Кто меня ждет за углом?

17

Я рассчитывала проснуться в объятиях Макса после такой романтической ночи. Впереди два выходных и можно понежиться в кроватке подольше, но, открыв глаза на рассвете, своего пылкого любовника не нашла.

Прижав к себе подушку, всё ещё пахнущую Максом, я стала перебирать в памяти волшебные моменты. Все события, после вторичного появления Макса в моей квартире, вспоминались, как слегка затуманенные. Как будто я была под воздействием алкоголя, но нет. Вчерашняя бутылка вина до сих пор прохлаждается в холодильнике. Может быть, любовь Макса на меня так действует? Я улыбнулась.

Не все вчерашние события сегодня мне казались нормальными, а от некоторых действий становилось не по себе. Наши взаимные укусы - это так странно. Вчера это было более чем эротично и естественно, сегодня - вызывало недоумение: вот это животные страсти!

Ещё более странным мне показалось наше мысленное общение с Максом. Что это? Так не бывает. Эти образы, сами собой всплывающие в моей голове. Похоже на галлюцинации, но с чего бы вдруг им появиться? Ничего такого я не принимаю.

'Кого любит Макс?' - задала я вопрос самой себе и была ошеломлена, получив ответ. В моей голове появился образ женщины, сероглазой брюнетки. Её длинные шелковистые волосы были собраны в высокий хвост, на глаза падала густая пышная чёлка. У неё была пленительная улыбка и нежные руки, а глаза светились любовью. И она не была застывшим отпечатком, как будто я видела её на фотографии, она была живой. Я знала, как она двигалась, как, улыбаясь, у неё немного морщился нос, как, чуть склонив голову, она гладила Макса по щеке. 'Мальчик мой!' - я даже знала её голос. Это были воспоминания о ней, но не мои.

'Как её зовут?' - спросила я, и тут же получила ответ: 'Регина'. Мне не нужно было спрашивать, кто она, я и так знала, что она - мама Макса. Но она выглядела очень молодо, чтобы быть его матерью. И я спросила, как она выглядит сейчас, но образ приходил всё той же молодой и красивой женщины.

'Может она умерла много лет назад?' - нет, я знала, что она жива, и выглядит сейчас именно так.

Это всё так странно! Кто там дальше у Макса по списку?

В мою голову стала вливаться информация про его отца, Адриана. Высокий, широкоплечий брюнет с классической стрижкой и яркими синими глазами. Похожих мужчин можно увидеть на страницах журналов, рекламирующих деловой стиль. Но, в отличии от них, Адриан выглядел уставшим от жизни, подавленным и грустным. Я перебирала воспоминания Макса о нём, мне хотелось найти его улыбку. И нашла, но так далеко в прошлом, как будто он улыбался последний раз лет сто назад.

Всё это так напугало меня, что я решила больше не соваться в воспоминания Макса, ни о чём его не расспрашивать таким неестественным путём. Вот появится Макс снова, и я задам ему вопросы лично. Я не могла дождаться вечера, но в какой-то момент почувствовала, что мой ночной гость приближается. И правда, открылась дверь, вошёл Макс.

Он, как обычно, снял куртку, бросил её в кресло. Стал расстёгивать пуговки на рубашке. И удивлённо приподнял бровь, заметив, что я не раздеваюсь.

- Макс, давай сначала поговорим. - Я сделала пару шагов ему навстречу.

- Хочешь поговорить? Это так странно, - Макс усмехнулся. Взяв его за руку, я потянула его к дивану.

- Со мной кое-что происходит.

Пока я подбирала слова, чтобы описать своё состояние, Макс продолжал подсмеиваться надо мной:

- О да, я заметил. С тобой уже несколько месяцев что-то происходит.

Но мне было не до шуток.

- Макс, я серьёзно. Или я схожу с ума, или ты можешь мне это объяснить.

- Хорошо, что тебя беспокоит? - уже серьёзно спросил Макс.

- Вчера мне показалось, или мы действительно мысленно общались друг с другом?

- Тебе не показалось.

Я была ошеломлена.

- Но как такое может быть?

- Привыкай.

- Так будет всегда?

- Сейчас пока не постоянно, дальше - всегда.

- Я... я не готова к такому. - Это было странно, пугающе, не нормально, и вызывало панику. - Я хочу всё вернуть. Пусть будет, как раньше.

