Неистовый квартет. Часть 4. Финал

Глава 3. Часть 3

Под предводительством Винченцо отряд быстро прошел коридор подземелья, куда выходило еще несколько дверей тюремных камер. В конце располагалась караулка, где все было перевернуто вверх дном, даже грубо сколоченный стол валялся кверху ножками.

Поднявшись по длинной винтовой лестнице, в которой Дора насчитала аж четыреста ступеней, пятерка оказалась в еще одном коридоре, на сей раз освященной не факелами, а проникавшими через узкие бойницы солнечными лучами. Оказывается, уже близился вечер, тени удлинились, а краски приобрели зловещий алый оттенок.

Винченцо свернул в сторону, противоположную той, из которой, как Дора запомнила, пленников привели к входу в подвал. Обернувшись через плечо, Карл вопросительно посмотрел на товарищей и Фриц кивнул. Дора тоже не стала пока давать волю своей подозрительности, все же логично, что тайный ход расположен не в той части замка, по которой вели пленных.

Отряд прошел по коридору, потом спустился по короткой лестнице, и, уже на последних ступенях, Фриц вдруг выкрикнул слова молитвы. Он едва успел добавить «Аминь!», когда в появившийся барьер ударил поток синего огня.

Пламя обрушилось на невидимую стену, словно штормовая волна, лазурные языки жадно извивались в опасной близости от людей. Однако барьер выдержал напор, и, когда огонь рассеялся снопами сверкающих искр, Карл проговорил:

— Идут. Трое.

Через мгновение враги приблизились уже настолько, что и Дора услышала шаги. У конца лестницы показалась Изабелла, сопровождаемая двумя инквизиторами.

Глупо было надеяться, что удастся сбежать без шума.

— Ах, брат Винченцо, я ведь до конца надеялась, что ошиблась в своих подозрениях. — Странно, Изабелла произнесла это скорее скорбно, чем осуждающе. — Как же ты мог решиться на столь гнусное предательство? Если бы на этих мерзких еретиках не было подавляющих магию наручников, я бы решила, что тебя околдовали.

— Я никого не предавал, только поступал по совести, — парировал Винченцо. — Ты совершила безнравственное деяние, сестра, хотя я просил тебя, умолял не трогать детей.

Изабелла отмахнулась от него небрежным жестом.

— Я выполняла волю нашего пастыря. Надеюсь, он не успеет увидеть твое падение.

— Отец Филипп не Господь Бог, — жестко произнес Винченцо, чем вызвал на лице Изабеллы такое выражение, словно начал богохульствовать.

— Похоже, ты уже полностью погрузился в пучину греха, — прорычала она.

Пока они выясняли отношения, Дора успела прошептать смертельное проклятие. Правда, целила она не в саму Изабеллу, которую так просто было не взять, а в одного из инквизиторов. И пусть магия не прошла через барьер, но оказала на него достаточную нагрузку, чтобы удерживавшие защиту церковники напряглись.

Дора продолжала давить, к ней присоединилась Бланка, которая пусть и лишилась лютни, но еще могла петь. Изабелла тоже перешла от слов к делу: новый поток синего огня затопил барьер, и Фриц сжал руки в молитвенном жесте, передавая свои силы стене. Теперь, когда поблизости не могло оказаться случайных свидетелей, Изабелла не маскировала свою магию — от ее атаки так и несло смрадом тьмы.

Винченцо призвал на барьер бывших соратников небесный гром, однако инквизиторы держались стойко. Все-таки они могли все силы отдавать защите, пока Изабелла наносила удары.

Воздух в коридоре трещал от разрядов, полыхал и свистел ветром. Казалось, еще немного и стены не выдержат, разлетевшись на осколки.

Карл, из-за узости прохода лишенный возможности маневра, пока оставался без дела, поэтому смог выдать план:

— Нам ведь нужно не драться с ними, а сбежать, пока не появился Филипп… Эй, Винченцо, в замке есть другие церковники?

— Нет, — переведя дух после очередной молитвы, ответил тот. — В это место имеют доступ только особо доверенные люди Его Высокопреосвященства.

