Кольцо со змейкой

В. Забабашкин Кольцо со змейкой.   Дед Тимофеев начал торговать самогоном еще в горбачевские времена, когда вышло послабление закону. До этого он производил пойло только для себя. Постепенно дед оброс устоявшейся клиентурой, имел небольшой, но постоянный доход со своего незатейливого промысла и за счет этого выживал, не рассчитывая на зыбкую государственную поддержку. А самогон брали. Не из-за низкой цены, и не только опустившиеся алкоголики или безденежные бомжи, а весьма солидные люди из всех слоев населения города А… Потому что зелье у деда было не простое, а веселящее. Он добавлял туда настой из трав, изготавливаемый по рецепту, унаследованному от своей бабушки, и любители горячительных напитков не тупели от выпитого, а напротив – впадали в эйфорию. В теле появлялась легкость, мысли светлели, хотелось парить над миром и вести философские беседы о глобальных проблемах с первым встречным-поперечным. Это состояние хотелось длить и опять шли к деду Тимофееву за очередной бутылкой. Правда покойная бабка предлагало это средство как облегчающее запойное состояние, но дед нашел ему новое применение и это его нисколько не смущало, а скорее радовало. И вовсе не из-за барышей – он ощущал себя продавцом счастья. •      Другие ханку разбавляют и клофелин в нее подмешивают, чтоб по мозгам било и тупость наводило, - пояснял он. – А я беру качеством напитка и его необычностью – этим и привлекаю клиентов. Многие потребители дедовского продукта любыми путями пытались выведать секрет веселящего зелья, но дед никому тайны не открывал. Случайные люди редко появлялись в его доме, а если и появлялись, то дед конструировал на лице удивленную мину и недоуменно разводил руками, мол, нет у меня ничего, не торгую и давал адрес одного из своих конкурентов. Это не воспринималось как наводка, потому что милиция в городе смотрела на незаконный промысел сквозь пальцы, иногда штрафовала самогонщиков, которые все находились на неформальном учете, но больше для отчетности, для проформы. Зато периодически брала мзду натурой, чтоб выпить на халяву. Но дед обнаглел до того, что даже не всем милицейским товар отпускал, а только нескольким офицерам, с которыми имел давние и прочные связи. А те, соответственно его прикрывали и не давали в обиду. В общем взаимоотношения были отлажены и не предполагали каких-либо изменений. Но однажды, когда он копался у себя во дворе, к нему зашли двое коротко стриженных незнакомых парней в спортивных костюмах фирмы «Адидас» и одинаковых стеганых куртках. «Прямо как из инкубатора», - подумал дед. Сквозь щелястый забор проглядывалась машина красного цвета, на которой они, вероятно, приехали. •      Дошли пару фуфырей ханки, папаша - мы заплатим, -  безапелляционно потребовали один из визитеров. Он поеживался от холода – стояла середина апреля, но зима не отпускала, постоянно накрывая город знобливыми метелями. Дед картинно развел руками, начал произносить привычную формулу отказа, но его грубо прервали. •      Не гони пургу, папаша. Гони ханку, иначе сами возьмем, - Говоривший повел длинным носом, как будто принюхивался. Нос у него был похож одновременно на клюв хищной птицы и хоботок тапира, да еще кривил в сторону. Другой незваный посетитель насупил кустистые брови, сделал страшные глаза и начал напирать грудью, что несколько смутило деда Тимофеева, но ненадолго. У него имелось противоядие против подобных «наездов». •      Кто вас сюда прислал? – поинтересовался он. •      Басалек. Знаешь такого? – последовало в ответ. •      Знаю. Кто его не знает, - подтвердил дед, при этом подумав. «Чего-это Басалек навел. Мы ж договаривались. А ребята не местные и блатные какие-то. Бандиты что ли… - Заедьте через полчасика, - предложил он, а сам подумал. «Сейчас пошлю Митьку с запиской к Коле Бызову – он их быстро отвадит». Бызов возглавлял местный уголовный розыск, имея звание старшего лейтенанта, и покровительствовал деде Тимофееву.  •      Что, дед, аппарат заклинило? – ехидно заметил носатый. •      Да купите в магазине, ребята! У вас же деньги есть, - продолжил отнекиваться дед. – Там водочка, портвешок… •      В магазине такой не продают, - сдавленно произнес бровастый, передернул плечами и покривился. Ему явно было не по себе, чувствовался какой-то дискомфорт в организме. – Ну ты не понял что ли! – неожиданно гаркнул он, дернул деда за меховой воротник полушубка и наполовину оторвал его. -  Ему еще бабки дают, козлу. Пошел! – Бровастый развернул Тимофеева вокруг своей оси, толкнул по направлению к крыльцу и двинулся вслед. Деду ничего не оставалось делать, как безропотно подчиниться.   Незнакомцы, получив несколько бутылок самогона и хорошо заплатив, сели в машину и поехали. За рулем сидел третий – парень в кожаной кепке с пимпочкой по имени Коша. По крайней мере так обращались к нему остальные члены троицы. •      Дурной город, - резюмировал бровастый, сидящий на переднем сиденье, и сделал затяжной глоток из бутылки. – А, Нос? – Он посмотрел на носатого. - Ширева здесь не достанешь. Эта дедовская штука в отличии от водки помогает, но слабо. Сейчас бы «баян» заправить… -  мечтательно протянул он и еще раз глотнул пойла. •      Найдем, - послышался уверенный голос сзади. – Здесь мы хорошо наварились. А если не найдем, то завтра доедем до Насти. Скинем товар – возьмем дозу. Только ночь надо где-то перекантоваться – скоро стемнеет. •      В городе оставаться нельзя, - вступил в разговор водитель. – Засветились мы здесь по самые уши. Сейчас съедем в какой-нибудь лесок и переночуем прямо в машине. •      Давай, ищи место, - согласился бровастый. В определенных кругах его знали по кличке «Бурильщик» или «Бур». •      Нет, давай к Насте прямо сейчас, - вновь подал голос Нос, сидящий сзади. –  Я передумал. Кумарит. Ночь тяжело пережить. •      Затемно приедем, а Настя не любит, когда поздно, - сказал Коша, мельком взглянув на темнеющее небо. •      Потерпит, - отрубил Нос. – Не подаяния же просим. Сдадим подешевле. У нас весь багажник забит «железом». Видак, две видеокамеры, барахло всякое… •      Клево срубили! – воскликнул Бурильщик. – Настя за каждую камеру граммов по пять отвалит, да и за видак… Неделю балдеть будем. •      Не спугни, ворона, - буркнул Нос. – Еще не зарядил, а уже стреляешь. Приедем, а там менты в засаде. Ходит слушок, что цыганку «пасут» потихоньку. Давай, Коша, пошустрей, а то темнеет. Развеселая компания поехала вдоль по шоссе. Это была банда наркоманов, пробавляющаяся кражами. Они грабили квартиры на первом этаже или частные дома в отсутствии хозяев, поэтому свидетелей преступлений органы не имели. Зато имели около полутора десятков «глухарей» по всей области. Воры действовали примитивно и нагло. Находили пустой дом или квартиру, далее взламывали дверь гвоздодером, а если не получалось, то выдавливали стекло, брали, что под руку попадется, в основном видеотехнику и сбывали ее за героин некоей многодетной молдаванке Насте, живущей в поселке, расположенном в тридцати километрах от города А…. Получив наркотик, банда два-три дня «оттягивалась», а потом вновь принималась за свой преступный промысел. Нос, кучерявый мужчина лет тридцати числился в банде за старшего. У него были две ходки за грабеж и останавливаться он не собирался, ибо по-другому жить просто не мог да и не хотел. «Бур» и его дружок Коша были моложе Носа на несколько лет. Их Нос увлек байками о красивой, воровской житухе, приобщил к героину, и банда счастливо и безнаказанно существовала уже более полугода. Правда в предыдущий раз воры прокололись – в одном из домов наткнулись на полуслепую старуху. Бурильщик ее толкнул, бабка ударилась головой о подоконник и, похоже, умерла. Голову по крайней мере раскроила основательно. Мелькнул указатель поворота. «Пансионат «Солнечный». •      Вот бы где зачалиться… - мечтательно проговорил Бур, поведя кустистыми бровями. – Я там кувыркался в прошлое лето с одной телкой. Река, сауна, пивко, водочка… Две недели балдел. Она меня туда сама затянула – я только бабки