«Да, — отзывается старец, — обязательно… хорошо, дорогой брат».
Затем монах медленно, скрипуче шаркая ногами, подходит и садится рядом со мной: «Итак, сынок, кого же ты ищешь?»
«Елену».
Кажется, он понимает, о ком я говорю: «Ах да, бедняжка... Но её уже поди... лет десять как нет в живых».
Я качаю головой: «Нет. Я ищу другую Елену, которая умерла более 1600 лет назад».
Лицо дона Фабрицио скукоживается в сострадательную гримасу: «О, какая жалость, она тоже умерла ребенком?»
«На самом деле нет, — отвечаю я уже совершенно обескураженно. — Однако её должны были похоронить в мавзолее».
«Там есть гробница с мощами», — безмятежным тоном продолжает старец.
«Да, но только Констанции».
«А ты кого ищешь?»
Делаю последнюю попытку: «Когда-то здесь хранились два саркофага, теперь остался тольк
