Ренегат

Глава 16

Приехав в гостиницу, Элана и Лейсон заказали обед и поднялись в свои комнаты переодеться и немного отдохнуть перед трапезой. Элана как раз отпустила горничную и раздумывала, стоит ли трогать упакованные вещи, разыскивая уложенную на самое дно сетку для волос, или проще обойтись без неё, когда в дверь постучали.

– Кто там?

– Это я, Элана, откройте.

Недоумевая, что могло понадобиться от неё Джернесу всего через час после их расставания, Элана открыла. Взглянув на стоящего за дверью человека, она ужаснулась происшедшей с ним перемене. Вот про таких и говорят – краше в гроб кладут. Черты Джернеса заострились, лицо прочертили незаметные до сих пор морщины, к тому же он был бледен до синевы. Довершали картину спутавшиеся волосы, словно он их не расчёсывал с самого утра.

– Во имя Пророка, Джернес, что случилось? Да на вас лица нет!

– Мне можно войти? – устало спросил Джернес.

– Да, разумеется, – Элана посторонилась, покосившись налево, туда, где за стенкой сейчас находился Лейсон. Не дайте Боги, выйдет в коридор или постучится к ней.

– Может, дать вам воды? Или вина? Я сейчас прикажу принести.

– Это не помешает, – Джернес, доковыляв до стула, рухнул на него и закрыл лицо руками. Элана, проигнорировав звонок для слуг, быстро выскочила из комнаты и первым делом постучалась в соседнюю дверь.

– Что-то случилось? – спросил Лейсон.

– У меня в комнате сидит Джернес.

– А-а, – понимающе кивнул Лейсон.

За время её отсутствия Джернес успел справиться с собой. Во всяком случае, он уже не походил на умирающего и даже пригладил волосы.

– Извините, что вот так вламываюсь к вам, – виновато улыбнулся он. – Но мне просто необходимо перевести дух и с кем-то обсудить происшедшее, прежде чем придётся объясняться с властями.  

– А что у вас случилось?

– Меня только что попытался у***ь человек, которого я считал своим другом.

– Кто?

– Карван Эсле. Вы с ним встретились, когда выходили от меня, да и во время суда над Кондаром, безусловно, его видели.

– И он пытался вас у***ь? Почему?

– Видимо, чтобы я не сболтнул чего лишнего.

Гостиничный слуга принёс кувшин и бокалы. Джернес разлил вино и начал рассказ. Он оказался недолгим.

– Бог-Вседержитель! Я и думать не думал, что он ввяжется во что-то подобное. Да ещё настолько, чтобы начать устранять свидетелей. Среди уцелевших орденцев зреет заговор, и, скажу вам честно, Элана, я представления не имею, что мне теперь делать. Их надо остановить, но как?

– Надо выяснить, с кем он общался в последнее время, – предложила Элана. – Где он жил до приезда в Мейорси?

– На вашей родине, в Карпере, работал в приюте святого Хударта. Но я сомневаюсь, что его коллегам что-то известно об этой стороне его жизни. Заговор – не то дело, которое можно обсуждать с приятелями за чашей вина.

– Другой зацепки у нас нет, – вздохнула Элана.

В дверь осторожно постучали.

– Прошу прощения, господа, – длинноносый слуга заглянул в проём. – Там пришли какие-то господа, спрашивают, нет ли у вас, госпожа Гарсо, господина... По описанию точь-в-точь как ваш гость. А ещё обед готов, подавать?

– Быстро работают люди Орсена, – Джернес вздохнул и поднялся. – Не буду вам мешать, пойду пообщаюсь с господами из тайной службы. Да, кстати, я, пожалуй, проведу ночь этой гостинице. Не хочется мне оставаться в «Полной луне».

Элана кивнула, хотя сердце у неё ёкнуло. Джернес вышел, и она велела подать оба обеда в комнату Лейсона. Ей, в свою очередь, было просто необходимо обсудить услышанное с ним.

Выслушав её, Лейсон довольно долго молчал.

– Где находится этот приют Святого Хударта? – спросил он.

– В Карпере, неподалёку от Марима.

– Марим... Это ведь на побережье, не так ли?

– Да.

– Что ж, всё сходится. И тот сумасшедший пророк, и Райвет – оба они побывали на северном побережье.

– Но не думаете же вы, что члены Ордена связались с Тёмными? Со своими исконными врагами?

– С кем только не свяжешься, чтобы вернуть власть... Но я думаю, что сейчас вы правы. Почему, собственно, мы решили, что и Райвета, и того бедолагу натравливали именно Тёмные?

– Но ведь... – Элана запнулась.

