* * *
Корнелий протёр глаза, посмотрел в окно. Лучи солнца падали вертикально. Полдень.
"Как долго я спал, словно патриций, - укорил он себя. - А ведь пора за работу". Он быстро ополоснул лицо, отломил корку зачерствевшего хлеба, глотнул кислого вина из кувшина, поморщился и вновь склонился над скрижалями.
"... затем прибыли послы гарамантов, которых редко приходилось видеть в Риме. Народ, потрясённый гибелью Такфарината, но не знавший за собой вины, направил их, чтобы представить объяснения римлянам.
Узнав об усердии Птолемея в этой войне, сенат восстановил старинный обычай, и пожаловал его почётной наградой: к нему был послан один из сенаторов, чтобы вручить жезл из слоновой кости и расшитую тогу, и назвать его царём, союзником, другом".
Влетевший в открытое окно лёгкий камешек пока
