Кольцо со змейкой

.

Через некоторое время дым за столом стоял коромыслом. В Катю влили изрядное количество спиртного, она поплыла и практически ничем не отличалась от принявших дозу наркоманов. Глаза у нее приобрели томное выражение, губы расплылись в мечтательной улыбке, а разбросанные по плечам локоны довершали соблазнительный облик красивой и на все готовой распутницы. В бараке топили и было довольно-таки жарко. Катя разделась и осталась в короткой черной юбке и блузке без рукавов. Бур подсел к ней и, нашептывая на ухо ласковые слова, все более настойчиво гладил девушку по бедрам, затянутым в черные колготки, при этом задирая юбку  выше и выше. Пальцы жадным пауком впивались в упругое девичье тело. Она как будто бы не замечала откровенных и настырных ласк, через приспущенные ресницы скользя отрешенным взглядом по все более расплывающимся контурам помещения.

•      Сауна уже согрелась, - раздался голос Коши. – Париться пойдете?

•      Пойдем. – Бур встряхнул головой, сбрасывая сексуальное наваждение. – Мы первые. - Он встал со стула сам, поднял разомлевшую девушку и, обняв за плечи, повел ее к выходу. Она не сопротивлялась, готовая к подобному повороту событий. Остальные молча наблюдали.

•      Я в бане не привык трахаться, - сказал Нос Коше, когда они остались вдвоем. – Да и мыться не хочу – лениво что-то.

•      Я тоже, - согласился Коша. – Надо телку обратно переправить.

Он сбросил куртку, упал на диван и закрыл глаза.

•      А здесь клево! – медленно проговорил Нос, облокотясь на стол. – Может поторчим  денька три, расслабимся?

•      Давай поторчим, - сонно пробормотал Коша и повернулся на бок. – Толкни меня, когда очередь дойдет.

Переступив порог отдельно стоящей рубленной избы, Бур и Катя очутились в предбаннике, небольшой комнатке, обшитой вагонкой. Девушка остановилась и вопросительно посмотрела на своего партнера.

•      Ну что ты стоишь – раздевайся, - безапелляционно сказал тот.

Катя начала медленно стягивать с себя одежду. Бур в свою очередь быстро разделся, разбросав шмотки по всему полу и остался стоять абсолютно голым с двумя шприцами в руках.

•      Давай ширнемся – слаще будет, - отрывисто проговорил он. Глаза его блестели нетерпением. – Да не бойся ты!

•      Я никогда не пробовала. – Катя, оставшись в одних кружевных трусиках, присела на деревянную скамейку. Раньше она несколько раз курила анашу, но до героина дело не доходило. – Может не надо… - вяло возразила она, но любопытство брало верх.

•      Ерунда! Я тебе помогу. Дай вену.

Бур растер девушке руку и ловко погрузил в нее шприц. Стекло шприца окрасилось дымкой крови. Он медленно ввел наркотик.

•      Вот так, вот и хорошо… - То же самое он проделал с собой. - Сейчас потащит. Чувствуешь кайф?

•      Как хорошо! – прошептала девушка, стягивая с себя остатки одежды. – У меня так не было. Иди ко мне! Ты уже готов?

•      Всегда!

Бур, потрясая восставшим п*****м, подскочил к Кате, перегнул ее через лавку и, торопливо раздвинув дрожащие девичьи ноги, вошел в нее со сладострастным стоном. Он начал извиваться на ней неистовым червем, мял еще не источенные родами груди и не отрываясь целовал взасос.

•      Еще, еще! – шептала одурманенная наркотиком девушка. – Оооо!

Она сцепила ноги у Бура на спине и неистово отдавалась, поддавшись его напору, наслаждаясь его телом. В ее глазах расцветали звезды. Потом она вскрикнула и обмякла, но Бур неутомимым поршнем продолжал терзать неподвижную девушку, вскрикивая и подвывая. Наконец все было закончено. Два тела, не расцепляясь, скатились на пол и застыли в неподвижности.