отстегивал. •      За бабки и на Кипр можно улететь. Или в Таиланд, - усмехнулся Нос. – Наша братва туда ездила прошлым летом. Им рассказали, что там любую позови, какая понравится, и она трахаться пойдет. И клево все делают. Кайф! Бабок у братвы было не меряно. И чудно получилось. Нет, сначала все было путем. Сняли номер в пять комнат, ковры, зеркала – полный цимис, и стали там каждый день групповуху устраивать. А девки там на счет этого простые – в самом деле на все согласны. А с ними был Проня, здоровый такой крендель. Ему бабы покрупнее нравились, а эти тайки все худые как рыбки – прямо как девочки. Проня сказал, что он не п*****л, пошел к портье и показывает ему жестами, что, мол, ему требуется. Тот все понял и написал какой-то телефон. Проня позвонил. Ему сначала по-английски ответили, а потом он буркнул в трубку что-то матом, и ему баба, что на трубке была, по-русски стала базарить. Русская она оказалась. Он с ней сговорился по сходной цене и вернулся в номер. Братва как узнала, стала смеяться, мол, зачем сюда было ехать, чтоб своих блядей трахать. Но как эта Лена пришла, все сразу заткнулись. Такая кобылка! Все сразу своих узкоглазых побросали и к ней стали подкатывать, но Проня не дал, мол, сами себе ищите. Понравилась она ему. Он с ней так  до конца и кувыркался – каждый день к нему приходила. Денег он на нее не жалел. А когда все стали уезжать, Проня решил остаться еще дня на три. И все бы хорошо, но когда он расплачивался за отель, одна из купюр оказалась фальшивой. Уж как она к нему попала!? А там с этим строго. Сразу же вызвали полицию и Проню «закрыли» вместе с какими-то вонючими китайцами. И тюряга у них вонючая – хуже нашей. Ну так вот, посадили его и требуют двадцать штук «зелени» под залог, чтоб выйти. А у Прони таких бабок не было. Имел он на кармане штук пять, да и те – непонятно что, фальшаком разбавлены. Проня туда-сюда… Попросил позвонить. А там по закону можно один звонок делать. Он и позвонил этой Лене – один номер и знал наизусть. Та ему говорит, что, мол, нет у нее столько. Проня попросил ее связаться с братвой, а номеров телефонов не помнит – одни «погоняла» да адреса. Но девка толковая оказалась, сумела как-то дозвониться. Короче, прислали с гонцом бабок, вынули Проню с тайской кичи. Он как вышел, то сразу дунул в аэропорт, от греха подальше. Улетел в тот же день. •    Ну и что тут особенного? – протянул Бур. -          Особенное потом. Ведь это не конец сказки, слушай дальше. – Нос глотнул мутной жидкости, поперхнулся и утерся рукавом. – Прошло несколько месяцев. А Пронина команда «крышевала» одну фирму по продаже мебели. Послали его как-то к директору этой фирмы за бабками. А этот директор любит потрандеть, да и Проня тоже. Выпили они по рюмке коньяка, ляля, тополя… Тут Проня и рассказал, как парился в тайской «крытке» за фальшак, а одна русская баба его вытащила. •      А как звали эту бабу? – неожиданно спросил директор. Проня дурак, дурак, а тут сообразил, что неспроста этот вопрос. •      Не знаю, - говорит. – Она мне не сказала. А что? •      Да так…, - отмахнулся директор. – Мне такую же историю жена рассказывала. Она отдыхала этим летом в Таиланде. Но мало ли баек ходит… •      А как зовут твою жену? – в свою очередь спросил Проня. •      Лена, - ответил директор. Проня после такого базара эту бабу подловил. Оказалась та самая, что в Таиланде с ним кувыркалась. Он ей, мол, давай продолжим, нравится мне с тобой этим делом заниматься, а она ему не дала, мол, мало ли что на курорте случается. Вот стерва! Оказывается совмещала приятное с полезным. Видно муж у нее прижимистый – мало отстегивает, а может просто дурковала. У баб мозги в чудную сторону повернуты. Нос замолчал и потянулся за сигаретой. В Поселок они приехали затемно. Улицы освещались только светом из окон – фонари не горели. Машина по расхлябанной дороге с трудом пробралась к кирпичному дому, огороженному высоким дощатым забором и остановилась возле калитки. •      Я сейчас. Нос выскочил из машины, подобрал