Дверь в квартиру, где располагалась «обитель», что бы ни понимать под нею, вновь была открыта, причём настежь. Все внутренние двери сняли, но дверной проём, ведущий в одну из комнат, ближайшую к входу, был затянут полиэтиленовой плёнкой, возможно, для того, чтобы строительная пыль не разлеталась по другим помещениям. Из этой комнаты доносился шум работающего перфоратора.
Мы пошли по квартире, стараясь ступать неслышно.
— Вот здесь была келья брата Тимофея и брата Михаила, — полушепотом говорила Аврора, показывая на тот или другой дверной проём. — Келья старших сестёр. Келья сестры Иоанны и сестры Александры. Учебный класс и библиотека. Трапезная. Домовая часовня. Camera obscura. Там, дальше, покои матушки и канцелярия. Как жаль, как жаль! Ничего не осталось…
И в самом деле: в пустых ко