•      Мы париться-то будем? - неожиданно раздался голос Кати.

Бур непонимающе встряхнул головой, впитывая реальность.

•      Давай попаримся, - немного подумав, согласился он.

Они зашли в парное отделение. В лицо ударил плотный горячий воздух, обжигая уши. В углу стояла металлическая тренога с раскаленными камнями. Вдоль стены расположились полки из струганных досок. Пахло опилками.

•      Ну и жарища. Здесь не потрахаешься. – Девушка посмотрела на термометр. – Ого, сто градусов! Слушай, а тебя как зовут?

•      Бур, - ответил Бур.

•      Это кличка такая?

•      Зови так.

•      Слушай… А клево у нас все! Только… А я наркоманкой не стану?

•      Не будешь злоупотреблять, так не станешь. А я уже конченный – без этого дела  не могу. – Бур лег на полок и закрыл глаза.

•      Ну и как же ты будешь дальше жить? – Глаза у девушки расширились от любопытства. – Это же опасно. 

•      Как растение. Живу пока живется, а потом помру. А ты минет мне сделаешь? – неожиданно спросил Бурильщик, сквозь опущенные ресницы наблюдая за реакцией девицы.

•      Ну не здесь же! У тебя наверное горячий… Давай сполоснемся, а потом сделаю. Там… в предбаннике. – В ее голосе не чувствовалось ни капли смущения.

•      А с братвой потом будешь? Они ведь тоже хотят.

Девушка пожала плечами и сказала с интонацией обреченности.

•      Не хочется, но придется… А с тобой мне нравится.

•      Все ты правильно поняла. – Бур резко встал. – Ладно, пошли.

Форточка была открыта и прямо посреди нее стояла звезда, донося свои холодные лучи из глубин вселенной.

«Как будто приклеили», - подумал Нос. Внезапно он почувствовал как потянуло холодом. Увидев, что входная дверь закрыта неплотно, Нос встал и закрыл ее. Потом плеснул в стакан самогона и нехотя выпил.  – «Что-то Бур долго не идет. Может у них заклинило?». Он мысленно представил эту картину и хмыкнул.  

•      Чего фырчишь? – раздался с дивана сонный голос Коши.

•      Анекдот вспомнил, - буркнул Нос. – Выпить хочешь?

•      Бабу хочу, - ответил Коша и привстал на диване.

Дверь резко распахнулась и в комнату ввалился раскрасневшийся Бур.

•      Кто следующий, она ждет.

•      Тащи ее сюда, - вяло процедил Нос. – Неохота в баню.

Коша нетерпеливо прислушивался к возне, которую затеял Нос с Катей в соседней комнате, а когда пришел его черед, он внезапно спасовал.

•      Братва, я чего-то не того. Желание пропало.

•      Не стоит что ли? – усмехнулся Бур.

Коша от неловкости покраснел и повел плечами.

•      Не хочу и все.

•      Или не можешь, - констатировал Бур. – Ну раз не можешь, то вези ее в город. Девка классная – надо ее уважить. Отвезешь и сразу обратно.

Вскоре появился Нос в обнимку с Катей. Девица беспрерывно хихикала, тряся головой и ее рыжеватые локоны прыгали как пружинки. Коша увидел, как Нос показывает ему глазами, мол, давай, твоя очередь, но только пожал плечами.

•      У него агрегат разладился, - хохотнул Бур, видя этот своеобразный обмен условными сигналами. – Пускай отвезет ее.

Он оценивающе посмотрел на девицу. «Классная телка! С ней бы повторить не мешало – такие бесстыдные губы…».

•      Катя, а как тебя найти в городе? – вкрадчивым голосом спросил он. – Мы бы с тобой еще покувыркались.

