Кая + Алета Беловы

34

Часть 34. Кая.

Отчего ты другая? Та, что ещё вчера была моей.

Без мечты, без метаний.

Пела, как соловей.

Поцелуя просила, как подаянья.

Обещанья клевала с руки.

Горевала так редко.

Ты жила в моей клетке.

Отчего ты другая теперь?

Отчего ты летишь?

Я хозяин тебе, ты не можешь, тебе слишком поздно!

Ты смеёшься в ответ и выходишь на волю, на воздух.

Твоя хрупкость — прочна. На тебе невесомые латы.

Я ведь даже не знал, что красива ты так и крылата!

Я умру тут один, безголосый, упав на кровать.

Отчего я другой?

Я впервые хочу научиться летать,

Чтоб лететь за тобой!

Marika Nova.

День коронации. К чему этот пафос ответить мне никто не может. И вот вы только вдумайтесь, мне на голову наденут венок из крапивы, самой жгучей из нашей округи. Наденет, не кто иной, как Леон. Будь проклят день, когда я встретила этого мужчину. Ситуацию спасает лишь то, что мне дозволено держать Сашу за руку. Все знают, что он мой избранник и воздают тем самым ему почет. Он еще не хозяин, но и не простой житель ковена. Жаль, что родители не будут присутствовать, но мамин счастливый голос в телефонной трубке того стоит. У них с отцом еще один медовый месяц и они его заслужили.

Короткий хлопковый сарафан. На этот раз от традиций я не отказываюсь. Уж очень, хочется быть под стать Саши. И потом белый, цвет невесты.

На теле лишь два кольца, крестик и родительский браслет.

Я готова.

Входит Саша и душа замирает. Я никогда не устану любить этого мужчину.

- Ты красив, как Бог!

Смеется и крутит у виска. Неужели он не осознает, как он красив в моих глазах?

- Скажешь тоже.

А сам пожирает меня взглядом, если так пойдет и дальше, то на церемонию мы сильно задержимся.

- Мне не хватает мамы.

Обнимает меня, перебирая пальцами длинные распущенные волосы.

- Я помню еще церемонию Лики и Тони тоже, - заглядывает мне в глаза, а через них проникает в душу, - ни одна из них не заслужила этого больше, чем ты. И ни одна, не была так несомненно красива!

Я таю от его слов. Я готова простить родителей за отсутствие, но не было бы этого мужчины, признаться я бы ни за что не вернулась из Лондона.

- Ты даже себе не представляешь, насколько я тебя люблю.

Что я там говорила, по поводу того, что никогда никого не убила бы? За этот его взгляд и улыбку, убила бы, не задумываясь.

- Нам пора маленькая.

Как же мне не хотелось спускаться, как не хотелось садиться в машину и ехать в земли ковена. Церемония будет проходить на поле у ручья. Мы босыми войдем в круг избранных и Леон без слов наденет мне на голову венок. Потом все приложат раскрытые ладони к сердцам, засвидетельствуя мне почтение. Те, кто захотят, поклянутся служить мне, те кто нет, не будет осужден. У нас свобода выбора, не принимаешь вожака, живи, но не проси у него помощи.

Я за своими мыслями проглядела всю дорогу и пришла в себя лишь тогда, когда Саша на руках вынес меня босую из транспорта и поставил на зеленую травку. Говорят сила ведьмы в стихии, в природе, в земле, воде и небе. Но может я просто огонь? Ведь огонь горит в моей крови и любви. Огнем я люблю Сашу, огнем сражаюсь, живу им. Потому мне было безразлично все вокруг, только рука в моей руке и тело вампира рядом.

Безразлично до того момента, пока мой взгляд не нашел в толпе Леона.

Саша ощутил, как напряглась моя рука, но благоразумно промолчал, в последнее время, удивляя меня своей сдержанностью.

Солнце палило нещадно и струйки пота уже стекали по груди. Распущенные пряди липли к взмокшей коже спины, пальцы еще сильнее цеплялись за руку вампира.

Моего вампира.

Мне нужно было выйти в круг первой и поцеловав его пальцы напоследок, я отняла ладонь и протиснувшись сквозь круг собравшихся, вошла в его центр.

По взгляду Леона нельзя было понять ничего, казалось, все происходящее его вообще мало касается.

- Линда, - мне могло показаться, но ведь я не надевала его браслета, а значит, он мог проникнуть в мои мысли, - моя снежная королева, прими поздравления.

Я опустила взгляд в пол, его темно вишневые омуты утягивали. И если глаза Саши были глазами воина. Хотя тот и родился магом и был вампиром, то глаза Леона, были глазами дьявола.

- Кая Белова, - произнес он вслух мое имя. И с высоты своего роста опустил на мое запрокинутое обнаженное лицо тяжелый венок из жгучей крапивы.

Защипало неимоверно. Должно быть, под ним на моей бледной коже теперь красные волдыри. Но такова дань традиции предков и я вынесу ее с улыбкой на губах.

