Революция

Глава 12. Власть

Наивно было бы ожидать, что гибель президента цранху не повлечёт за собой долгоиграющих последствий. Дипломатический скандал разрастался с силой взрыва сверхновой, временное правительство пострадавшей стороны настолько увлеклось ролью жертвы, что Верн уже начал жалеть об умолчании для общественности Империи факта модификации скафандров, ставшей причиной заражения. На самом деле, это можно было сделать в любой момент, но сейчас выглядело бы не совсем правильно с политической точки зрения: цранху требуют весомую сумму компенсации и торговые преференции, а Империя отказывает со словами «сами виноваты».

По факту, конечно, так оно и было, но аккуратные намёки на невиновность в произошедшем Империи во время виртуальных переговоров с участием представителей Союза привели лишь к отсрочке платежа и разбивке его на транши. Верна такое решение не устраивало совершенно. Нет, жизнь любого разумного живого существа в галактике представляла собой огромную ценность, её можно было даже назвать бесценной, только сложившаяся ситуация начала напоминать спекуляцию и вымогательство. В межгосударственных отношениях Империя никогда не проявляла агрессии, но и не позволяла так явно собой манипулировать.

Цранху начали утверждать, что об опасности керийской бактерии было известно до визита президента, а лекарство нашлось подозрительно быстро, но аккурат лишь тогда, когда вся делегация уже погибла. Бред новоизбранного президента о том, что Империя имела цель свергнуть законную власть цранху, даже союзные представители не приняли всерьёз, а Верна и вовсе возмутил до глубины души.

— Я же говорил, — закатил глаза Рей, когда они с Верном остались наедине. — Сейчас нам остаётся заявить о дырявых скафандрах и сослаться на Конвенцию Союза о карантинных мерах.

— Ещё скажи, что встречный иск выдвинуть нужно, — скривился Верн, понимая, что тот прав.

— Почему нет? — Рей саркастически вздёрнул бровь. — Представь, умерло всего шестьдесят семь цранху. А на Керии живёт два миллиарда. Чуешь?

— Тогда мы им уподобимся. — Верн понимал, что аргумент слабый, но по-прежнему не был готов последовать совету дяди.

— Верн, это политика, — вздохнул Рей. — Хочешь сохранить красивое лицо — будь жёстче. С самого начала, чтобы ни у цранху, ни у министров, ни у Домов не было желания тобой помыкать. Решай, как поступить, но на твоём месте я бы им больше ничего не платил.

— Я и не собирался, — надулся Верн. — Через неделю переговоры, если не поможет, то обнародуем информацию про скафандры.

— Верн, — Рей мягко улыбнулся, — что хуже: отрезать руку сразу или по частям?

 — Я понял, Рей, понял.

Поиск решения проблемы занимал много времени, варианты постоянно прокручивались в голове и отвергались как неподходящие, и Верн отвлекался от непростых размышлений, вспоминая о Теллиме — хотелось, как и тогда, на Наёми, просто физической близости и возможности не сохранять серьёзную мину, но и тут препятствия были налицо: теперь придётся обдумывать каждый шаг, чтобы не разрушить зыбкую симпатию молодого доктора, не подавить своим статусом. Что Верн мог предложить ему в этой ситуации? Начать встречаться, будто рядовые граждане Империи, они не могли, к тому же не стоило упускать из виду тот факт, что Верн женат. И не сказать чтобы фиктивно — несмотря на взаимные измены, у них с Исаном периодически случался секс, хотя усердие, с каким тот избегал Верна в последнее время, намекало, что муж уже не верит в долгую и счастливую совместную жизнь, а просто ждёт рождения второго ребёнка.

Исан в шутливой манере даже намекнул как-то на развод, но холодный взгляд Рея в качестве ответа заставил его осечься — у Верна после этой сцены остались противоречивые чувства: он любил Исана как брата и друга детства и сейчас всё чаще повторял себе, что они оба лишь заложники обстоятельств.

Ситуация на Аваре тоже беспокоила, и, честно говоря, Верн не ожидал, что всё начнёт развиваться с катастрофической скоростью, а последняя новость и вовсе выбила и его, и Рея из колеи.

— Командир крейсера сообщил, что Исан отправился в зону, где каста воинов устроила засаду миротворцам. — Рей, сдерживая эмоциональный взрыв, крутил в пальцах планшет. — Просто приказал доставить его к точке перехода и полетел спасать какого-то пилота.

— Что? — Услышанное не укладывалось у Верна в голове: слишком безрассудный поступок для рационального и спокойного Исана.

