Я ждала откровения, возможно, чтобы стать ближе. Мне непременно хотелось знать, что Кевин чувствовал к Марии тогда, и что изменилось сейчас.
— Это длинная история.
— Я умею слушать.
— Ладно. — Кевин кашлянул и начал рассказ. — Последний раз мы виделись в 1861 году перед тем, как я ушел на фронт.
— А ведь Эндрю тоже воевал и, кажется, в 1861. Вы случайно не знали друг друга раньше?
— Если бы я его знал, убил бы еще тогда. Что он рассказал тебе? — уголки губ Кевина опустились, выражая презрение.
— Что за тон, все еще ревнуешь? К убийце? Думаешь, я могу смотреть на него иначе, чем на убийцу папы?
— Но вы же целовались. — Кевин сжал губы. Желваки запульсировали. — Это разве не повод?
В голове яркой вспышкой озарились воспоминания. Теплое дыхание на губах, легкое головокружение, стр
