Без ума от тебя

Глава 11

Солнце за горой, тучи в небесах.

Отчего порой слезы на глазах?

Оттого, что мир бьется, как стекло,

Если на троих разделить его...

Стрелки, "Солнце за горой."

Я проснулась от протяжного звонка в дверь. Кто-то очень хотел видеть меня.

Взяв палку, которую мне пожертвовала добродушная бабулька из травматологии, которую она сама использовала в качестве костыля и которая ей уже не пригодится, я прямо в пижамных шортах и майке, неумытая, непричесанная, попрыгала открывать гостю.

— Малышка! Что с тобой приключилось?

Денис, весь взволнованный, вошел в квартиру. Оставив на тумбе букет красных роз, он торопливо обнял меня и поднял на руки.

И откуда Денис узнал о том, что со мной случилась неприятность?

— Как ты, родная? — спросил он, крепко целуя меня в губы.

— Я инвалид, ножка болит, ох и болит... — жалобно отвечала я, специально делая вид, что очень страдаю. Ну, чтобы поцелуи Дениса не заканчивались. На самом деле, нога болела лишь в том случае, если на нее пробовать наступать.

— А что с твоей ножкой? — он продолжал жалеть меня, целуя и нежно поглаживая по волосам на затылке.

— Вывих. — я выпятила губу, продолжая показывать Денису, как мне не хватает его внимания и жалости.

— Ох, мой маленький зайчик, который попал под травмайчик... Что ж ты скакал так неаккуратно?

Денис говорил с нежностью и, разумеется, не знал, что тема касательно инвалидов, вот уж несколько лет как, воспринималась мною остро и негативно.

— Не надо напоминать про трамвайчик. — меня аж передернуло от того сравнения. — У моей мачехи ноги отрезало, прям как в том детском стишке про Айболита. Только она попала под поезд, и новые ножки ей не пришили. А моя ножка пострадала в бегах.

— В бегах? — удивился Денис.

— Пришлось убегать от злого папы. Он напился и...

— Не продолжай. — Денис в миг стал серьезен. — Я тебе для чего квартиру взял? Чтобы ты не ходила к папе. Больше так не делай. Поняла? — так и не получив от меня внятного ответа, Денис продолжал, но уже на прежней кокетливой ноте. — Давай я отнесу тебя в кроватку, а сам поеду в магазин? Куплю тебе покушать. Чего хочет моя малышка? Может быть, чего-то особенного?

— Что-нибудь, что ты тоже будешь. А разве ты оставишь меня в таком беспомощном состоянии одну?

— Аля, ну я ж не могу над тобой сидеть сиднем? — спокойно объяснял Денис, пока нес меня до спальни. — У меня дела есть, в конце концов. Понимать ты это должна. Деньги просто так не падают с неба. — уложив меня на кровать, Денис настойчиво погладил область моей промежности, скрытой под голубого цвета шортиками с рюшками по низу. — А как малышка моей малышки поживает? Скучает без своего дружка?

Не успела я ответить, что не в настроении, ведь планировала же немного подержать Дениса без секса в качестве наказания за игнор, как его палец, сдвинув трусики и шорты в сторонку, вошел в меня на всю длину.

— Денис, не сейчас...

— Почему? Я буду очень осторожен с тобой. Ты ведь раненая, тебя надо вылечить, и поскорее... — другой рукой Денис впопыхах уже избавлялся от собственных штанов.

Так и залез на меня полураздетый, приспустив галстук, но в рубашке застегнутой. Нет времени у Дениса опять, как полагаю, провести со мной хотя бы половину дня. Торопится он, спешит. Сейчас удовлетворится и пойдет по своим делам.

Мне, конечно, было приятно, ведь Денис отлично удовлетворял и меня тоже. Мы оба получили удовольствие от близости. Но наше общение снова свелось исключительно к сексу. А это плохо.

***

Когда Денис ушел насовсем, предварительно забив мой холодильник до отказа всякими вкусностями, я стала активно мозговать, откуда же он мог узнать о том, что со мной случилось. И пришла к такому выводу, что никому, кроме Лены, я о своей проблеме не рассказывала.

