Лёд в огне

Глава 4.4

Пролежав так некоторое время, мужчина начал вставать с кровати, так и не убирая с меня свой взгляд. Он обошел кровать, быстро оделся, наклонился и поцеловал в губы, не забывая углубить поцелуй. 

Отстранился и потянул за край ленты, которая с легкостью поддалась, мои руки плетью упали на кровать, а я так и продолжала лежать, не в силах сделать хоть одно движение. 

- Уже лучше, Анелия. - отвернулся и направился к выходу из комнаты. - Да, кстати, ты можешь покидать свою. Если что, мой кабинет находится в другом крыле, вторая дверь справа. 

С этими словами он оставил меня один на один с болью, которая мешала сделать хоть малейшее движение. Перевела взгляд на потолок, из-за слез все было как в тумане, я пыталась понять, как справиться со всем этим, но начинала только сильнее плакать. 

Наконец, я свернулась в позу эмбриона, почувствовав при этом адскую боль во всем теле. Места, где Генрих дотрагивался своими зубами, метя как свою собственность, горели, из большинства укусов текла кровь, насколько я успела заметить. Внутри меня был ураган, который уничтожал все живое. Обхватив посильнее себя руками и впиваясь ногтями в кожу и кричала до того момента, пока не заснула от собственного воя.

Проснулась от настойчивого стука в дверь, с трудом открыла глаза, которые слипались от пролитых слез, заметила, что за окном уже утро. Это сколько я проспала? 

- Войдите. - хрипло произнесла и села на кровати, сил, чтобы спуститься и взять одеяло с пола не хватало. Боль напоминала о неудобной позе для сна и об оставленных на теле отметках. 

В спальню тихо вошла Кара, не поднимая взгляд от пола спокойно произнесла: 

- Завтрак, Леди. - она подошла к тумбе, поставила на нее поднос с едой и развернулась, намереваясь выйти. 

- Стой, - она немедленно остановилась, не поворачиваясь лицом ко мне. - Пожалуйста, Кара, подай одеяло. - указываю кивком на пол, девушка разворачивается и наконец поднимает на меня взгляд. Она тут же в ужасе отскакивает, прижимая руки к лицу. 

- Милостивая Амара, что же это? - быстро прикрывает рот, боясь наказания за свое высказывание. Я смотрю ей в глаза, и снова прошу помощи с одеялом. 

- Конечно - конечно! - Кара подбегает к кровати, берет одеяло и аккуратно накрывает им мои ноги. Я, наконец, могу рассмотреть ее: это молоденькая девушка, не многим младше меня, с пшеничными волосами, убранными в косу и зелеными глазами. На лице хаотично разбросаны веснушки, что так не типичны для климата Севера с его вечными туманами. - Леди, тетушка Зои, кухарка, готовит отличные мази от... - переводит взгляд с укусов на меня. - Хотите, я попрошу ее? 

- Я не думаю, что Генриху понравится твое участие в этом. - указываю пальцем себе в грудь. 

- Так я для себя попрошу, Леди! Не отказывайтесь, это же очень больно... - тихо заканчивает фразу, не сводя с меня взгляда. 

- Хорошо, Кара. Поставь, пожалуйста, поднос на кровать. 

- Это я мигом, Леди! - подскакивает на месте и подбегает к подносу, что стоит на тумбе с противоположной стороны кровати. - Вы добрая, Леди! - с этими словами она выбегает из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. 

Завтрак. Долго же я спала. Рассматриваю свои запястья, на которых остались розовые следы от ленты, внутри снова собирается злость. 

- Ненавижу! - резко бросаю и поворачиваю голову в сторону окна, подтянув одеяло к шее. Надо собраться и посмотреть на свое отражение. Нет, я не обольщалась на счет собственной красоты, сейчас, уверена, мой внешний вид напоминает ведьму-отшельницу. Мне хотелось увидеть свои глаза, раз блоков больше нет, они должны поменять цвет на родной, синий. Кивнув своим мыслям, вернулась в реальность и приступила к завтраку. Когда я последний раз ела?

Быстро расправилась с едой, скинула одеяло и принялась бороться с ногами, они не слушались, помогла себе руками и спустила их на ковер, единственное, что я по-настоящему полюбила в этом доме. Поднявшись, от напряжения начала дрожать, но продолжала шаг за шагом продвигаться к своей цели, держать руками за спинку кровати. 

Это из-за ритуала или из-за всего напряжения, что скопилось в организме? Спустя минут десять, я наконец схватилась за дверь ванной комнаты и влетела туда, в буквальном смысле слова, в последний момент успела схватиться руками за раковину и удержать равновесие. Вот и я! 

Выдохнула, резко открыла глаза и уставилась в зеркало. 

Это что за чудовище?

Один глаз был моего, родного, синего цвета, а второй напоминал пламя, что медленно играет в камине. 

- И что мне с этим делать? - недоуменно спросила у своего отражения. 

Лия! Ее магия у меня, значит она... 

- Нет, нет, нет! Она жива, она не могла умереть... - ненависть, которую я испытала к себе, к Генриху, к Чарльзу, к родителям, что до сих пор не нашли нас, заставила сжать ладони на раковине с новой силой. Внезапно, почувствовала, что они стали пылать, от страха я начала махать руками, пытаясь прекратить этот ужас. 

- Хватит! Я сказала, хватит! - огонь не слушался, он набирал силу, переходя с ладоней на предплечья и выше. 

Вбежав в спальню, спотыкаюсь о ковер и падаю на колени. 

Что-то двигалось внутри меня, оно было то горячим, то в следующую секунду мучительно холодным. От этого перепада температур стала кружиться голова, а ощущение чего-то постороннего усиливалось. Я услышала, как сотрясается кровать, грохот, бряцание в темноте, мне было страшно открыть глаза. Я судорожно пыталась вдохнуть. 

И вдруг почувствовала огромный прилив сил, я никогда еще не была такой сильной. Такой сильной, что мне даже больше не нужно было дышать. Сразу же попыталась встать, но неодолимая сила прижала меня к ковру. Я рванулась еще раз, но некая сила удерживала меня на месте, налегала всей тяжестью, будто падающая стена. 

Медленно встав на четвереньки, я двинулась к выходу из комнаты, цепляясь за длинный ворс ковра. Добралась до двери и налегла на нее всем своим весом, чтобы выбраться из комнаты, тело продолжало пылать, после меня оставались темные следы. Места, где я хваталась руками за ковер, почернели, от ворса ничего не осталось. 

Сила, которая бурлила внутри требовала выхода и я знала, где ее нужно выпустить. Соседнее крыло. Вторая дверь справа. Я двигалась на автомате, не ощущая ни злости, ни горечи, только холодная ненависть и желание выплеснуть всю эту мощь. 

Другое крыло.