– Их обоих обработал телепат, это верно, однако телепаты хоть и редки, но всё же не настолько, чтобы при желании нельзя было найти хотя бы одного. Так что, сдаётся мне, Джернес был прав, когда сказал, что нынешняя смута к древним жрецам отношения не имеет. Знаете, я только сейчас сообразил... Ридар говорил, что их доставили телепортом к границе Мейорси, а дальше они шли своим ходом. А зачем Тёмным отправлять Райвета пешком через полстраны, рискуя, что его поймают, если у них есть амулеты, управляющие Сетью? Что мешало им телепортировать Райвета со товарищи прямо под столицу?

– Так что же, – медленно произнесла Элана, – вы полагаете, что существуют два независимых друг от друга заговора?

– Именно. Бывшие члены Ордена грезят восстановлением былой власти, а Тёмные стоят в сторонке и ждут, пока те обтрясут для них деревья, чтобы потом собрать плоды. Кое-чего они уже дождались – светлых магов в Мейорси скоро не останется.

– Вот уж не думал, что когда-нибудь самолично возьмусь за расследование заговора, – Джернес откинулся на спинку сиденья. – А что делать, если больше некому?

– Орсен обещал помочь, – напомнила Элана.

– Я не сомневаюсь, что он сделает всё, что сможет, они с Рисарном, как-никак, в этом деле заинтересованная сторона. Но власть короля Мейорси за её пределы не распространяется, а приюты, даже для магов, в сферу интересов тайной службы до сих пор не входили.

В возке их было двое. Подумав, Элана решила присоединиться к Джернесу. Строго говоря, происходящее напрямую её не касалось, но оставить его одного она не смогла. Лейсон проворчал, что доброта её когда-нибудь погубит, но возражать не стал. Свести его с Джернесом было, разумеется, немыслимо, и потому Лейсон теперь ехал следом за ними, отставая на несколько миль. На ночлег они останавливались в разных гостиницах, из-за чего Лейсону приходилось то отставать ещё больше, то проезжать мимо. К счастью, он хорошо знал эти места, да и их связь не давала им потерять друг друга из виду.

– Я чувствую себя каким-то очень одиноким, – снова нарушил молчание Джернес. – Даже несмотря на ваше присутствие. Я привык быть одним из. Сначала – членом Ордена, потом – одним из изгнанников... Я всё время принадлежал к какому-то сообществу. А теперь я не знаю, кому из них можно верить, кому нельзя, но готов драться с каждым. Кто бы мог подумать, что дойдёт до такого...

Элана молча кивнула. Она не чувствовала себя такой потерянной, давно привыкнув быть сама себе хозяйкой, но при мысли, что они и впрямь по-настоящему могут рассчитывать лишь друг на друга, ей тоже становилось зябко. Воззвать о помощи было не к кому: они не знали размеров заговора, в нём мог состоять любой маг, а от простых людей толку в этом деле было немного. Да и от большинства магов других стран – тоже. Тем ведь, по большому счёту, было всё равно, что творится у соседей, лишь бы их самих не трогали. Мейорси же при Ордене по отношению к окружающим странам вёла себя не агрессивнее любого другого государства.

Правда, у Эланы был в рукаве козырь, о котором не подозревал даже Джернес – Лейсон. Мысль о нём немного успокаивала.

Ехали они быстро, и потому достигли ралинской границы всего за две недели. Отсюда можно было продолжить путь телепортом, благо в незатронутой войной Карпере хватало станций телепортации, где находились магические маяки, на которые ориентировались при построении телепорта. Также можно было переночевать, перекусить и, при необходимости, воспользоваться услугами штатного мага-телепортиста, за плату отправлявшего клиентов по нескольким заранее определённым маршрутам. У самой Эланы не хватило бы сил создать телепорт, но Джернесу это было вполне по плечу, и они переместились безо всяких проблем. Элана немного тревожилась, как быть с Лейсоном, но, связавшись с ним, (а их связь позволяла ей переговариваться с ним на расстоянии) быстро успокоилась. Во время прошлого перемещения ему удалось восстановить в памяти необходимые заклятья, а потому они решили, что Лейсон прибудет на ту же станцию через пару часов после них. Задерживаться Джернес с Эланой там не собирались, а потому столкнуться были не должны.

В Карпере оказалось холодно. Идущая на убыль зима решила в последний раз продемонстрировать характер; до лежащей южнее Мейорси мороз ещё не дошёл, а здесь уже разгулялся вовсю. Поёживаясь от холода, Элана ждала, когда Джернес найдёт экипаж, который доставит их в Марим, откуда они отправятся в приют. Вообще-то в приюте имелась собственная телепортационная станция, но кого попало через неё не пропускали.