И конечно же, я позвонила Лене, чтобы поблагодарить за то, что та поторопила Дениса.

Лена же расстроила меня. Да, это она сообщила Денису, что я попала в травматологию, вкратце объяснила ему, какая у меня ситуация обстоит в семье. Но кое-что еще, что Лена добавила от себя, помимо цитирования разговора с Денисом, шокировало меня более чем сильно.

— Знаешь, где я выловила твоего Дениса? — рявкнула она тот вопрос, а после забубнила, не скрывая своего презрения. — В баре вчера. С новой шушарой! Скажи спасибо, что я его вытащила из ее ручонок в буквальном смысле этого слова... Вот говорила тебе, если он, твой необыкновенный, изменяет жене и не совестится, то и тебе верность хранить не станет. Прохвост, он и в Африке прохвост...

Еще чуточку больше негативной информации, бешеным потоком поступающей от вздернутой несправедливым отношением ко мне и поведением Дениса Лены, мой мозг не выдержал обрабатывать, и я отключила телефон.

Сказать, что я испытала дичайший шок от услышанного — значит, ничего не сказать. Я чуть не потеряла сознание, настолько переволновалась. И слова Лены, которой я не могла не доверять, поставили под сомнения мою важность для Дениса. Как она говорила когда-то, неизвестно, одна ли любовница у него имеется, либо целый штат.

Почему Денис пошел искать приключения на стороне? Чем я заслужила это? Почему он хотел изменить мне? Оставалось только догадываться. Ведь нам в прошлый раз было так хорошо вместе. Да и сегодня Денис вел себя необычайно ласково. Я бы ни за что не догадалась по повадкам Дениса, что он задумал гулять от меня. Умеет же он скрывать правду, подлец. Жена его в дурочках ходит вот уже неизвестно сколько времени, теперь и я попала туда же, к ней в отряд обманутых и неединственных.

Денис нашел себе другую игрушку, а меня вскоре забросит в дальний ящик... Если бы не проблема с ногой, он бы сделал это уже. Променял бы на другую. Меня бы попросил мотать из квартиры, а ее бы сюда заселил.

Даже не верится, что этот кошмар может оказаться правдой и происходит наяву, а не во сне.

***

Некоторое время прошло, как я немного оправилась от шока и теперь боролась с душевной пустотой внутри. Думала, что стоит сделать, чтобы хоть немного притушить палящий огонь ревности, бушевавший в сердце. И я отправилась в тот клуб, невзирая на больную ногу.

Приковыляла я туда на одной ноге, с костылем, иначе на ногу не наступала, села за дальний столик и заказала бутылку водки. Не люблю водку, но сейчас это единственное, что приглушит боль и желание повернуть время вспять, чтобы изменить прошлое.

Лена не особо хотела приходить сюда сегодня, но я вынудила ее, пообещав взамен помощи все, что угодно.

Когда же Лена явилась и обнаружила меня, бутылка водки была наполовину выпита.

У меня же ни в одном глазу. Будто воду пью, не пьянею.

— Покажи мне эту суку. — приказала я Лене.

— Аля, ты...в хламе? — Лена, испытывая неловость, повертелась по сторонам в поисках знакомых лиц, а после, успокоившись, что нас тут никто не знает, подсела ко мне. — Ты что, совсем ополоумела? Ты приперлась сюда с больной ногой, чтобы посмотреть на ту, которая...

— Мне нужно. — прохрипела я, мстително озираясь по сторонам и уже не сдерживая наплыва слез, которые душили меня вот уже который час подряд.

Я действительно намеревалась набить той гадине морду. И глаза ей выколоть за то, что позарилась на чужое. Также, как и я позарилась на Дениса, чужого мужа. Не мешало бы и мне выколоть глаза за это.

— Иначе я сойду с ума, Лен. Или убью себя, и тогда ты больше меня не увидишь. Я не могу... с... с...— всхлипывала я, а потом ка-ак заревела. — с-пра-а-авиться с этим... Зачем ты мне сказала, что он был здесь не оди-и-ин!!!

— Алечка, ну что ты так...