Девице понравился этот парень без комплексов, с ним было весело, поэтому она сразу же назвала адрес. Бур, не надеясь на память, начал рыскать взглядом по комнате в поисках чего-нибудь пишущего. Обнаружив на подоконнике шариковый стержень, он начал  записывать адрес на сигаретной пачке, но стержень засох и Бур отчаянно матерился, выкорябывая буквы. Тем временем Катя, кокетливо виляя бедрами, направилась в туалет.

•      Может ей бабок подбросить? - предложил Бур, сунув пачку с адресом в карман.

•      Бабки дефицит, - отрезал Нос. – Перебьется. Отвезем и все.

•      Ну тогда вот это…

Бур вынул из кармана колечко, выполненное в виде змейки с камушком и подбросил его на ладони. Нос сначала хотел возразить, но смолчал. Это молчание и предопределило их дальнейшую судьбу.

А за окном уже брезжил рассвет, медленно гася звезды. День намечался солнечный и теплый. Надрывно закаркали вороны, насилуя уши. Нос поморщился, закрыл форточку и рассеянно посмотрел в сереющее окно. Между деревьями нелепым монстром торчала голубятня.

«Кусок придурка», - подумал Нос о директоре пансионата и задернул штору.

Время близилось к полудню. Посетители в буфет заходили редко. Да и людей в здании ожидания вокзала находилось мало. Сюда в основном заглядывали пассажиры, сошедшие с поездов, чтоб наскоро перекусить, а на железной дороге был технический перерыв и ходили только товарные да и то иногда. Поэтому клиентов было мало.

Галя Брагина, хозяйка бистро, продав пачку «Примы» несвежего вида мужчине, заскучала. Она подошла к окну и взглянула на термометр. «Семнадцать градусов… Минус два, значит пятнадцать. Он всегда врет на два градуса. Скоро лето…». Она вернулась к прилавку, оперлась на него обеими руками и задумалась. Думала она о своей супружеской жизни с Германом Брагиным. Вроде бы все нормально: и дом в порядке, и денег с избытком, и любит он ее… Детей правда нет, но в этом Галя сама была виновата. Ее чувство к Артему, младшему брату Германа, забилось куда-то вглубь души, но не погасло, а настороженно тлело, готовое в любой момент вспыхнуть неудержимой страстью. Галя это чувствовала и не спешила  обзавестись потомства, хотя муж периодически настаивал. Но она изворачивалась, всячески отговаривала его, приводя мифические доводы, мол, давай не будем торопиться, поживем в свое удовольствие, еще успеем… Герман, скрепя сердцем, соглашался, а Галя продолжала тайно любить Артема, надеясь на чудо, что он приедет к ней и заберет с собой, хотя прекрасно осознавала призрачность своих надежд.

К Герману она относилась ровно, ласково, заботилась о нем. Но не любила. И отдавалась она ему, лишь выполняя супружеские обязанности. И только иногда под наплывом щемящих сердце воспоминаний она испытывала истинное наслаждение от близости с супругом, но… В эти минуты Галя представляла себе другого, любимого, и занималась любовью с ним, рисуя в воспаленном сознании бесстыдные картины безудержной сексуальной гимнастики, когда все разрешено.

Мысли ее прервал резкий мужской голос.

•      Нам кофе и мороженое.

Она подняла взор – у прилавка стол молодой парень в голубой ветровке, а из-за его плеча выглядывала молоденькая разбитная девица с разбросанными по плечам светлыми  рыжеватыми локонами.

•      Кофе со сливками? – спросила Галя, попутно подумав, что у этой девушки цвет волос почти как у нее, только немного светлее.

•      Зачем же со сливками, если мороженое, - улыбнулся парень. – Или ты будешь со сливками, а, Катя? Масло на сало намазывать… - Он бросил иронический взгляд на свою подругу. Та хихикнула и потерлась подбородком о его плечо.