— Что слышал. — Гибкий экран планшета, подвергшись максимальному изгибу, хрустнул. — Официальный представитель Империи, член императорской семьи и, не будем забывать, муж императора в одиночку отправился к психопатам-аварцам, чтобы вытащить хуй пойми какого пилота, с которым, по словам Катри’а, у него роман. И, по счастливой случайности, именно в этот момент Совет Авара приказал разбомбить эту колонию, чтобы касте воинов неповадно было нападать на силы Империи и Союза.

— Можно установить связь с Исаном? — Теперь Верн по-настоящему испугался за мужа, ревности к неизвестному пилоту не возникло, хотя и стало понятно, что этот поступок имеет под собой вполне очевидные мотивы. Значит, и Исану не чужды чувства. До такой степени, что он не только наплевал на свои обязанности и долг перед Империей, но и нарушил данное Рею обещание не афишировать связи на стороне. Верн не осуждал Исана — понимал его.

— Катри’а будет отчитываться каждые тридцать минут. Через четыре часа они выдвигаются на поиски Исана по моему приказу. Сам понимаешь, нельзя наказывать за неподчинение члену императорской семьи, хотя, будь я на месте полковника… — Рей, доломав планшет, вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Любезно предоставленное через пять минут досье младшего лейтенанта Лэнси Дэ’анна ничего примечательного, кроме многочисленных взысканий, не содержало, на Верна смотрела голограмма поднявшего росчерками брови керийца, которого тот, встретив раз, во второй и не вспомнил бы. Но чем-то Исану, очевидно, этот пилот понравился.

В последующих сообщениях Катри’а никаких вестей от Исана не было, а потом связь с крейсером и вовсе прервалась. Потребовалось ещё пять часов, чтобы разобраться в причине этого, и тут уже Верн лишился остатков спокойствия.

— Уничтожили Шаррьякх. — Голограмма того, что осталось от аварской колонии, стояла перед глазами даже после отключения режима проекции. — Они сумасшедшие.

— Ебанутые. Все, — Рей тоже потерял самообладание, сидел, уронив лицо в ладони, — не только каста воинов, Верн. Началось то, чего я боялся больше всего. И я сам отправил к ним Исана…

— Его на Шаррьякх в тот момент не было, — покачал головой Верн, отгоняя страшные мысли.

— Он остался на Нанхи, где творился чуть меньший пиздец. — Рей убрал с лица выбившиеся пряди и посмотрел ему в глаза, впервые настолько серьёзно, что Верн невольно подобрался и выпрямил спину. — Если я полечу на Авар, ты справишься, Верн?

— Конечно, — кивнул тот, вновь ощутив состояние свободного падения, когда нет опоры и неизвестно, насколько близка смертельно опасная твердь.

— Джейс останется с тобой, — Рей продолжал сверлить его взглядом, — для безопасности. Сам знаешь, что нет личного телохранителя лучше, чем навигатор.

— Рей, я…

— Возьму третью эскадру. Всю армию касты воинов разнести не сможем, конечно, но огрызаться будем. Революцию на Аваре Империи не остановить, но Исан не должен погибнуть из-за них… Из-за меня.

— Я справлюсь, Рей. — Голос Верна зазвучал твёрже. — Главное, чтобы с Исаном всё было в порядке.

Сборы заняли всего несколько часов, за это время Верн испытал весь спектр эмоций от паники до полного осознания своей ответственности перед Империей. Теперь не у кого будет спросить совета — Ракни он не доверял, а оставшийся с ним Джейс зачастую рассуждал совершенно иначе. «По-человечески» — так с лёгкой улыбкой говорил Рей, любивший его таким, какой он есть: наполовину землянином и наполовину к-рутом.

Прощались на военном космодроме уже глубокой ночью, Верн несколько смущённо наблюдал страстный поцелуй Рея и Джейса, а от взгляда, каким Рей наградил мужа напоследок, по спине пробежали мурашки. Слишком много любви, слишком много отчаяния.

— Я должен вам обоим кое-что сказать. — Рей наконец выпустил Джейса из объятий и посмотрел на Верна. — Не знаю, что меня ждёт на Аваре, но в произошедшем есть и моя вина.

— Ты про охрану храма? — нахмурился Джейс.

— Нет, Джейсон. — Рей опустил глаза и вздохнул, будто собираясь с духом. — Я вынудил всех скрыть информацию про участие камр в войне с Духами, но не должен был этого делать.

— Что бы это изменило? — Джейс, как и Верн, по-прежнему не понимал, к чему тот клонит.