Поворачиваюсь к нему спиной. Лицом к кругу моего ковена. Теперь они все стали моей семьей. Много лиц, калейдоскоп красок и энергий. Под сотню людей, детей, стариков, женщин и мужчин. И все они как один прислоняют ладони к груди и я готова прослезиться. Похоже, мой поступок в зале ковена вызвал уважение. И принятие взбалмошной меня.

А теперь очередь моих приближенных.

Я вижу отделившуюся из толпы фигуру Паши. Он становится на одно колено передо мной. Брат не высокого роста, но даже припав на одно колено, он заглядывает мне почти напрямую в глаза.

- Я клянусь своей сестре. Не хозяйке ковена, не вашей правительнице. Я клянусь своей жизнью служить тебе, маленькая. Я всегда рядом, - брат целует меня в кончики пальцев и крепко обняв, уходит в круг.

Я не замечаю как таки плачу.

Никита делает несколько шагов и замирая в полу метре от меня, опускается на колени.

- Клянусь тебе, мой ангел. Моя душа, твоя. Распоряжайся ей на свое усмотрение.

Короткий поцелуй в лоб и я уже рыдаю не сдерживаясь. Со слезами из меня выходит вся признательность за светлые чувства этих людей.

Влад подходит резко, откуда - то со стороны правого плеча. Он не становится на колени, но делает глубокий поклон в пол.

- Кая Белова, ты чертовка опять выиграла. А я всегда на стороне сильных, - берет меня за руку, - я чертовски твой, дочь Белова!

По толпе разносится одобрительный гул, а я широко улыбаюсь ему, зная что это максимум его прилюдных откровений.

- Я с тобой, девочка, - шепчет мне на ухо и отходит, как ни в чем не бывало.

Я нахожу взглядом в толпе Свету, она будто нехотя, а может мне и показалось, выходит вперед и делает книксен.

- Сестра, я с тобой. Не подведи нас.

Улыбается.

Улыбаюсь и я. Конечно же, я не подведу вас, подруга. Конечно же, не после всего пережитого вместе.

Я вижу шаг Саши, это заключение вечера. Уже и темнеть начало. Но вдруг он останавливается и мое сердце замирает. А потом люди падают на колени все! И смотрят, куда - то мне за спину. Я пугаюсь, я действительно пугаюсь и оборачиваюсь так резко, что готова потерять равновесие. А потом меня припечатывает на месте факт стоящего на коленях старейшины.

Леон стоит на коленях, сгорбившись и опустив голову. Длинные вьющиеся волосы скрывают от меня его идеальное лицо.

Иван, Светолика, Кира и Михаил замерли на своей возвышенности, никто не может понять, что происходит? Все замерли, это дикость и такого уж точно никогда не было!

- Кая Белова, служу тебе, ведьма.

Пять слов прорезают воздух и раздается раскат грома. Как в сказке, вот еще светило солнце, а теперь льет проливной дождь.

Он поднимает лицо и я не могу понять, плакал он, или это дождевые капли?

- Что? - мои губы дрожат и он поднимается.

Толпа ликует, как же, их правителя, признал сам старейшина. И не просто равной, а кланялся ей.

Стоял перед ней на коленях.

А я сейчас ненавижу его. Ненавижу так сильно, что готова вцепиться когтями в лицо и заставить стать на колени уже от боли.

- Успокойся, - шепчет на ухо Саша.

И толпа вновь замирает. Сейчас как под микроскопом рассматривается каждый вышедший ко мне в круг.

Поправляю венок, обжигая руку, смазываю с лица дождевые капли. Я не крашусь, оттого не стоит беспокоиться о потеках косметики. Рядом со мной стоит любимый и все остальное не важно. Долго стою, молча всматриваясь в его глаза. Такие болезненно родные с детства, глаза в которых я видела весь спектр эмоций, от боли, до дикой неукротимой любви.

Улетаю, исчезаю, растворяюсь в нем.

Вот, что делает любовь, даже с ведьмами правящими ковеном.

Саша нежно и аккуратно обхватывает пальцами мой подбородок и наклоняется к губам. Поцелуй получается мокрым, не только от дождя, но и от моих слез. Я вцепляюсь замерзшими пальцами в его предплечья, поднимаюсь на носочки над мокрой землей и прижимаюсь к нему еще сильнее. Мой венок обжигает и его лоб и щеки. Вот так, до скончания веков, общая боль, общая радость.

- Люблю, - стучит мое сердце.

- Живу тобой, - отвечают его глаза и дождь прекращается.

Толпа свистит и я уже на его руках.

- Он мой правитель!

Пусть еще не было коронации, но все поклоняются и ему.

Вот так, Саша. Спустя полсотни лет, спустя двух правительниц, ты обрел власть, над ковеном и над моим сердцем!

Давай поменяемся душами – ты ходи в моей.

Швы переставь, если жмёт.

Тебе она очень идёт.

Там внутри – монетка лежит, поёт соловей,

Наши фотки пылятся, жонглирует ими ветер,

Швы живые болят.

Но не бойся – никто не поймёт ничего, не заметит,

Что душа у тебя не твоя.

Береги её, будто свою, раскрывай её редко.

Верь душе, не судьбе!

Я оставила там соловья, соловья и монетку,

Чтоб вернуться к тебе...

Стих Marika Nova.