В который раз я просыпалась, крича от ужаса и страха, опять и опять проживая в памяти, как мама умирала на моих руках. Шесть месяцев прошло, а я вижу это снова и снова почти каждую ночь. Помню, как она до хруста костей сжимала мою ладонь и бормотала последние наставления или просто бредила.
И я понимала ее отчаяние и боль, ведь у меня и брата больше никого не осталось. А потом холодный взгляд тети Ани, маминой подруги, и ее слова.
- Вика, тебе нужно устроится на работу. Я обещала твоей маме помочь и делаю все возможное, но потерять из-за вас свою должность не могу! Иначе органы опеки заберут Степана в детский дом! Больше ждать нельзя. Я и так дала вам достаточно много времени.
Серьезно? Парню 16 лет! Какой детский дом, просто оставьте нас в покое!
- Я согласна на работу! Я обещаю, что в ближайшее время устроюсь! – Бормотала я в полуобморочном состоянии тете Ане, зная, что она права. Закон есть закон!
- Тебе 17 лет, тебя обязаны взять только на полдня! Я не могу позволить, чтобы ты пошла торговать фруктами на рынок! – Тетя Аня задумчиво молчала. – Это не твое… У моей дочери есть подруга, она обещала помочь.
- Спасибо! – Прошептала я, так и не сумев побороть свою апатию и безразличие. Успев проучиться всего лишь месяц, пришлось перевестись на заочное отделение в институте, хотя поступила я без всяких проблем на художника анимационного фильма и компьютерной графики. Сейчас я была даже рада этому переводу, так как излишнее внимание однокурсников очень тяготило.