Элизиум

Глава 7

Студия Веры дышала творческим хаосом и светлой, почти электрической энергией. Солнечный свет заливал открытое пространство, играя бликами на дорогом монтажном оборудовании. В центре всего этого Вера, Максим и Катя, сгрудившись вокруг монитора, живо обсуждали новый сценарий. Воздух был наполнен их смехом, легкими спорами и уверенностью в своем мире, где правда была самым грозным оружием.

Их миры столкнулись с оглушительной тишиной.

Алекс появился на пороге без предупреждения, как внезапное затмение. Его высокая, подтянутая фигура в идеально сидящем темном костюме и безупречной белой рубашке казалась инородным телом в этом светлом пространстве. Охранник на входе лишь кивнул, заглянув в его ледяные глаза, а администратор замерла с открытым ртом, роняя папку с бумагами. Он прошел через студию, как нож сквозь масло. Его шаги были бесшумными, но каждый из них отдавался в наступившей гробовой тишине.

Он небрежно кивнул, его темный, тяжелый взгляд скользнул по стойкам с аппаратурой, по плазменным панелям, оценивая стоимость всего этого, и наконец остановился на Вере. Он подошел так близко, что она почувствовала запах его парфюма, перекрывший знакомые запахи кофе и ламп накаливания. С легкой, демонстративной фамильярностью он протянул руку и сдул с ее плеча несуществующую пылинку.

— Ну что, Рыжик, работаем? — его голос прозвучал громко и отчетливо, режущей издевкой. — Или будем дальше по шкафам шариться?

Воздух вырвался из легких Кати с тихим всхлипом. Максим, стоявший рядом, резко выпрямился, его кулаки сжались, а лицо залилось краской гнева. Алекс видел это, и в глубине его темных глаз вспыхнуло удовольствие. Ему нравилось это — сеять хаос, доминировать, наблюдать за реакцией.

Вера, побледнев, сделала шаг вперед, пытаясь отгородить команду от него. Рыжий локон выскользнул из ее пучка и упал на грудь, мягко контрастируя с темным цветом блузки. Она нервно закусила пухлую нижнюю губу, и этот жест внезапной уязвимости и гнева поразил Алекса сильнее, чем любое слово.

— Господин Алексеев. К нежданным гостям мы не привыкли. У вас есть пять минут, чтобы объяснить ваш визит.

Ее голос дрожал лишь слегка, и она гордилась этим.

Но Алекс уже почти не слышал слов. Он наблюдал за ней, и странная мысль, начавшаяся как раздражение, оформилась в четкое осознание. Она не была похожа на других. Не на Анжелу с ее показным гламуром и готовностью на все ради статуса, не на тех, кого можно было купить дорогими подарками или запугать парой грубых фраз. Эта женщина горела изнутри. Огонь в ее изумрудных глазах, острый интеллект, считывающий каждую его уловку, упрямство, с которым она держалась за свои принципы, — все это не раздражало. Это притягивало с магнетической силой, вызывая незнакомое ранее физическое влечение. Он поймал себя на том, что хочет не просто сломать ее, а прикоснуться к этой горячей коже, вцепиться в эти рыжие кудри, заставить этот рот, произносящий дерзости, издать совсем другие звуки. Она была как дикая, строптивая лошадь, и процесс укрощения начинал нравиться ему гораздо больше, чем сама цель.

— Всегда к делу. Уважаю, — он усмехнулся, подавив странный импульс, и достал из внутреннего кармана пиджака тонкую, стильную флешку. Он бросил ее на стол рядом с клавиатурой, словно кость собаке. — Деловое предложение. Горячая тема. Компромат на Семенычева. Доказательства его сделок с теневыми фондами, откаты, фото. Всё, что нужно для твоего фирменного разгромного репортажа.

Он сделал паузу, наслаждаясь шоком на их лицах. Его взгляд скользнул по Максиму, и на мгновение в его сознании мелькнула холодная вспышка чего-то, отдаленно напоминающего ревность. Он цикнул в его сторону и снова обратил свой взор на Веру.

— Материалы все тут. Дело за твоей фирменной подачей.

Краем глаза он заметил другую интересную динамику. Его тень, Ник, стоявший у входа, не сводил холодных глаз с Кати. Ассистентка Веры пыталась казаться строгой и невозмутимой, но не могла скрыть смущения и страха, краснея под его пристальным взглядом. «Интересно», — мелькнуло у Алекса в голове, с легким недоумением. Даже его молчаливый солдат попал под обаяние этого странного места.

Вера, собравшись с духом, ответила уклончиво, ее пальцы сжали край стола:

— Нам нужно это...обсудить. И проверить информацию.

Алекс не стал настаивать. Он добился своего — посеял страх, показал, кто здесь хозяин положения, бросил крючок. Он мягко, почти нежно положил ладонь ей на плечо, чувствуя, как она вздрагивает под его прикосновением, и ему вновь захотелось ощутить под пальцами тепло ее кожи, а не тонкую ткань блузки.

— Конечно, обсуди, — его голос стал тише, но от этого еще более неотвратимым. — Жду тебя сегодня вечером в клубе. Для обсуждения... деталей.

Это прозвучало не как приглашение. Это был приказ. Он повернулся и вышел, оставив за собой взрыв гробовой тишины и полностью разрушенную, подавленную атмосферу ее студии.

Он сел в свою машину, где его уже ждал Ник.

— Ну как? — коротко спросил телохранитель.

Алекс бросил последний взгляд на фасад студии, на большое окно, за которым, он знал, она сейчас пытается прийти в себя. На его губах играла легкая, почти незаметная улыбка. Он все еще чувствовал под пальцами призрачное тепло ее плеча, видел перед собой тот сбежавший локон и закушенную от гнева губу.

— Придет. Она упрямая. Но мы ее сломаем. — Он повернулся к Нику, и в его глазах вспыхнул холодный азарт, смешанный с новым, острым физическим голодом. — А пока... повеселимся.

Машина тронулась с места, оставляя позади светлый мир Веры. Охота продолжалась, и Алекс с нетерпением ждал вечера, предвкушая не только победу, но и саму близость с той, кто оказалась не просто игрушкой, а достойным противником. И, возможно, чем-то большим.