с земли небольшой камешек и ловко метнул его в светящийся проем окна. Дернулась занавеска, а спустя несколько минут калитка открылась и показалась человеческая фигура в телогрейке. Нос быстро  переговорил с подскочившим мужиком и махнул рукой, мол, давай. Бур и Коша с двумя мешками за спиной быстро юркнули во двор. Спустя короткое время все трое вновь оказались в машине. Посидели молча минут пять. •      Где этот придурок, Куваев? – не выдержал Бур. •      Сейчас появится, - успокоил его Нос. •      А куда он за ширевом ходит? – спросил Коша. •      В старых автомобильных камерах прячет. Дома Настя наркоту не держит – вдруг ментовка с обыском нагрянет. Она этого Куваева для подобных дел и держит в приживалках, чтоб самой руками до наркоты не дотрагиваться. И подставит его, если что… Вот он! Легок на помине. Вся троица уставилась в шевелящуюся темноту. Вдоль забора проскользнула неясная фигура, и вскоре возле машины появился все тот же невзрачный тип в телогрейке. Нос опустил стекло и молча взял протянутый сверток. Когда мужик ушел, он спросил Бура. •      Домой не будешь заезжать? •      А зачем… - отмахнулся тот. •      Тогда погнали. – Глаза Носа радостно блеснули в предвкушение близкого кайфа. Они выехали из поселка и свернули в ближайший лесок. Загнав машину в кусты, Коша включил лампочку в салоне. Нос открыл сверток и глубоко вздохнул, трепеща ноздрями. Потом пересчитал пакетики, в которые было расфасовано вожделенное зелье. •      Сколько? – нетерпеливо спросил Бур. •      Двадцать. Все по таксе, - сказал Нос, пересчитав дозы. – Погнали. Каждый из сидящих достал из кармана персональный шприц и священнодействие началось. Раздались вздохи и ахи, как при сексуальных утехах. •      Вена пропала, - пробормотал Коша. – Нос, помоги шырнуться. •      Коли в кисть, - отозвался тот. Наркотик пошел «в жилу» и его голос прозвучал томно и проникновенно, как при чтении лирических стихов. •      Да руки ходуном ходят, - заныл Коша. – Помоги. •      Подожди, дай раскумариться, сейчас… Перебирайся сюда. Когда Коша подсел рядом, Нос, с трудом разлепив веки, достал резиновый жгут. •      Сейчас раскачаем. – Он перетянув Кошину руку, начал ее интенсивно массировать в районе локтевого сустава. – Давай «баян». Героин быстро растекся по организму, вызывая неописуемое блаженство. Коша томно застонал, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Минут пять посидели молча, наслаждаясь действием наркотика. •      По-е-ха-ли, - врастяжку проговорил Нос. Его губы заплыли в блаженной улыбке. – Коша, хорош балдеть. •      Куда поехали? – пробормотал тот. •      В пансионат «Солнечный», где Бур с бабой отдыхал. Бур, ты там кого-нибудь знаешь? – Нос начал тормошить его за плечо. •      Если сторожа те же, то знаю, - отозвался тот. – Зачалиться там хочешь? •      Точно, - подтвердил Нос. – Девок бы еще где-нибудь надыбать… •      Где их сейчас найдешь? Завтра разберемся. А сегодня и без них побалдеем. Машина медленно выехала на шоссе и помчалась в обратном направлении. Души сидящих парили под пение арф и скрипок и улетали в удивительные, красочные миры.     - «Владимирский централ, ветер северный», - неожиданно затянул Нос. Остальные подхватили. Бурильщик задрал голос так высоко, что перешел на визг. Веселье нарастало как снежная лавина. Коша, делая поворот, неожиданно заметил одинокую женскую фигурку, маячившую на обочине. Девушка отчаянно голосовала. •      Тише! Смотри! – крикнул он. – Легка на помине. Поющие замолчали и уставились на дорогу.     