— Значит, отрезать нам путь назад могут только простые стражники, — рассудительно сказал Карл. — Давайте отступим во двор. Даже если не убежим, то там, на открытом месте будет легче сражаться.

— И как же тут отступишь? — сквозь зубы прошипел Фриц, выставив вперед руки и будто подпирая ими барьер, который Изабелла закидывала шарами из фиолетово-черной материи.

— Солнышко, помнишь ту песню на элизарском, с помощью которой ты один раз вызвала туман? — тихонько спросил Карл у Бланки. — Церковники вроде бы все иллирийцы, авось, не поймут сразу язык.

Уловив идею, Фриц подхватил так же шепотом:

— Отлично, а я создам стену под прикрытием тумана. Дора, отвлеки пока наших друзей. Винченцо, перехватывай барьер.

Тот без лишних слов подчинился, а Дора буквально впилась взглядом в невезучего церковника, на которого уже раньше насылала проклятие. Мужчина все-таки не выдержал, дрогнул и опустился на одно колено. Через миг пол окрасился алыми брызгами.

Дора мрачно подумала, что хоть одного удалось покалечить или у***ь. Возможно, бегство друзей будет даже лучшей местью Изабелле, чем смерть ее прихвостней. План провалится, и жестокая «святая» получит наказание от своего не менее жестокого хозяина.

Тем временем Бланка запела нежную переливчатую балладу, и Дора, так давно не слышавшая элизарскую речь, испытала смешанные чувства: с одной стороны душу кольнули болезненные воспоминания, с другой — проснулась ностальгия. Было и хорошее в той, другой жизни. Были жаркие ночи, когда звезд на бархате неба можно было коснуться рукой. Первый успех в приготовлении сложного зелья и радостная улыбка гордой матери. Купания с братьями в омуте среди камышей.

Бланка пела о похожем на пролитое молоко тумане, в котором скрылась лодка рыбака, о печали его невесты, умоляющей русалок вернуть любимого. И сизые, похожие на дым струйки действительно начали потихоньку заполнять коридор. Сначала вились у ног, ластились как щенки, но никто в пылу сражения не обращал на них внимания. Когда же туман загустел, Изабелла поняла, в чем дело, но было уже поздно.

Прижав руки к полу, Фриц заставил старые камни вздыбиться подобно норовистым жеребцам. Они поднимались один за другим, складываясь в стену и оставляя в полу дыру, где виднелся нижний этаж. Когда преграда достигла его макушки, Фриц просто махнул рукой назад.

Все бросились бежать, и Бланка еще на ходу продолжала петь, так что коридор за спинами компании заполнялся туманом. Быстро мелькали бойницы, ступени лестниц, потом показалась дверь, которую бегущий впереди Карл едва не снес.

Раскинувшийся перед отрядом двор показался Доре очень просторным по сравнению с подземельем и узкими коридорами. Спасение было совсем близко, вон они — ворота! Топтавшаяся там пара стражников уж точно не могла стать помехой.

Вдруг что-то оглушительно громыхнуло, и сверху посыпался град камней. Тело Доры, помнящее уроки Карла, действовало быстрее разума: упав на землю, покатилось прочь от опасной зоны.

Несколько мелких камушков все же ударили дробью по спине, не причинив даже боли — так, комариные укусы. Выпрямившись, Дора поняла, что остальные тоже не пострадали: Карл вовремя отпрыгнул в сторону, заграбастав под мышки Бланку и Винченцо. Фриц, наверное, тоже откатился, потому что сейчас как раз вставал с земли. Однако времени разглядывать товарищей не оставалось, в дыру, образовавшуюся в стене замка на уровне второго этажа, уже вырывалось пламя.

Мощный поток огня настоящим водопадом обрушился на то место, где стояли люди, сразу покрыл большую площадь, и если бы не вовремя созданные барьеры, кто-то бы точно обгорел. Или изжарился живьем.

Дора поспешила подбежать к ближе к Фрицу, чтобы тот не тратил силы, слишком растягивая в пространстве защитную стену. Винченцо же прикрывал Карла с Бланкой.

В дыре в стене стояли Изабелла с инквизитором, второго нигде не было видно. Дора ухмыльнулась, радуясь хотя бы маленькой победе.