- Вернуть ничего нельзя, хочешь ты этого или нет, механизм запущен. Процесс начался ещё тогда, когда мы впервые встретились.

Когда мы впервые встретились, он хотел меня у***ь - вспомнила я. Что же за механизм тогда запустился?

- Но как такое возможно? А то, что я видела, - я постучала себя указательным пальцем по виску, - это всё - правда?

Макс кивнул.

- Твоя мать - Регина, а отец - Адриан?

Он снова кивнул.

- Но как я смогла их увидеть? Это что, магия какая-то?

Макс глубоко вдохнул, похоже, что он не может или не хочет мне в этом помогать.

- Давай, мы пока не будем с этим торопиться. Постепенно всё само собой утрясётся.

Мне понравилось, что он сказал 'мы'. Но что утрясётся, я так и не поняла. Кроме того меня беспокоил длиннющий ряд женщин, с которыми был Макс до меня. Раз уж всё, увиденное мной, правда. Я терзалась от ревности и чувствовала себя при этом полным ничтожеством. Макс приподнял мой подбородок, чтоб я смотрела ему прямо в глаза, и сказал:

- Ты будешь знать обо мне всё. Всё, до мельчайших подробностей. Мы будем вместе всегда, потому что ты - моя, а я - твой. Ни прошлое, ни будущее не имеют значения.

Его слова подбодрили меня, я восприняла их как признание в любви. И улыбнулась.

Ещё несколько дней длилось наше счастье. По совету Макса я пыталась не форсировать события, не лезть в его сознание с вопросами, на которые трусила получать ответы, и всё вроде бы было прекрасно. Но в очередную пятницу Макс ко мне не пришёл. Я прождала его до полуночи, и, не дождавшись, легла спать. Я была расстроена, что он не предупредил меня о своём отсутствии, всё же наши отношения изменились, стали более близкими. Я решила обсудить это с ним в субботу. Чтобы он не исчезал так неожиданно, меня это пугает, чтобы хотя бы предупреждал. Но и в субботу он тоже не пришёл. Я была не на шутку встревожена. В прошлый раз он отсутствовал полтора месяца, а я даже не знаю, где он был и не опасно ли это. Вот теперь я жалела, что знаю о нём мало. Пробовала установить ментальную связь, но как будто врезалась в тёмную стену, и все мои попытки достучаться до него были тщетны.

Я долго не могла уснуть, ворочалась. А когда всё же уснула, спала тревожно. Проснулась как от толчка, рано, в половине восьмого. На улице ещё темно. Я встала, накинула халат и выглянула в окно. Во дворе пусто, никого нет, полная тишина. Я не понимала, что меня разбудило, но ощущала какую-то необъяснимую тревогу, сердце громко стучало в груди. Я попробовала снова лечь, но уснуть не могла. Чувствовала, что-то происходит, что-то плохое.

Я снова встала, пошла в ванну, залезла под душ. Долго стояла под прохладными струями, пытаясь успокоиться, не помогло. Вытершись насухо, снова завернулась в халат. Пошла на кухню, заглянула в холодильник, но есть не хотелось. Более того, думаю, мне бы кусок в горло не полез. Я снова подошла к окну, смотрела и смотрела на пустынную улицу. Что-то было не так.

Поддавшись порыву, я накинула дублёнку и побежала в подъезд вниз по ступенькам. Выбежав на улицу, замерла на крыльце, прислушиваясь к внутреннему голосу, но разобрать импульсы не смогла. Стала оглядываться по сторонам, но в освещённом фонарями дворе ничего не заметила.

Где-то слева хрустнула ветка. Я повернулась на звук. В тени кустов ничего видно не было, и я пошла проверить, что там. Сапоги в спешке не одела, и сейчас шагала в тапочках на босу ногу по утоптанному снегу, игнорируя холод, каждое мгновение рискуя поскользнуться. Заметив возле дальнего куста более густую тень, я остановилась, не решаясь двигаться дальше. А потом услышала голос:

- Лариса! - он звал меня.

- Макс! - я бросилась к нему.

Это действительно был он, но в каком виде: куртки на нём не было, а вся остальная одежда была разорвана в клочья. На груди и на лице ужасные рваные раны. И всё вокруг залито кровью. Я замерла от ужаса.

Он сидел на корточках, прислонившись спиной к стене дома, бледный и холодный.