Лена остолбенела, наблюдая за тем, как я реву. Совсем не ожидала, что я покажу себя в таком виде. Прежде я ни разу не плакала при ней. А сегодня вот взяла и сломалась. Не смогла держать марку бронебойности. Я слабая, и пусть Лена это знает. Не стану стесняться. Я такая, какая есть.

— Нельзя так с собой, — она прижала мою голову к своей груди и крепко обняла. — нельзя себя не жалеть. Он не стоит твоих слез.

— Ты не знаешь его...

— Да все они одинаковые, Аль. Ты просто не попадала раньше на такого рода бабников. У них нет сердца и малейшего сочувствия. Им надо только опустошить свои яйца и пойти домой. Больше всего мне жаль их жен и детей. Вот, кто по-настоящему страдает.

От ее слов и заботливого поглаживания по голове, которые были мне так необходимы сейчас, я заревела еще громче.

— Ну, Аля. Перестань. На нас люди смотрят. Пойдем отсюда.

— Не пойду. Я тут останусь. Не могу.

— Это водка в тебе плачет. Поехали ко мне. — настаивала Лена. — Проспишься, и все станет на свои места.

— Что станет на места, Лен? Какие могут быть места, если Денис и эта жаба...

— Не было у них ничего. Денис любит только тебя. Успокойся уже.

— Правда?

— Конечно, он сам так сказал. Вчера.

— Ты врешь?

— Разумеется. — Лена кивнула. — Решай сама, что лучше для тебя сейчас слышать. То ли сладкую ложь, то ли горькую правду. Но истинный порядок вещей ты не изменишь. Равно как не изменишь Дениса. Он мужик, который еще и вдобавок старше тебя вдвое. У него полный бедлам в голове, а в постели — самый настоящий конвейер. Он всегда был таким. И он очень хитрый. Но если хочешь и дальше ходить в лохушках, тешься тем, что ты — его единственная и неповторимая у него.

— Вон там не она сидит? — чтобы не ощущать себя никчемной, я отстранилась от Лены и, заметив яркую девушку неподалеку, наугад спросила.

— Нет. Ее здесь нет, Аля. И видела я ее впервые. Это ты тут частенько попу просиживала неизвестно ради чего. А у той девчонки есть голова на плечах. Покутила да забыла. — Лена скривилась и начала собираться. — Пошли домой, короче.

— Нет. Я буду ждать ее, чтобы поговорить.

— Ты идиотка, Аля? Что ты собираешься выяснять?

— Я хочу, чтобы она знала, что Денис мой и что я люблю его.

— О, да! Короче, ты мечтаешь сделать так, чтобы она и остальные в баре над тобой посмеялись.

— Все ясно. — и тут меня понесло... — Это точно она, а ты ее покрываешь. А еще подругой называешься...

— Ой, все... Надоело! — психанула Лена. — Мне больше делать нечего, как плести интриги за твоей спиной!

— Чем докажешь, что это не так?

Лена смотрела на меня достаточно долго. В глаза.

— Да пошла ты нах*й, Аля. — грубо выдала она после долгого молчания. — Совсем тронутой стала с этим своим Денисом...

Затем Лена встала и ушла, оставив меня в одиночестве, скорби и с полным ощущением собственной ничтожности, которое пришло на смену так и не нашедшей выхода агрессии. Агрессия и прихоть устроить грандиозную драку при всех быстро улетучилась, поскольку применить ее и выместить гнев было не на ком, кроме, разве что, себя.

Настала, неуспевшая отойти далеко, пора вновь себя возненавидеть. И, возможно, закончить свою жизнь сегодня же.

Но я не настолько пьяна и безмозгла, чтобы выбрать самый простой способ решения абсолютно всех насущных проблем. Я привыкла бороться за себя и за место под солнцем.

Да и покойная мама бы не одобрила моего решения свести счеты с жизнью. Она знает все и все видит. И мне очень стыдно за то, что она видит меня сейчас такой.

— Мамочка... — шептала я, еле заметно шевеля губами. — Если слышишь меня, подскажи, что делать. Направь меня по тому пути, где я не допущу ошибку. Пожалуйста, помоги. Я не знаю, что мне делать... Я в замешательстве.