«Совсем квалификацию потеряла», - подумала о себе Галя и начала готовить кофе. В этом буфете, их семейном предприятии, после замужества она появлялась лишь изредка, подменяя своих родственников или нанятую девушку, которая работала вместо нее. Когда этого требовали обстоятельства. Герман, обладающий изрядным капиталом, не хотел, чтобы его жена стояла за прилавком как простушка, но смирялся с ее редкими выходами в буфет, считая, что эта временная блажь постепенно иссякнет.

Пересчитав деньги, Галя выставила на прилавок вазочки с мороженым и чашки с дымящимся кофе.

•      Приятного аппетита!

•      Спасибо. – Парень начал переносить на столик заказ, а девица по имени Катя, осталась стоять возле прилавка, разглядывая витрину. В буфете, кроме съестного, торговали всякой мелочью, и ее заинтересовала деревянная заколка.

•      Можно посмотреть? – Она пощелкала ногтем по витринному стеклу, указывая на понравившуюся ей безделушку.

Галя взглянула на ее кисть и оторопела: на безымянном пальце девицы было надето кольцо в виде змейки с камушком. Ее, Галино кольцо, подаренное ей Мормоном на свадьбу и пропавшее совсем недавно, когда ограбили их дом.

•      Откуда это у тебя? – не удержалась Галя, взяла руку девушки в свою и впилась взглядом в принадлежащую ей вещь – ошибки быть не могло.

•      Какая тебе разница! – неожиданно взвилась Катя - Подарили!

Она резко отдернула руку и отошла к своему дружку. Тот исподлобья посмотрел на Галю, но ничего не сказал.

«Они связаны с ворами, а может и сами… - в голове Гали завихрились мысли. – Наглая тварь! Нацепила мое кольцо и носит. Ничего не боится. А что я ей смогу предъявить? Но их нельзя упускать, надо что-то делать…».

Дождавшись, когда подозрительная парочка закончит трапезу и покинет буфет, Галя быстро переоделась и, замкнув дверь, бросилась следом. В зале ожидания их не наблюдалось, но на площади перед вокзалом она сразу же заприметила рыжеватую шевелюру. Катя стояла возле газетного киоска и о чем-то спорила со своим кавалером, при этом отчаянно размахивая руками. В солнечных лучах блеснуло пресловутое кольцо.

«Вот гадина! – зло подумала Галя. – Герман писал заявление в милицию. Надо их отследить, куда пойдут, и сдать ментам. Тогда эта пташка не так запоет».

В это же самое время между Буром, а это был он, и Катей произошел следующий диалог, который Галя не могла слышать.

•      Чего она к тебе прицепилась? – спросил Бур.

•      Не ко мне, а к кольцу. Начала вызнавать, откуда оно у меня. От зависти наверное. Оно же красивое. – Катя еще раз повертела перед собой кистью, любуясь игрой солнечных бликов на гранях камня.

•      Слушай, давай его загоним, - неожиданно предложил Бур. – Зачем тебе эта цацка, а бабки пригодятся – купишь шмотку какую-нибудь.

В легкомысленной головке девушки, не особо страдающей интеллектом, тем не менее возникла мысль. «Он чего-то боится. Может быть колечко краденное у той самой буфетчицы». Она с подозрением посмотрела на своего дружка.

•      Зачем его продавать: надеть у меня есть что, а такое не купишь. А откуда у тебя это колечко появилось? «Обул» кого-нибудь?

•      Обул, не обул… Тебе-то какая разница, - раздраженно ответил Бурильщик. – Но лучше его загнать. Может у буфетчицы такое же было, она его потеряла, а теперь думает на тебя. Возьмет еще и в ментовку заявит. Давай продадим. Сможешь?

•      Давай, - с жалостью в голосе проговорила Катя. Ее вполне устроило объяснение Бура. – А продать… Я знаю где. Пошли. – Она дернула его за рукав.

Они пересекли вокзальную площадь и направились в сторону рынка. Галя достала из сумочки темные очки и, нацепив их на нос, последовала за ними, стараясь держать поодаль и не привлекать внимания.