Девушка была одета в короткий блестящий плащ, из-под которого выглядывала полоска юбки, и в обтягивающие ботфорты. Оголенная часть бедер выглядела очень соблазнительно. •      Как по заказу! – радостно воскликнул Бур. – А то у меня сексуальная недостаточность. •      Одета как «плечевая», - прокомментировал расчетливый Нос, не поддаваясь эмоциям. – Но что она делает ночью посередь дороги? Они обычно работают на стоянках. Давай, стопари тачку! Машина взвизгнула тормозами и, пройдя юзом по скользкому шоссе, остановилась на обочине в нескольких метрах от девушки. Та подскочила к открытой Буром дверце. •      И почему такая ляля бродит ночью? Наверное ей стало скучно, - елейным голосом пропел Бур. •      До города довезете? – Девушка была стройна и смазлива. Ее удлиненной лицо обрамляли светлые  рыжеватые локоны, а ярко накрашенные губы выделялись черным пятном в скудном свете ущербной луны. •      До города, не до города, но куда-нибудь довезем, - вступил в разговор Коша. – А девушка что, за грибами ходила, но ничего не набрала? Глупая шутка вызвала всеобщее веселье. Девушка тоже скупо улыбнулась, ежась от холода. Ее ноги находились в непрерывном дриблинге. •      Я со своим дружком поругалась, - пояснила она. •      И где же твой хахаль? •      На мотоцикле уехал. Я думала вернется, а этот козел меня кинул. •      А мы подберем, - хихикнул Нос. – Поехали с нами в пансионат. Переночуем, а утром в город. У нас выпить есть и еще кое-что на закуску. Как тебя зовут? •      Катя. – Она вновь улыбнулась, демонстрируя ряд ровных зубов. •      Слушай, Катя, ты нам мозги не пудри, - медленно, с подвывающей интонацией проговорил Бур. – Если «работаешь», то скажи – нам и в машине сойдет… •      Нет, я не проститутка. Мне и в правду некуда деться, - перебила его девушка. Нет, правда! •      Ну, так поехали, хорош базарить, - отрубил Нос. •      А вы меня не обидите? – Она боязливо осмотрела трех взбудораженных парней. •      Тебя!? Да ты чо! – Бур начал картинно колотить кулаком себя в грудь. – Мы тебя накормим, напоим, приласкаем и спать уложим. - А про себя подумал. «Откажется, так мы у нее и спрашивать не будем». •      Давай, садись, - поддержал Нос приятеля, открыл заднюю дверцу и сделал приглашающий жест. – Мы ребята приличные – одиноких девушек не обижаем. Положение у Кати было безвыходное. «Они вроде бы ничего парни. Похоже, что крутые и при бабках, - подумала она. – Попьем, потрахаемся, а утром они меня отвезут. А зачем я им еще нужна! У меня и резинки есть». – Она вспомнила про презервативы, которые приобрела накануне в газетном киоске. «Была не была. Не всю ночь же здесь торчать…». Катя быстро юркнула в машину и, захлопнув дверь, зябко передернула плечами. •      В какой пансионат? В «Солнечный» что ли? •      Точно! – подтвердил Бурильщик. – Туда. •      Там летом хорошо, а сейчас тоскливо, - прокомментировала девушка. •      С нами и на поминках плясать будешь, - нравоучительно сказал Коша, вырулив на шоссе и поддав газу. Катя поплотнее закуталась в плащ и притулилась к плечу Носа. Она была девушка без комплексов, воспринимая половой акт, как некий вид спорта или плату за услуги. «Если человек мне сделал хорошее – почему я ему должна отказывать». Ей, конечно, было не безразлично, с кем спать, но она не была и особенно брезглива, если того требовали жизненные обстоятельства, умела настраивать себя на сексуальный контакт и получать от этого процесса удовольствие. Особенно после дозы спиртного. Единственно, чего она боялась, так это подцепить какую-нибудь заразу. К своим восемнадцати годам она успела пережить испепеляющую безнадежную любовь, а когда это чувство прошло, начала частенько менять дружков, не особо огорчаясь при очередном расставании.   Территория пансионата была огорожена забором из бетонных щербатых плит, поверх которых виднелись крыши длинных строений, похожих на бараки. Ворота были полуротворены, но до конца открыть их не представлялось возможным: створки были обхвачены тяжелой железной цепью, замкнутой на висячий замок. В нескольких десятках метрах от ворот бугрилась гора металлолома, большую часть которого составляли комки ржавой колючей проволоки. •      Прямо как на зоне, - усмехнулся Нос. •      А здесь и была раньше зона, - пояснил Бур. – А потом ее переоборудовали в пансионат, а зэков вывезли куда-то под Ухту лес валить. Видишь? – Он мотнул в сторону нелепой деревянной конструкции. – Это голубятня. Ее смонтировали из караульной вышки. Директор