— Всё. Веру в триединство точно. — Теперь Рей вернулся глазами к мужу. — Камры — это рэнделы. Это их истинный облик. Они одичали и превратились в паразитов. И сила их в триединстве, понимаете?

— Но… — Кислород в лёгких закончился, Верна будто окунули головой в воду.

— Блядь, Рей, какого хуя ты молчал всё это время?! — Джейс говорил на английском, но Верн по наитию его понимал.

— Думал, что так будет лучше. — Рей впервые на памяти Верна казался потерянным. — Что это удержит Авар от раскола после выхода из изоляции.

— Кретин, — взяв себя в руки, на керийском произнёс Джейс. Негромко, но в сердцах.

— Джейс, я ошибался. Моя идея спасла галактику от Духов, но дала веру аварцам. И силу. Пока касты не перегрызут друг другу глотки, не успокоятся.

— А потом нападут на других. — К Верну вернулся дар речи.

— С них станется, — горько усмехнулся Рей. — Сейчас я просто хочу найти Исана.

— Удачи тебе. — Джейс прижал его к себе и коснулся губами лба. — Возвращайся.

Проводив Рея до челнока, они сели в аэрокар, который должен был доставить их по домам. Джейс выглядел расстроенным — и Верн не знал, по какой причине больше: что впервые за долгое время расстался с мужем или что наконец узнал страшную тайну победы над Духами и своей трансформации из человека в к-рута. Верн же думал о том, что каждое принятое в жизни решение имеет свои последствия, особенно если на твоих плечах лежит огромная ответственность.

Рей сохранил секрет деградировавших создателей, надеясь верой в триединство удержать аварцев от вражды, а сделал только хуже, дав повод касте воинов начать борьбу за власть и устроить самую настоящую гражданскую войну. И ситуацию усугубляло то, что сейчас там, в самом пекле, находился Исан.

Вообще, Верн никогда не замечал тёплых чувств Рея к своему старшему сыну, даже ему, племяннику, доставалось больше внимания, но, возможно, дядя просто иначе выражал свою привязанность, поскольку сейчас был готов оставить Империю, чтобы спасти Исана. Попытаться исправить хотя бы одну ошибку.

И Верну тоже придётся отвечать за свои действия, а не оглядываться на Рея и ждать его совета.

Очередной раунд переговоров по вопросу цранху, на этот раз очных, с участием Союза должен был проходить на нейтральной территории — выбрали Сектор Зевса, граничащий с имперским Сектором К-рут. Орбитальная военная база мало подходила для приёма высоких гостей, зато обе стороны здесь были равны. И главное, истерия цранху по поводу того, что имперцы вновь попытаются их уничтожить, теряла смысл.

Изначально Верн планировал отправить туда Ракни, но тот не разделял его точку зрения по поводу отказа в выплате дополнительной компенсации. И вообще, когда Рея не стало рядом, премьер-министр осмелел в общении с императором.

— Господин Рэеллин, я считаю, что возмещение — вполне логичный ход, — осторожно начал он. — Обстановка в галактике и без того неспокойная, чтобы разжигать ещё один межрасовый конфликт…

— Господин Имади, и сколько вы ещё предлагаете оплачивать оплошность цранху из кармана налогоплательщиков Империи? — вздёрнул одну бровь Верн, показывая своё неудовольствие.

— Возможно, вам стоит собрать глав Домов основателей, чтобы принять взвешенное решение? — Реплика Верна нужного эффекта не возымела, потому он уверенно продолжал гнуть свою линию.

— Мне не о чем говорить с Домами, — отрезал Верн, даже не пытаясь имитировать вежливый тон.

Чего Верн ожидал от ставленника аристократии? Если император в отсутствие дяди обратится за советом к Домам основателей Империи, он, прежде всего, будет выглядеть в глазах знати слабым правителем. Если пойдёт на поводу у цранху — аналогично, только в собственных. А тяжба по поводу виновных во вспышке инфекции даже с учётом огласки информации о модификации скафандров может сильно затянуться.

Время до переговоров таяло, от Рея приходили сухие сообщения, что Исан по-прежнему не обнаружен, и глухая тревога зрела внутри. Верн нервничал, но чем больше его волновали эти два вопроса, тем сильнее мысли просачивались сквозь пальцы, не давая собраться и принять решение. В моменты бессилия он вспоминал о Теллиме, но и здесь не мог придумать ничего дельного, чтобы не наделать ошибок — состояние подвешенности тоже раздражало.

Наконец Верн не выдержал — если он не может встречаться с Теллимом официально, то почему бы не сделать это неофициально, как раньше? Безумие, но на фоне всего остального этот поступок казался правильным.

