Один, два, три, четыре

- Один, два, три, четыре. Вот черт, не помогает! - я резко распахнула глаза и села в полумраке комнаты на кровать. Не спалось, в очередной раз мозг наполняла непонятная суета и горечь разочарования, от того что жизнь есть жизнь и в ней не все так просто как может показаться на первый взгляд. - Так, еще раз: один, два, три…. Успокойся детка, все впереди. Так о чем это я? Ах, да начинаем загибать пальцы - принца нет, родители в ссоре, учеба встала костью в горле, тааак…. Один, два, три, четыре…. Провела я мысленный эксперимент. Эх, лучше бы овец по пастбищу гоняла! Завтра еще и вставать рано, слушать лекции бубнящих себе под нос учителей, даст Бог, устроиться на задней парте и благополучно выводить очередные шедевры на клочках бумаги, да так, чтобы соседка по парте восторгалась. А что я надену? Так, так, очередная никчемная мысль, особенно если учесть, что в голову пришла она мне в три часа ночи. Протянув руку к ночнику, я заранее прищурилась и, стараясь привыкнуть к свету, отвела взгляд в сторону, как раз туда, где висело затейливой формы настенное зеркало, заваленное с пола до потолка всякими разными женскими побрякушками. - Эх, Феба, Феба, на кого ты похожа. По ту сторону лицо девчушки предательски улыбнулось, и подмигнуло неестественно поблескивающим в темноте, изумрудным глазом. Каштановые волосы, я еще с вечера перехватила резинкой, сотворив подобие косы, белый слегка помявшийся во время бурной ночи шелк почти сливался с цветом кожи, и это добавляло образу призрачный, потусторонний оттенок. Красавицей меня смог бы назвать не каждый, что - то уж больно хищное, было в моем облике, словно затравленного зверя, впихнули в тело женщины, а оно рвется по швам изнутри, просясь наружу, не давая покоя не днем не ночью. - Ну, что ты смотришь? Сейчас всю семью перебудим, мать орать будет, все настроение перед выходом испортит, а у нас еще зачетов выше крыши, и сама знаешь, этот Вячеслав Михайлович, еще тот скот, прям уж ему, скажи, да расскажи, а он все ж найдет к чему придраться. Ладно, а все- таки, что надеть? Выбор пал на довольно, простенькие облегающие черные брючки и не вычурный белый топ с россыпью страз на груди, пышные формы никогда не были моей визитной карточкой, но я и сама предпочла оставаться стройной и грациозной, как черная кошка гуляющая сама по себе. - Так, то лучше, а принц, он и в наряде Санта Клауса, должен разглядеть свою единственную и неповторимую. И откуда только взялась эта привычка сама с собой разговаривать?! Обилие друзей, это, разумеется, не про меня, но тем не менее, с кем словом обмолвиться я всегда могла найти, но для человека, который и собственной тени не доверяет, лучшего собеседника не найти. - И кому такая красота достанется?! Вновь вогнав себя этим вопросом в тоску, я мысленно послала всех к черту, и еще раз попыталась попасть прямиком в мир грез. Утро того же дня. - Вячеслав Михайлович, извините за опоздание? Как можно мягче и добавляя максимум раскаяния в голос, обратилась я с вопросом к толстому очкарику, восседавшему во главе аудитории, под завязку наполненной еще не целиком проснувшимися студентами. - Вновь опоздавшие?! Да, что ж за группа у вас такая, все взрослые люди, вот вам сколько? - Двадцать три…. Скоро будет. - Вот, а я про что?! Ладно, проходите, вон там еще остались свободные места. И представьтесь, пожалуйста. - Титова. - Титова, а имя у вас есть? Почти протиснувшись к свободной скамье, на которой уже занимали место двое парней, увлеченно разглядывающих очередной женский журнал и робкая девчушка, старательно скрывающая проступивший от созерцания всей этой пошлости ярый румянец. - Феба. Светило науки в ответ только хмыкнул, не он один так реагировал на мое довольно странное, но как мне казалось, очень подходящее мне имя. - А ну подвиньтесь, эй я к вам обращаюсь! Один из оболтусов искоса окинул взглядом хамку попробовавшую нарушить его покой, но что - то в моем облике, не дало ему высказать все то, что он обо мне думает и все же поступиться насиженным местом. С громким хлопком, вывалив содержимое сумки на стол, я махом распахнула толстою тетрадь в клеточку, и не сочла за сложность поинтересоваться, что таки мы проходим в этом полугодие. - Парни, а какая тема? - А кто его разберет, кажется про дефолт, или кризис или что - то тому подобное…. Хотелось мне, конечно, спросить, какого черта он тогда тут штаны три года просиживает, пытаясь по видимому отличить дефолт от кризиса, но сдержалась, что с подобного типа взять?! - Титова, Феба, кажется, да? Не унимались парни. - Кажется, да. - Косячок курнуть не хочешь? - Что? Кося…. Парни да вы сдурели, мать вашу, вы будущие законники, отдайте живо мне эту дрянь! - Спятила?! Да ты крошка знаешь цену этому товару, а? - Знаю! Жизнь, живо выворачивай карманы, иначе…. - Иначе что?! Я уничижительно посмотрела на парня, хоть тот и превозмогал меня в силе и был выше на добрых пол метра, получилось как- то снизу вверх и чересчур гордо. - Живо, я просьбы не повторяю. - Да подавись ты! Понравится, еще попросишь! Прозвенел звонок и народ посыпал из аудитории, а я все еще в одной руке сжимала белую смерть в чистом виде, а в другой, руку парня, старающегося побыстрее избавиться от новой знакомой. - Где взял? - Во, ненасытная, да тебе хватит, это я тебе как специалист говорю. - Где? - У парня, Дэн зовут. - Как найти? - Тебе то зачем, не дури, кроха, с этим разобраться тебе не по силам. - Кроха? Не советую так меня называть, понял? - Понял. - Понял, сегодня у пристани я назначил встречу, в девять. Он точно придет, не знаю, правда, один ли. Уже на выходе он добавил: - Не советую ввязываться в это, если хочешь жить, Феба Титова.