Зайдя на рынок, Катя указала на аккуратно покрашенный металлический  киоск с вывеской, гласящей «Куплю все». Там несколько лет назад пустил корни немец по фамилии Штуцер, которого все в городе считали евреем. Штуцер сначала пытался доказать чистоту своего арийского происхождения, но постепенно смирился. «Еврей, так еврей. Лишь бы бизнес шел». В начале своей коммерческой карьеры его ларек пару раз грабили, а потом он попал в поле зрения Мормона, который в то время только появился в городе и пробавлялся мелким рэкетом. Мормон взял Штуцера под свою «крышу» и регулярно получал от него мзду. С этих пор всякие посягательства на имущество немца прекратились.  Потом Мормон занялся крупным бизнесом, подобные мелкие точки его перестали интересовать, но педантичный и консервативный немец продолжал делать отчисления, хотя их давно никто не требовал. Делал он это через заместителя Мормона Германа Брагина, когда тот появлялся на рынке, а если долго не появлялся, то относил ему домой. А Мормон по-прежнему оберегал Штуцера от всяких напастей. Он ценил человеческую преданность. А Штуцер спокойно продолжал скупать за бесценок все более или менее ценные вещи, не интересуясь об их происхождении. В основном у алкоголиков и бомжей.

Внешность он имел достаточно неординарную: по его темени расплылась обширная лысина, обрамленная клочками рыжих вздыбленных волос и напоминающая одинокий остров среди бурного океана, правое веко у него не функционировало, то ли от перенесенной травмы, то ли с рождения, и постоянно нависало над глазом, а под мясистым носом змеились тоненькие усики, которые Штуцер ежедневно подбривал, чтоб сохранить их устоявшуюся с годами форму. Все это придавало его облику некоторую жуликоватость, что вполне соответствовало профессии немца.

Взглянув на предложенное колечко, Штуцер его моментально узнал по змейке с бриллиантом, ибо в свое время лично продал эту цацку Мормону.

«Не вляпаться бы в историю», - подумал осторожный немец, взглянул на молоденькую девицу, предложившую колечко и небрежно бросил.

•      Не годится. Это страз, фальшак.

•      Чего, чего… - Из-за спины девушки показалась лицо незнакомого парня.

•      Стекляшка вместо камня и золото самоварное – копейки стоит. Не верите – попробуйте продать в другом месте, - пояснил Штуцер и остро взглянул на подозрительную парочку. Его парализованное веко слегка дернулось и вновь заняло прежнее положение, прикрыв половину глаза.

Катя обиженно хмыкнула, пожала плечами и отошла от киоска. За ней поплелся ошарашенный услышанным Бурильщик.

•      Да этого не может быть! – воскликнул он, развернув к себе девушку.

•      Да наплевать больно! – спокойно отреагировала она. – Теперь пускай колечко останется у меня. Этот, в ларьке в драгоценностях понимает, а другие подумают, что настоящее. А оно красивое! – Девушка еще раз обронила взгляд на змейку.

•      Давай пивка возьмем и сексом займемся. А у меня к пивку еще кое-что покруче есть. – Предложил Бур и удовлетворенно похлопал себя по карману.  - К тебе можно?

•      Нельзя, у меня сейчас родаки дома. Завтра они уезжают на две недели – отпуск у них. Тогда у меня встречаться будем. А сегодня давай на природе. Я знаю одно хорошее местечко. Там никто не увидит. Это в парке. Мы там часто тусуемся.

•      Давай, - немедленно согласился Бурильщик. Его влекла сексапильная девица и было невтерпеж немедленно заняться с ней любовью. А Катя неуклонно скатывалась в жизненную пропасть по крутой наркотической тропе. Она поняла, что имел в виду ее дружок насчет «покруче» и жаждала вновь познать неописуемое наслаждение, испытанное недавно.

