Ведьмак из Мурманска. Книга вторая.

11.

На следующий день, в обед, темные собрались в актовом зале, надев приличествующие чёрные одежды.

Однако, не смотря на траур, молодые дамы не упустили случая подчеркнуть свои прелести. Чёрный цвет шёл почти всем, а уж широкое декольте и драгоценности сводили на нет печальный смысл поминального обеда.

Да и, по правде говоря, мало кто был по-настоящему огорчён участью тех, кому не повезло. Сейчас все чувствовали себя в полной безопасности.

Георга в зале не было, зато на сцене появился балет, под сопровождением настоящего симфонического оркестра.

На каждом столе лежал буклет, где были выложены фото в траурных рамках всех трёх погибших ведьм. Даты их жизни и смерти, и короткая биография в самом благолепном изложении. По ним выходило, что ведьмы мало чем отличались от ангелов с небес.

На сцене, вскоре, стало твориться невообразимое. Дерганная музыка, такие же дерганные, неживые танцы, с неживым гримом. Как будто куча мёртвых вышли из могил и затеяли безобразный хоровод. Зрелище было притягивающим и отвращающим одновременно.

Марго, сидевшая лицом к сцене, брезгливо поморщилась.

- Тебе не нравится балет? – поинтересовалась Адель, - а по мне так здорово!

- Погибшие весной родились? – вместо ответа спросила Марго.

Все уставились в буклет

- Да, - ответила Анжела, - май, март. А что?

- Кажется, Георг решил продемонстрировать нам свой чёрный юмор. Этот балет называется «Весна священная». В Истории было время, ещё до основания Рима. Именно в тех краях всех, родившихся весной, от человека, до скота, приносили в жертву. Именно эта незабавная тема и вдохновила извращенца Стравинского на такой балет.

Адель и Анжела посмотрели на сцену совсем другими глазами.

Представление создавало тягостное впечатление, и передавало эту атмосферу залу.

- Эх, принесли наших подружек в жертву, - вздохнула Марго, - знать бы ещё – кто и кому?

- На инквизицию похоже, - заметила Анжела.

- А где их рясы, кресты, молитвы?

Анжела с недоумением пожала плечами.

Адель посмотрела на подруг с неожиданным воодушевлением и произнесла:

- А ведь Георг всегда отзывался на зов, не правда ли?

- Ну, - буркнула Марго, - и что с того?

- То, что Лариса может быть ещё жива! А может, она просто где-нибудь загуляла, и не хочет, чтобы мы её беспокоили? Или телефон потеряла, да мало ли что? Мы же так и не знаем обстоятельств, почему она пропала?

- Нет, Адель, - со вздохом ответила Анжела, - Лариса не загуляла, она у них, я знаю точно. Но то, что пока жива, ты, пожалуй, права. Я чувствую её, словно за какой-то непробиваемой стеной. И сейчас ей очень плохо.

- Жива, это главное, - деловито заявила Марго, - девочки, надо что-то делать. Думаю, мы все не готовы её потерять.

- Это точно, - уныло согласилась Адель, - я никогда не думала, что она мне так дорога! Но что мы можем сделать? Ты же видишь, Георг предпринимает всё возможное, и то терпит поражение! Думаю, он не станет и пальцем шевелить за тех, кто не смог укрыться здесь. А Ларису могут у***ь в любой момент.

Марго задумалась, сдаваться она не собиралась.

В этот момент, в зале появился безобразный, чёрно-белый клоун, гибкий и вертлявый.

Он заверещал противным голосом, перекрывая оркестр:

- Приветствую вас, почтенная публика! А вот и я, ваш Альберт! Ой, а что это у вас на столах?

На столы принесли шашлык на шампурах.

- Шашлык из ведьм! – радостно заверещал клоун.