пансионата – любитель этого дела, а голуби срут где попало. Моей бабе прямо на прическу ляпнуло. Коша залился идиотским смехом. Катя непроизвольно вздрогнула и тоже засмеялась. •      Чего ржешь, децл! - сказал Нос и в свою очередь захохотал. Беспричинный смех внезапно обуял всех сидящих в машине и продолжался пока Коша резко не тормознул перед воротами. Машину тряхнуло. Нос закашлялся. •      Пойди узнай, что почем, - сказал он Бурильщику. Тот не торопясь вылез наружу и развинченной походкой направился к воротам. Вернулся он минут через пятнадцать в сопровождении заспанного бородатого мужика в военном бушлате. Мужик жадно курил и непрерывно шмыгал носом. Перед ним тут же появился пластмассовый стаканчик, до краев наполненный самогоном, который был моментально выпит, без лишних вопросов. •      Ну как, Федотыч? Бодрит? – поинтересовался стоящий рядом Бур. •      Еще не распробовал, - отозвался мужик. – Надо повторить. Стаканчик наполнили вновь. Названный Федотычем повторно опрокинул его в бороду и медленно утерся рукавом. Ни один мускул не дрогнул на его лице. •      Рыбу брать будете? – спросил он вместо благодарности. •      Если пожаришь, то будем, - ответил Бурильщик, видимо зная местные порядки. •      Пошли. Сейчас народу мало, а свободных мест стало быть много. Если только на ночь, то еще стакан нальете – и в расчете, а если дольше хотите остаться, то завтра денег дадите коменданту. Есть деньги то? И паспорт понадобится. Хотя бы один. •      Найдем, - подмигнул Бур. Тогда пошли. – Федотыч акцентировано развернулся, едва не потеряв равновесие, и, качаясь, зашагал к воротам. Покопавшись в замке, он снял цепь, распахнул створки и махнул рукой, мол, проезжайте.   Компания поселилась в двухкомнатном блоке одного из бараков, оснащенном маленькой кухонькой туалетом и душем. Кате выделили дальнюю комнату. Когда девушка скрылась за дверью, Бурильщик нетерпеливо потер руки. •      Я первый на очереди. •      Первый, первый, - успокоил его Нос. – Только насчет остальных договорись – ты это умеешь. Лучше, чтоб все нормально было, без насилия – она сама даст. Телка, похоже, сообразительная. Только сам не промахнись. •      Не ссы, не промахнусь…  А ты говоришь, что здесь как в зоне, - усмехнулся Бур, созерцая удобства. – Там бы сунули тебе парашу под нос и нюхал бы… •      Не транди, баклан, - одернул его Нос. – Побудешь – не забудешь, а не был – так побудешь. А сейчас заткни метлу в задницу. •      Давай ширнемся, пока девки нет, - неожиданно предложил Коша и достал шприц. Никто не возражал. Новая доза наркотика подстегнула эмоции, мир заиграл яркими красками, глаза засияли неудержимым огнем. В проеме двери появилась Катя. •      О, наша лялька пришла, - пропел Бур, выставляя на стол оставшиеся две бутылки самогона, буханку хлеба и банку тушенки. – Ты как насчет выпить? •      Я вообще-то пью пиво… - начала девушка, но Бурильщик ее перебил. •      Это лучше. Будешь парить как птичка. Веселящий напиток. А может ширнуться хочешь? Ты как насчет этого? •      Что значит ширнуться? Наркотик что ли? •      Точно! Героин высшей пробы! – воскликнул Бур. •      Да нет, я лучше выпью. – Девушка начала резать хлеб лежащим тут же ножом. •      Отвянь от нее, - встрял в разговор Нос. – У нас демократия. В дверь постучали и на пороге появился Федотыч с шипящей сковородкой. •      Рыба приехала, - прокомментировал Коша. – Присаживайся батя. Рыбку сам наловил или в магазине купил? •      Сам, по последнему льду. Это язь.– Федотыч опустился на стул. - Давай наливай. Опустошив очередной стакан и посидев немного для приличия, сторож стрельнул пару сигарет и поднялся. •      Ну я не буду мешать… •      Подожди, Федотыч, а как насчет сауны? Сауна фурычит? – остановил его Бур. •      Да ночь сейчас…  - начал отнекиваться сторож. •      Плевать на ночь! – Глаза у Бура фанатично заблестели. – Давай, раскочегаривай – мы тебе еще полтинник дошлем. •      Ну если полтинник… - Федотыч почесал бороду. – Через полчаса приходите.