Галя остановилась возле лотка, где продавались женские чулки и колготки и, делая вид, что разглядывает товар, постреливала глазами в сторону киоска «Куплю все». Парочка находилась возле него и о чем-то беседовала с хозяином. Галя внезапно увидела, как девица стащила с пальца кольцо. Именно ее кольцо. Галя это сразу поняла. «У нее ведь на руках больше ничего не было». Кольцо исчезло в жерле киоска, но вскоре вернулось обратно. Девица вновь надела его на палец и парочка, перебросившись несколькими фразами, двинулась на выход. Галя выждала немного и отправилась следом, стараясь держаться за спинами прохожих.

Они перешли на центральную улицу и, пройдя ее почти до конца, свернули в городской парк. Народу в это время в парке было немного и Галя держала дистанцию. Пройдя аттракционы и открытую эстраду, где в былые времена выступали самодеятельные коллективы, а ныне поселились голуби, загадив всю сцену, парочка углубилась в дикую часть парка. Деревья уже начали покрываться листьями, но еще были прозрачны и не мешали наблюдению.

Невдалеке показалось неказистое строение из выщербленного кирпича, с огромными фарфоровыми изоляторами на стене, на которых болтались остатки электрических проводов, и металлической дверью, замкнутой на висячий замок. Галя увидела как девица без всякого ключа открыла дверь и парочка юркнула внутрь. Видно замок висел просто так, для непосвященных. Это была старая трансформаторная будка, ныне не используемая по назначению, вернее используемая не по назначению: там собиралась «отвязанная» городская молодежь, чтоб пообщаться, выпить пива, поиграть в карты... Там же часто уединялись бездомные любовные парочки, с целью утолить сексуальную жажду.

Галя, выждав несколько минут, крадучись приблизилась к строению и, обойдя его вокруг, заметила небольшое окошко с помутневшими стеклами и ржавой решеткой. Девушка приставила к стене обрубок дерева, забралась на него и заглянула в окно. Внутри будки стояло несколько пней, а один, самый большой, находился по середине, служа своеобразным столом. В углу находилась оттоманка, протертая до дыр многочисленными любовниками, а возле нее, прямо на бетонном полу стояла лампа типа «летучая мышь».

Когда глаза привыкли к полумраку, Галя увидела девицу. Она откинулась на спинку дивана в расслабленной позе. Ее глаза были полузакрыты, а правая рука перетянута ремнем. Парня не было видно, но слышался его густой голос, раздававшийся из угла.

•      Сейчас, Катя, баян настрою. Прямо в жилу пойдет.

«Какой еще баян!?», - недоуменно подумала Галя, но вскоре поняла, что имелось в виду. Парень показался в поле зрения, держа в руках шприц. Он подсел к девице, немного помассировал ей перетянутую руку, а потом ловко утопил иглу в разбухшую вену. Девица слегка дернулась и издала легкий стон. В руках ее партнера появился второй шприц.

«Да это же наркоманы!»

Галя как завороженная наблюдала за развитием дальнейших событий. Парень, вколов себе дозу, выждал немного, стянул с себя брюки и остался в одной рубашке, приподнятой возбужденной плотью. Перетащив обмякшую девицу к себе на колени, он начал судорожно сдирать с нее колготки вместе с трусиками. Она ему помогала, подыгрывая бедрами. Потом он бросил ее тело на диван, резко раздвинул ее оголенные, вздрагивающие ляжки и со сладострастным подвыванием озабоченного павиана вклинился между ними, акцентировано вращая напружиненными ягодицами. Девица коротко вскрикнула и, зажав бедрами талию партнера, обхватила его руками за шею.

«Совокупляются как мартышки, - брезгливо подумала Галя. – Это может быть надолго. Подожду как я их на выходе – мимо они не пройдут».

Она во что бы то ни стало решила проследить за парочкой до конца, узнать, где они обитают, по возможности их имена, а потом рассказать об этом в милиции.