Он приблизился к столу, где расположились пожилые ведьмы из ковена Агриппины, выхватил шашлык, откусил кусок мяса и задумчиво прожевал:

- А что же вы не едите? Мясо Агриппины оказалось жестковатым для ваших вставных челюстей?

Прежде, чем в него полетели острые приборы со стола, схваченные разъярёнными ведьмами, клоун быстро отскочил подальше. И с того места визгливо живописал:

- Я так и вижу, как глазки ведьмы лопаются от жара, а кишочки выползают в костёр! Б-ррр! Кожа пузырится и покрывается копотью!

Он подскочил к столу, где сидели молодые жизнерадостные колдуны. Пожалуй, они единственные не реагировали на издевательства клоуна, и продолжали с аппетитом есть шашлык. Другие уже косились на него с отвращением.

- А как вы относитесь к смерти? – спросил клоун.

Колдуны пили красное вино, клоун и это не оставил без внимания:

- М-м! – затеребил он пальцами в воздухе, - вкусная кровь струится по пищеводу! А вы сами уже приготовились к смерти?

Один из колдунов спокойно ответил:

- Смерть всё равно придёт ко всем, и не будет спрашивать, готовы мы, или нет? Уйди на х*р, Альберт, пока тебя тут кто-нибудь не прибил!

Альберт, с деланным испугом, отскочил в сторону, но, через мгновенье, уже стоял перед вызывающе одетой молодой колдуньей:

- А ты уже подобрала себе платье, в котором будешь красиво смотреться на костре? Пригласи меня на фото сессию, я сниму твои подгорающие пяточки, это будет шедеврально!

Колдунья запустила в него стакан с соком и не промахнулась. На чёрно-белом костюме клоуна растеклось жёлтое пятно.

Он сразу горько застонал и запричитал:

- А-а-а! Альбертушку обидели! Чуть не убили! За что! Альбертушка добрый, хороший! А вы злые! Злые! Ухожу я от вас!

Он развернулся и демонстративно направился к выходу, гордый и обиженный.

А в зал, наконец, вошёл Георг.

И тут Марго встала со своего места. Балет уже закончился, все артисты тихо и быстро удалились, в зале стояла тишина, потому все обратили на неё внимание и ждали, что будет дальше?

Марго решительно выдохнула, взяла микрофон и обратилась ко всем, не только к нему:

- Георг, приветствую тебя. Мы все очень благодарны тебе за проявленную заботу. Я уверена, что со мной согласятся все.

Она обвела зал требовательным взглядом. В зале закивали почти все, кроме тех, кто не посчитал нужным отвлекаться от еды, но тоже следил за происходящим.

А Марго продолжила грустно и проникновенно:

- Все, должно быть, знают, что у нас пропала Лариса. Она сейчас находится у них. И, к сожалению, мы в этом не сомневаемся, - Марго замолчала, чтобы справиться с комом, который подкатил к горлу, - но она всё ещё жива! И мы можем попытаться её спасти! Если не получается самим, то давайте позовём того, кто сильнее всех нас! Я имею в виду Василия. Пожалуйста, позовите его сюда! Если потребуется, я сама готова ехать за ним и умолять о помощи! Ведь от того, что мы здесь сидим и ничего не делаем, проблема не решится!

Георг стоял хмурый, сложил руки на груди и размышлял, а потом ответил со своего места, без всякого микрофона, но в полной тишине его услышали все:

- Хорошо, Марго, я услышал тебя. Признаться, у нас, с Мечиславом, тоже возникала такая мысль. Но мы тогда надеялись сами решить проблему. А вот сейчас и я думаю, готов ли я потерять ещё хотя бы десяток людей? Пожалуй, что не готов! Я тотчас свяжусь с Мечиславом, и попрошу его обратиться к ведьмаку. Кажется, только его люди знают, как его найти? Но, Марго, будь готова к тому, что он может не успеть, и твоя Лариса погибнет.

Марго кивнула головой, опять села за стол и закрыла лицо руками, её сотрясали рыдания.