Shadow kissed

26

В темноте появился образ её матери. Добрые глаза, смотрящие на неё с любовью, родная улыбка и такие знакомые ямочки на щеках. Аннабет должна думать о ней. Не о грёбанной чести, от которой и так уже остались ошмётки, а о своей маме. Только она имеет значение.

Блондинка открыла глаза, встречаясь с любопытным взглядом Уинтерса.

- Ты мне нужен, - выдавила из себя Грей, чувствуя дикое отвращение к себе. - Адриан, я прошу тебя, помоги мне.

Он подался вперёд, касаясь двумя пальцами её щеки, обжигая её, словно лавина. Он собирается её поцеловать? Мысли Аннабет путались: запах одеколона вскружил ей голову, адреналин в крови подскочил, а дыхание сбилось. И это он с ней делает.

- Не-ет, - промурлыкал Адриан, прямо ей в губы, и самодовольно ухмыльнулся.

Стоп.

- Что? - она непонимающе захлопала глазами. - Но почему?!

книги, [28.02.21 01:22]

- Грей, я не мать Тереза. Помогать убогим - не моя обязанность, - он подмигнул ей, а затем обернулся и зашагал к выходу на поле. Аннабет не выдержала.

- Уинтерс! - не своим голосом прокричала она, после чего парень остановился. Она бросила ему в спину: - Ты запомнил моё имя... это хорошо. Я же говорила, что ты меня не забудешь. Помни. Потому что с этой минуты...

Он напряг мышцы спины, что не укрылось от взгляда Аннабет.

- С этой минуты я стану твоим проклятием, Адриан Уинтерс.

***

Время близилось к закату. Грей шла домой, размышляя о том, как сказать обо всём матери. Неужели им придётся уехать? Но куда? У них нет других родственников, нет друзей или знакомых. Аннабет никогда не видела своего отца, а все вопросы о нём мама резко пресекала - видимо, он причинил ей много боли. В детстве она хотела увидеть его, мечтала почувствовать отцовскую любовь, хотя бы разочек, но время шло, а отец ни разу не появился.

Грей привыкла думать, что у неё есть только мама. Она заменила ей целую родню. А кто ещё им нужен? Правильно. Никто. Они есть друг у друга, и это самое главное.

Чем ближе она подходила к дому, тем острее чувствовала неладное. Её тошнило. Плохое предчувствие лишь усиливалось.

- Чёрт, - выругалась Аннабет, увидев двадцать пропущенных от мамы и забитую голосовую почту. Она набрала её номер, прикладывая телефон к уху и слыша монотонные гудки... в итоге включился автоответчик. - Мама, всё в порядке? Я уже подхожу к дому... прости, что заставила волноваться. Хм... почему во дворе стоит скорая помощь?...

Грей хмуро оглядела дворик. Увидев двух врачей в спецодежде, она подбежала к ним, так быстро, что сперва они испугались.

- Девушка? С вами всё в порядке? - спросила женщина с грустным видом.

- Что... что здесь произошло? - закашлялась Аннабет, осматриваясь по сторонам. Когда она увидела носилки, на которых лежало тело, прикрытое белой простынёй, её сердце ушло в пятки. - Господи... кто это? Что случилось?

Не дожидаясь ответа, она подошла к носилкам и самостоятельно, игнорируя запрет врачей, приподняла белую ткань. Лицо, до боли родное, застыло на веки, а глаза, которые смотрели на неё с теплотой, были закрыты. Мама.

Выдох... в голове закружилось. Она издала громкий крик, схватившись ладонью за рот, а из глаз прыснули слёзы.

- Мама! Нет! Что с ней случилось?! - она повернулась к врачам, хватаясь за голову в истеричном припадке.

Ноги подкосило, и она упала прямиком на землю, до крови сдирая колени, но физическая боль ничто по сравнению с тем, что она чувствовала внутри.

- Девушка, с вами всё в порядке? Девушка! - чьи-то руки стали поднимать её с земли. - У умершей был рак, лейкемия. Кем вы ей приходитесь? Вы слышите меня? Откройте глаза!

«Лейкемия...»

