Джибейд не был рад этой встрече. Появление предсказателя четко отпечатывалось в сознании скорыми неприятностями, результатом которого может стать смерть. Теперь, кажется, он понимал отца и его патологическое желание истреблять цыган.
Но Адджо сказал «нет». За это слово он бы приказал высечь его, шкуру живьём спустить, за всякие такие «нет» омеги никогда не оставались безнаказанными, но Джибейд даже ударить его не смог, хотя именно это первая весточка непослушания.
— Я помню… — шепнул Адджо, вглядываясь в руины, — я жил здесь раньше.
— Ты не мог здесь жить, — перебил генерал, глядя в белесоватые глаза цыгана, который наверняка наболтал всякого дерьма, — это Некрополис — город мертвых, здесь уже несколько столетий всё мертво.
Адджо отвернулся. Не верил словам или метался.
— Не может быт