Бланка запела на иллирийском, Изабелла попробовала ее перебить, крикнув что-то своим зычным голосом оратора. Дора поняла только слово «господин», но когда со стороны ворот в спины бывшим пленникам полетели стрелы, все стало ясно.

Пусть снаряды без толку ударили по барьерам, все же сбрасывать солдат со счетов не стоило. Из-за них Фрицу и Винченцо придется поддерживать стену не только впереди для защиты от атак Изабеллы, но и сзади, а значит, расходовать больше сил.

Бланка, проигнорировав чужие вопли и шум, продолжила песню. Дора последовала ее примеру, послав проклятие в инквизитора, ведь за тыл можно было не волноваться и сосредоточиться на деле. К тому же краем глаза она заметила, что Карл сорвался с места и, пройдя через появившееся на миг отверстие в барьере, направился к воротам.

Через несколько секунд раздался лязг стали и крики.

— Здесь я разберусь! — проорал Карл.

Дора тут же ощутила по изменению витавшей в воздухе силы, что Фриц убрал барьер сзади и переместил все в передний щит. И правильно, потому что Изабелла ударила сама, создав дождь из красных лучей. Отскакивая от барьеров, они оставляли на земле оплавленные борозды.

Губы Изабеллы задвигались, произнося новое заклинание, однако тут Дора и Бланка все-таки дожали инквизитора. Упав на колени, он стал биться головой по камни, словно в молитвенном экстазе. Возможно, так подействовала песня Бланка или странный эффект дало совместное применение магии. В любом случае, инквизитору было полезно сотворить молитву. Вместо предсмертной исповеди.

Теперь Изабеллу некому было прикрывать, а управлять одновременно двумя заклинаниями тяжело даже для сильного мага. Самое время ударить! Но Изабелла опередила своих противников: не потратив даже секунды, чтобы взглянуть на умирающего товарища, она закончила творить новое заклинание. Едва она воздела руки, из земли под ногами у собравшихся во дворе полезли черные щупальца.

Направление атаки оказалось слишком неожиданным, одна шевелящаяся точно живая плеть обвилась вокруг лодыжки Доры, не успевшей отскочить. Боль пронзила ногу до бедра, то место, которого коснулось щупальце, будто прижгли каленым железом. С трудом сдерживая крик, Дора лихорадочно соображала, что предпринять, но с подобной магией она прежде не сталкивалась.

— Очищение, брат! — раздался где-то над головой надрывный вопль Фрица.

— Без тебя знаю! — огрызнулся издалека Винченцо.

Мир вокруг Доры вдруг затопил золотой свет, теплый, благоухающий чайными розами. Едва лучи касались щупалец, те начинали рассыпаться серым пеплом, который медленно таял в воздухе.

Не тратя времени на раздумья о том, что произошло, Дора задрала подол и осмотрела ногу. На лодыжке остался покрытый волдырями след как от ожога, по краям кожа даже почернела. Боль пока была не сильной, но если ничего не предпринять, страшно представить, что начнется.

Поднеся ладонь к ожогу, Дора зашептала заговор и только теперь, занявшись этим, позволила себе немного осмотреться по сторонам. Фигуру Фрица все еще окутывал свет, распылявший последние дергающиеся щупальца. Еще один сгусток сияния поодаль это наверняка Винченцо: Дора видела как там, среди потока золота корчатся извивающиеся тени.

Глянув на пролом в стене, Дора заметила, что инквизитор свешивается из проема, и кровь из его разбитой головы медленно капает на землю. Изабелла оперлась рукой о стену, не спеша произносить новое заклинание. Сейчас такой удачный момент для удара! Изабелла устала, и никто не сможет защитить ее барьером.

Дора разрывалась между желанием швырнуть в Изабеллу проклятие и необходимостью лечить свою рану. Да и Фриц…

Едва свет померк, стала заметна опаленная дыра на его рясе: щупальце прожгло не только ткань, но и сапог, оставив на ноге багровый след. Кто знает, насколько на самом деле опасны такие раны? Вдруг щупальца содержали медленно действующий яд?

Это решило дело.