Новая дорога по отчасти знакомым местам, Марим, в котором они провели ночь, обсаженная елями алея, ведущая к большому зданию из кирпича и камня посреди обширного парка...  Несколько лет назад Элане довелось побывать здесь вместе с покойным наставником, навещавшим безумного Марсана, а также давшим здесь своей ученице несколько ценных уроков. Только тогда до приюта доносился еле слышный шелест волн недалёкого моря, но сейчас оно было сковано льдом, и потому в парке царила полная тишина. Здание было белым, но всё равно казалось, что оно бросает на приходящих мрачную тень, а входить в него было всё равно, что входить в склеп. Слишком много здесь было губчатника, не дававшего разгуляться владеющим магией безумцам, чтобы маг мог уютно чувствовать себя под этими сводами. Впрочем, Элана по опыту знала, что к этому быстро привыкаешь. Ей ещё приходилось легче, чем Джернесу, он чувствовал себя здесь ослепшим и оглохшим, но основная сила Эланы оставалась с ней, ведь губчатник почти не действовал на телепатию. Комнаты Марсана имели ещё и дополнительную защиту, и вот там Элана точно не хотела бы оказаться.

Возглавлявший приют господин Фамари её вспомнил и, кажется, искренне обрадовался.

– Госпожа Гарсо, какой приятный сюрприз! Сколько мы с вами не виделись, несколько лет ведь прошло! Неужели надумали устраиваться к нам на работу? Впрочем, чего это я сразу о делах? Прошу, присаживайтесь!

Гости сели, и Элана представила Джернеса. Как выяснилось, Фамари помнил и его.

– Вы ведь у нас лечились, не правда ли? Как же, помню, помню! Через нас прошли почти все уцелевшие маги Ордена.

– А скажите, господин Фамари, кто-нибудь из них у вас работает?

– Работает, – кивнул Фамари, разливая вино. – Ваш знакомый, например, Карван Эсле. Только вы его сейчас здесь не встретите, он взял отпуск, чтобы съездить на родину.

– Да, я знаю. Собственно, поэтому мы к вам и приехали, – Джернес слегка замялся. – Я вижу, мы опередили печальное известие, и сообщить его придётся мне. Карван сюда не вернётся. Он погиб.

Улыбка сползла с лица господина Фамари.

– Как погиб?                      

– Его убили. К сожалению, это не редкость в Мейорси. Кондара и «ястребов» уже нет, но ненависть к магам сильна по-прежнему.

– Боги мои, – пробормотал Фамари, – Боги мои, какая жалость! Один из наших лучших сотрудников...

Он посмотрел на наполненные им бокалы.

– Я хотел предложить выпить за встречу, а теперь придётся пить за упокой. Вечная память и да пребудет его душа в Свете!

Элана не была уверена, что пытавшийся у***ь друга Карван достоин вечной памяти и в особенности Вечного Света, но выпила без возражений, так же как и Джернес.

– Мы хотели узнать, кто были его ближайшими сотрудниками, друзьями, – сказал Джернес. – И, если это возможно, поговорить с этими людьми.  

– Да, да, разумеется, – пробормотал Фамари, – подождите, я сейчас.

Он вышел на несколько минут и вернулся с каким-то списком. Положил его на стол, и Элана по перевёрнутым буквам с трудом разобрала, что это – расписание дежурств.

– Вот, – сказал Фамари, ведя по списку пальцем, – сейчас на месте Дорван и Лесила. Но Лесилу от дела отрывать нельзя, она занята исследованиями. А с Дорваном, если хотите, можно побеседовать.

– А ещё кто-нибудь есть?

– Да, если хотите, я выпишу для вас их имена и адреса.

– Буду вам благодарен, – кивнул Джернес.

– А скажите, – вмешалась Элана, – как давно они все у вас работают?

– Года полтора-два, – Фамари потёр переносицу. – Да, почти все бывшие орденцы пришли к нам относительно недавно. Работать, я имею в виду.

– Ладно, – Джернес поднялся. – Выпишите нам друзей Карвана, а мы, если не возражаете, пойдём поговорим с этим Дорваном. Где нам его найти?

– Странно, – заметила Элана, когда они вышли из комнаты, – он даже не спросил, о чём мы собираемся с ним беседовать.

– Да, меня, признаться, тоже удивила готовность, с которой нам пошли навстречу. Хотя и причин отказывать нам у него нет.

– А в самом деле, Джернес, о чём вы собираетесь говорить с Дорваном? Мы ведь не можем спросить в лоб, не участвует ли он в заговоре против короля Мейорси?