«У умершей...»

Дыхание замедлилось, а перед глазами поплыло... последнее, что услышала Аннабет перед тем, как отключиться, было:

- В больницу её, живо! Это дочь умершей!

Я подняла взгляд на Кайла, вскинув бровь с мимолётным удивлением. Так, значит, у него в семье тоже не всё гладко? Интересно, в чём дело. Но сейчас спрашивать о таком рановато. Если он захочет - он расскажет, я не курица-наседка, бегающая среди людей в поисках правды. Это же его личная жизнь, его история и правда. 

- Я понимаю, - кивнула я. - Это сложная тема.

- Отнюдь нет, - хмыкнул он. - Хочешь, чтобы я поделился?

- Решение будет за тобой, - пожала плечами я. - Я не наседаю. 

Он кивнул, думая о чём-то своём. 

- Верно. Ну, тогда слушай, - он хрипло посмеялся и облокотился о столешницу, прямо как я. - Я не знаю своего отца. Он бросил нас с матерью, когда она забеременела моим братом. В его планах не было содержание двух малолетних сыновей, да ещё и женитьба на маме. Он просто исчез.

Я раскрыла рот от удивления, не зная, что и сказать. Было видно, что слова Кайлу даются с трудом, но он рассказал обо всём прямо, без каких-либо секретов. Значит, он смирился с этой мыслью. Я подумала, что бы я делала на его месте, и тяжко вздохнула. Было бы сложно. В первую очередь - моей маме. Ведь родить двух детей, воспитывать их... в сердце неприятно кольнуло. Ведь Кайл сказал - его мама умерла при родах брата. Она даже не смогла их вырастить. Не представляю, каково было ему за этим наблюдать... просто кошмарный сон какой-то. Врагу не пожелаешь. 

- Я сожалею, - тихо сказала я. - Правда, это ужасно.

- Да нет, я ничего толком не помню. Мне ведь было пару месяцев, - покачал головой он. - Всё в прошлом. 

- Кто вас воспитал? - задала вопрос я, слегка поморщившись. - Прости, можешь не отвечать.

- Всё нормально, Элеонора, - расслабленно улыбнулся он. - Меня воспитал дядя. Мамин брат. А вот моего младшего брата воспитала бабушка. Он жил здесь, с ней, все семнадцать лет.

- Оу...

Я задумалась. Они жили порознь, получается? Не странно ли это? Возможно, у них плохие отношения из-за всего этого. Но оно и неудивительно... если бы у меня была сестра, которую воспитали отдельно от меня, я бы считала её чужим человеком, не меньше. Мне было бы сложно назвать её своей семьёй.

- Наверняка тебя мучают вопросы. Я вижу, - он хитро улыбнулся. - Можешь задать мне вопрос, который тебя так сильно заедает.

- Не то что бы... просто, как вы к этому пришли? Почему жили порознь?

- Дядя очень любил мою маму, свою сестру. Он был... довольно резок по жизни, - объяснил он. - Видишь ли... он считал, что смерть моей матери лежит на моём брате. Будто это он убил её.

- Какой ужас! Но ведь он был ребёнком...

- Да. Я в курсе, - кивнул он. - И никогда не считал его убийцей. Но дядя не спрашивал, хотим ли мы быть вместе, он просто приехал и забрал меня, сделавшись моим опекуном. А Эдвина забрала бабушка. 

- Как же вы оказались вместе спустя столько лет?

- Эдвин рос очень закрытым и... агрессивным ребёнком. Он считал себя убийцей, думал, что не имеет права на малейшее проявление любви. И сейчас он... знаешь, он очень одинок, - вздохнул Кайл. - Наш дядя скончался несколько недель назад. Таким образом, до своего совершеннолетия, я отошёл к бабушке. И мы вместе...

- Наверняка это сложно, - сказала я. - Вы ведь не виделись столько лет...

- Мы похожи, очень похожи. Только он тёмная версия меня, - произнёс он. - Поэтому мне сложно найти с ним общий язык. Он неустойчив. 

- Мне жаль, что всё случилось именно так, - прошептала я. - Вы достойны большего.