Проделав обратный путь, Галя села на скамейку недалеко от выхода. Через некоторое время рядом с ней тяжело опустилась грузная старуха с палкой и лохматой собачонкой на поводке. Собачонка звонко тявкнула и, подпрыгнув, улеглась между ними, радостно повиливая обрубком хвоста.

•      Мохер, Мохер. Я тебе задам, - мужским голосом проревела старуха и, посмотрев на Галю, добавила, почувствовав в позе девушки некоторое напряжение. – Да ты его погладь, дочка. Он не кусается, а только лает. В подтверждение ее слов песик еще раз тявкнул. Галя, не желая обижать пожилую женщину, осторожно начала гладить собачку по голове, но внезапно рука ее застыла – она увидела пресловутую парочку, приближавшуюся к выходу из парка. Оба были взъерошены и вели себя несколько неадекватно: девица повисла на шее у своего дружка как расслабленная кукла, а тот в такт шагам размахивал свободной рукой, как будто отталкивался лыжной палкой.

Когда они вышли из парка, Галя вновь пристроилась за ними. Перейдя дорогу и обогнув стоящий напротив парка кинотеатр, парочка очутилась на стоянке такси. Там было припарковано несколько машин со скучающими таксистами. Перебросившись парой фраз с одним из них, парень сел в его машину, чмокнув на прощанье свою подружку. Галя заметалась в поисках выхода.

«Как же его проследить? Наверное воровал он, а она просто так – трахается с ним за деньги. Надо за ним!».

Тем временем машина с Буром уже выруливала на проезжую часть. Галя пересекла дорогу, добежала до стоянки и впрыгнула в первое попавшееся такси, не обращая внимание на недавний объект своих наблюдений – рыжеволосую девицу, которая удивлено таращилась на нее.

•      Давайте за той машиной, - скомандовала она сонному водителю.

•      А деньги у Вас есть, девушка? – спросил тот, оценивающе глядя на пассажирку.

•      Что ж я без денег сяду, - возмутилась Галя.

•      Еще как садятся, - пояснил таксист, заводя мотор. – А потом себя предлагают в качестве расплаты. Развелось всяких…

Галя порылась в сумочке и протянула водителю купюру.

•      Это аванс.

•      Хорошо. – Тот спрятал деньги в карман и резко взял с места. – За той, что только что отъехала? С этим парнем в голубом?

•      За ней, за ней! А то упустим, - воскликнула Галя.

•      Куда он денется. А этот парень Ваш муж? – Водитель ехидно усмехнулся.

•      Муж, объелся груш, - ответила Галя, чтоб отвязаться от любопытного таксиста, но тот не унимался.

•      Решили поймать его на горячем?

•      Точно! Поэтому нельзя их упускать, - подтвердила Галя. – Только держитесь поодаль, чтоб не привлекать внимания.

•      Прямо шпионский сериал, - вновь усмехнулся таксист. – А если они за «кудыкины горы» отправились? Денег хватит?

•      Хватит, хватит… Бензину бы у Вас хватило, - в свою очередь подцепила таксиста Галя и показала ему еще несколько купюр.

«Кудыкиными горами» оказался пансионат «Солнечный», куда они добрались после получасовой поездки по загородному шоссе. По крайней мере такси с объектом наблюдения свернула туда. Галя бывала раньше в этом пансионате – там работала кастеляншей ее давняя подруга.

•      А за пансионатом дорога есть? – спросила она, покосившись на таксиста.

•      Нет, - мотнул головой тот, сворачивая с шоссе. – Это тупик. Два километра после поворота и все.

Спустя несколько минут им навстречу попалось то самое такси. Пассажиров в нем не было.

•      Ну вот. Там его и высадили, - сказал водитель.

Расплатившись, Галя вылезла из машины и, мельком взглянув на груду металлолома, бугрившуюся неподалеку, направилась к воротам. Она решила сначала зайти к подруге и порасспросить ее о жителях пансионата.