти отсюда, не сделал ни одного движения, чтобы покинуть комнату. При этом все хранили молчание.
Ланин поймал себя на том, что тоже не хочет ни с кем общаться. Он ощущал опустошение. И полагал, что и все остальные испытывают сходные чувства. Все понимали, что принятое решение не останется без последствий. У каждого они будут свои, но избежать их кому-либо вряд ли удастся.
- Да, поработали, - неожиданно ни к кому конкретно не обращаясь, произнес Михайловский. Затем посмотрел на Ланина. – Ну, как, доволен?
- Мы сделали свою работу, надеюсь, честно, - ответил Ланин. – А больше и