Мне было ужасно жаль его, моё сердце разрывалось от боли, но я даже плакать не могла.

- Сейчас, сейчас я вызову скорую, - лепетала я, обыскивая карманы дублёнки, но телефона с собой у меня не было.

- Не надо скорую, - тихо ответил Макс. - Я просто хотел увидеть тебя ещё хотя бы раз.

- Что значит 'ещё хотя бы раз'? Ты не умрёшь. Ты не умрёшь!

Подавляя приступ паники, я подошла к нему, обхватила обеими руками, пытаясь по возможности не задевать его раны.

- Я отведу тебя домой, но ты должен мне помочь. Вместе мы справимся, слышишь?

По лицу Макса скользнула тень улыбки.

- А ты храбрая, моя мышка.

Я попробовала поднять его, он был очень тяжёл. Опершись на стену рукой и с моей помощью, Макс поднялся на ноги, и мы медленно двинулись к подъезду. Я видела, что движения причиняют ему нестерпимую боль, он закусывал губу, его прекрасные черты искажались от муки, но он продолжал идти. Это была самая длинная дорога в моей жизни.

Добравшись до подъезда, я вызвала лифт.

- Сейчас, милый, потерпи. Мы скоро будем дома, - уговаривала я его, как маленького. И Макс держался из последних сил.

В квартире я довела его до дивана. Он рухнул на него и уже не смог сдержать стона. Швырнув дублёнку на кресло, я поспешила к Максу, нужно было промыть и обработать его раны. Вся ткань, оставшаяся от рубашки, была пропитана кровью. Правого рукава вообще не было, левый был разорван до подмышки. Мне было страшно, что Макс потерял крови слишком много. Его нужно срочно везти в больницу. Но он не позволил даже позвонить.

- Всё бесполезно. Посиди со мной. Сейчас солнце взойдёт.

Я не поняла, причём тут солнце. Возможно, Макс бредит. Но я села рядом с ним, бережно погладила его по щеке.

- Я рад, что встретил тебя. Мы так мало... , - но он не договорил. Вздрогнул и громко застонал. Его руки взметнулись к лицу, как будто заслоняясь от чего-то. Кожа на груди и руках стала чернеть и плавиться, превращаясь в ужасные язвы. Они расширялись и множились прямо у меня на глазах. Появился запах горелой плоти. Макс как будто сгорал изнутри. Он кричал, метался, а я ничем не могла ему помочь, я в жизни не видела большего кошмара.

- Что мне делать? Макс, что мне делать? - я была в панике.

- Окно, закрой окно, - разобрала я среди его нечеловеческих криков.

Моё окно выходит на восток, и сейчас как раз первые лучи восходящего солнца скользили по стене. Я задёрнула шторы, как просил Макс, и ему как будто сразу стало легче. Он перестал кричать, но продолжал метаться по дивану, повторяя без конца: 'Убери этот свет. Закрой окно'. Его била мелкая дрожь, глаза были полузакрыты, рук от головы он так и не отнял. Мне казалось, что он уже не знает, где находится. Скатившись с дивана, Макс одним сильным рывком отодвинул его от стены и заполз под него, продолжая повторять: 'Убери свет'.

Меня саму всю колотило. Я бросилась в прихожую, где на антресолях в ящичке были кое-какие инструменты. Нашёлся молоток и гвозди. Я схватила первое, что подвернулось под руку, покрывало, и стала приколачивать его прямо к раме окна, чтоб ни единый луч солнца не проник в комнату.

В дверь позвонили, потом постучали.

Закончив с покрывалом, я тщательно задёрнула шторы, выключила свет. В комнате царила полная темнота. Закрыв дверь в комнату, я пошла открывать входную. В неё продолжали стучать.

Это был сосед, дядя Боря.

- Лариса, с тобой всё в порядке? Я слышал шум и крики, - он выглядел испуганным. - Хотел в милицию уже звонить.

- Спасибо, дядь Борь, всё в порядке. Мой друг, он... обжёгся. Простите за шум.

- Ничего, - сосед облегчённо вздохнул. - Я уж подумал, опять что-то ужасное.

Закрыв дверь за соседом, я вернулась в комнату, чтоб посмотреть, как там Макс. Я слышала его тихие стоны из-под дивана. Но чем я могла ему помочь без освещения?

Выйдя из комнаты и плотно прикрыв за собой дверь, я ушла на кухню и там расплакалась.