– Не можем, – согласился Джернес. – А потому я попрошу вам, Элана, его прослушать. Вам ведь не обязателен тесный контакт, чтобы узнать, какие эмоции испытывает человек, правду он говорит или нет?

– Если человек находится прямо передо мной – не обязательно, – подтвердила Элана. – Но учтите, он может это почувствовать.

– Что ж, рискнём, – и Джернес постучал в указанную им дверь.

Мужской голос откликнулся сразу, и они вошли. За столом сидел высокий, ещё не старый человек, с каштановой, чуть тронутой сединой шевелюрой. Пока Джернес представлял себя и её, Элана присматривалась к их визави. Судя по всему, до сих пор Джернес с Дорваном знакомы не были, что, впрочем, не удивительно – Орден был велик. Их пригласили сесть, Элана опустилась в резное полированное кресло и прикрыла глаза. Ложь она могла чувствовать и просто так, но тут требовалось большее сосредоточение. Она не вслушивалась, о чём говорили двое мужчин, отрешась от их голосов и открыв свой разум другим звукам: симфонии мыслей и чувств, звучащих в каждом живом и мыслящем человеке. Ей это было не впервой, и потому странность она почувствовала сразу. Она словно бы стояла в начале коридора, из глубины которого и доносилась эта музыка – издалека, слабо и искажённо. Словно разум Дорвана находился где-то далеко, хотя его тело было здесь, перед ними.

Никогда прежде Элане не приходилось сталкиваться с подобным или хотя бы слышать о таком. Рискуя быть обнаруженной, она потянулась дальше, раскрываясь до предела, стараясь расслышать как можно больше, чтобы понять, что же означает этот феномен.

Всё произошло настолько неожиданно, что Элана не сразу поняла, что случилось. Просто на её опрометчиво открытое сознание откуда-то из глубины разума сидящего перед ними человека обрушился ментальный удар такой силы, что девушка покачнулась и соскользнула с кресла на пол. На миг ей показалось, будто её и в самом деле ударили по голове чем-то тяжёлым. Из носа хлынула кровь, тело онемело, и Элана, чувствуя себя полуослепшей и полуоглохшей, скорчилась на полу, царапая пальцами половицы. Потом над ней склонилось лицо Джернеса.

– Элана, что с вами? Вам плохо?

Её взгляд скользнул поверх его плеча, как раз вовремя, чтобы увидеть нависшего над Джернесом Дорвана с тяжёлым подсвечником в руке. «Джернес, сзади!» – хотела крикнуть она, но язык не слушался. Подсвечник опустился на затылок Джернеса, и тот осел прямо на Элану. Губчатник не давал пользоваться в приюте магией, а потому они расслабились, чувствуя себя здесь в относительной безопасности, но зачем магия, когда простой удар по голове для нейтрализации мага так же эффективен, как и для простого смертного.

С треском распахнулись двери, и какие-то незнакомые люди ворвались в комнату, вздёрнули Элану и Джернеса на ноги, и тут же застегнули на шее Джернеса ошейник, утыканный кристаллами. Элана бессильно обвисла в жёстких руках, ноги её не держали.

– Всё в порядке? – спросил один из вошедших у пошатывающегося Дорвана. Тот выглядел, как пьяный или больной, но всё же кивнул.

– Хорошо, – сказал спросивший, видимо, он был у них за главного. Потом кивнул остальным, и внезапных пленников потащили куда-то прочь из комнаты. Элана покорно висела на руках у пленителей, пытаясь прийти в себя. Чувствительность, как телесная, так и духовная, постепенно возвращалась, по рукам и ногам побежали огненные мурашки. Пользоваться телепатией она всё ещё не могла, но уже поняла, что среди схвативших их двое магов, а остальные – обычные люди. Их протащили по коридору, подняли по лестнице, к двери, показавшейся Элане знакомой. Главный постучал в неё, и дверь распахнулась сразу же, их явно ждали.

 За дверью обнаружилась комната, обставленная дорогой мебелью и увешанная коврами. В изящных вазах благоухали цветы, мягко мерцало серебро, курились благовонные свечи – не дать, не взять, дворцовый покой. В прошлый визит Эланы здесь всё было куда скромнее. У стола стояло кресло на колёсиках. Сидевший в нём седой человек задумчиво смотрел в окно, не торопясь поворачиваться к гостям. Вот он шевельнул рукой, и тот, кто открыл им дверь, подошёл к нему и, взявшись за спинку, развернул кресло к посетителям. У сидевшего в кресле человека оказалось тёмное морщинистое лицо и крючковатый нос.

– Рад тебя видеть, Джернес, – ласково сказал Марсан, один из сильнейших телепатов Ордена. – И вас, госпожа Гарсо.