Нервы гудели, будто по ним пропустили ток. За всю ночь поспать удалось от силы часа два, и утром я отчётливо вспомнил, что не семнадцать уже давно, и высыпаться — не роскошь, а необходимость. Голова соображала туго: три практически бессонные ночи подряд заморозили мозги. Широко зевая, я побрёл в ванную, скептично посмотрел на отражение в зеркале и начал чистить зубы.
— Доброе утро, милый.
От неожиданности подскочил и резко обернулся: Диана сидела на унитазе. Привычная картина. И непривычная одновременно. Выплюнув пасту, я раздражённо бросил:
— Могла бы дверь закрыть.
Уже в коридоре услышал:
— Мы же родные люди, от кого закрываться?
Ванных в квартире две — на первом и на втором этажах. Внизу обычно ею пользуются Настя и Софья Львовна. Наверху — только я. И, видимо, теперь Диана. Она в