Ладонь свободной руки Дора прижала к ноге Фрица, распределяя силу так, чтобы заклинание охватило обе раны. Пусть заживление и пойдет медленнее, но в целом понадобится меньше времени, чтобы привести их обоих в боевое состояние.

Бросив на Дору быстрый взгляд, Фриц поблагодарил ее слабой улыбкой, в которую с трудом превратил страдальческую гримасу. Еще бы, щупальце, похоже, прожгло ему ногу едва не до кости. Атаковать Изабеллу он вряд ли сможет, а если и хватит сил, все равно в-первую очередь следует поддерживать барьер, которым теперь надо прикрывать и землю.

Со стороны раскорячившаяся Дора, одной ладонью сжимающая свою лодыжку, другой водящая у ноги Фрица, наверняка выглядела комично. Вон Изабелла растянула губы в усмешке, показывая зубы. Наверняка уже готовит новое не менее пакостное заклинание.

Стрела появилась внезапно.

Изабелла раскрыла рот и начала движение, будто хотела заслониться руками, но не успела — наконечник впился ей в плечо. Покачнувшись от силы удара, она сделала неверный шаг, попала ногой в пустоту и… полетела вниз.

Промелькнуло в воздухе удивленное лицо. Точно перо воспарил вверх белый монашеский чепец. Заструились крыльями черной птицы волосы.

Рухнув на тщательно выровненную землю двора, Изабелла замерла в неестественной позе: одна нога вывернута под странным углом, рука заломлена за спину. Стрела, так и оставшаяся торчать в плече, указывала в небо, точно перст.

Дора обернулась к группе Винченцо, догадываясь, кто стал орудием божьей кары для детоубийцы. Верно, Карл как раз опустил длинный лук, впрочем, не убирая с тетивы еще одну стрелу.

— Упокой, Господи, души грешных рабов твоих, — в наступившей тишине голос Фрица эхом разнесся над двором.

Сама Дора пожелала бы Изабелле с прихвостнями гореть в аду, поэтому сомневалась в его искренности, но как священник Фриц был обязан хотя бы попытаться простить злодеев.

— Спасибо, нога уже не болит, — гораздо тише сказал он. — Лучше займись собой, шрамы только мужчин украшают.

— Мне виднее, когда хватит, — проворчала Дора.

— Всегда знал, что ты мечтаешь залезть ко мне под рясу, — выдал дежурную шуточку Фриц, когда Дора оторвала несколько обгорелых кусков штанины, чтобы лучше рассмотреть рану.

Как бы он ни паясничал, а был в чем-то прав: стоило проверить остальных.

Распрямившись, Дора ощутила легкое головокружение, все-таки долгое использование магии начинало сказываться. Повернувшись, она направилась к Винченцо и Бланке.

— Кто-нибудь ранен?

— Да просто царапины, — небрежно произнес Карл.

— Вот и нет! — воскликнула Бланка. — Когда появились те штуки, ты же подхватил меня на руки…

И правда, сапоги Карла «украсили» прожженные дыры, штаны до колен превратились в лохмотья. На открывшейся коже вздувались волдыри, кое-где уже расходилась чернота.

— Да почти не болит. — Карл пытался храбриться.

Властным жестом Бланка велела ему замолчать и затянула песню, хлопая в ладоши. Что ж, Карла пока можно было оставить в надежных руках супруги…

Покосившись на Винченцо, Дора раздраженно велела:

— Давай, показывай ожоги.

Тот держал одну руку за спиной — ну прямо верх скрытности!

— Потом, — буркнул он. — Надо быстрее уходить.

— Не волнуйся, дважды мерзкая ведьма тебе свою помощь предлагать не будет. — Слова прозвучали точно удар бича, и Винченцо, вздрогнув, промямлил:

— Я не то имел в виду.

Тут вмешался подошедший Фриц:

— Брат прав, пора уносить ноги. Думаю, лучше уйти через тайный ход.

— Мне еще нужно время! — закончив припев, объявила Бланка.

— Я могу идти, — отчеканил Карл. — Вот окажемся за стенами этого змеиного гнезда, тогда продолжим зализывать раны.