— Сарейс, у меня к вам просьба, — сказал Верн.

— Да, господин Рэеллин, — тот, улыбаясь одним уголком рта, склонил голову в ожидании приказа.

— Можете выяснить место жительства и рабочий график Теллима Чарри?

— Дайте мне пару минут.

Это выглядело глупо и рискованно, впрочем, как и всегда, когда Верн под наблюдением Рея отправлялся на прогулку как обычный гражданин Империи, но сейчас особенно — сбегать было не от кого и не от чего. Теперь Верн нёс ответственность за всё и за всех и тем не менее шёл в сопровождении Сарейса к дому Теллима. Точнее, к общежитию полицейской академии. До лифтов на аэрокаре, потом на поезде и пешком от станции, никто в Нижнем городе не замечал ничего странного в их паре и не оглядывался.

Пробраться незамеченными в общежитие удалось без труда — пропускного режима здесь не было, а поздний вечер обеспечил пустынность коридоров. Сарейс, многозначительно кивнув, скрылся в полумраке, а Верн дрожащей рукой коснулся консоли звонка.

Дверь открылась не сразу — подмывало позорно сбежать вслед за Сарейсом, чтобы не оказаться посмешищем: император пришёл к любовнику, который его когда-то отверг.

— В-в-верн?.. — оказавшийся в проёме заспанный Теллим, заикаясь, назвал его по имени. Настоящему.

— Тише, — шикнул Верн и, удивляясь своей решимости, втолкнул его внутрь, захлопнул дверь и сразу же, не давая прийти в себя, поцеловал в губы.

— Подожди, я не… — Теллим взял лицо Верна в ладони, останавливая поцелуй, и посмотрел в глаза, будто жаждал увидеть что-то во взгляде.

— Ты не рад, что я пришёл? — спросил Верн, чувствуя, как внутри всё задрожало.

— Нет, Верн, просто ты… — запинаясь, Теллим начал проглатывать слова, — а я…

— Забудь об этом, — уверенно сказал Верн, запуская руки под тонкую ткань домашней одежды.

Подействовало — Теллим стянул футболку через голову, а потом стиснул Верна в объятиях, вдыхая аромат волос, и подтолкнул к кровати.

Сегодня Верн не претендовал на роль сверху — пробовал такое только с двумя партнёрами, — ему хотелось просто расслабиться и ощутить себя нужным. И он был нужен Теллиму так же, как Теллим был нужен ему. Вновь не просто секс, и тем более не секс с императором, когда выверяется каждое действие — словно с хрупким сосудом. Сосредоточенный и хладнокровный во время работы Теллим был страстным и искренним любовником, который забывал о статусе того, кто стонал и извивался под ним.

Кровать в общежитии была шире, чем в квартире Теллима на Наёми, но они всё равно лежали так, будто боялись свалиться с неё. Голова Верна лежала на руке Теллима, мышцы могли занеметь, но не успели бы — нужно было возвращаться.

— Мне пора. — Верн нехотя сел и посмотрел на заласканного и утомлённого Теллима, его губы припухли от жадных поцелуев, а короткие волосы были влажными от пота.

— Ты придёшь ещё? — спросил тот, наблюдая полусонными глазами, как Верн собирает разбросанную по полу одежду.

— Конечно, — ответил Верн, с усилием натягивая на потную кожу брюки.

— Верн… — Теллим вновь запнулся, — нам нужно поговорить, ты же знаешь…

— Тел, мы обязательно поговорим. — Верн оделся, встал коленями на кровать и, склонившись, оставил дорожку поцелуев от обнажённой груди Теллима к низу живота. — Сейчас у меня нет времени. Но я тебе обещаю.

Сарейс ожидал его в двух шагах от двери и с невозмутимым видом проводил до резиденции, Верн даже не пытался выискивать в его поведении каких-либо отклонений, сейчас голова была занята другим, а мысли впервые обрели упорядоченность. В тот момент, когда он окончательно уверился во взаимности Теллима, всё его существо сконцентрировалось на решении проблемы цранху.

— Ещё распоряжения, господин Рэеллин? — поинтересовался Сарейс, когда Верн оказался в спальне.

— Да, Сарейс, задержитесь, пожалуйста…

Технологии цранху не позволяли им осуществлять дальние гиперпрыжки на кораблях, потому они пользовались стационарными точками перехода. До военной базы в Секторе Зевса им нужно было добираться около восьми часов — довольно много времени. Почему бы не обсудить в приватной обстановке и на нейтральной территории все волнующие Верна вопросы до официальных переговоров? Особенно с учётом того, что по пути будет квадрант, где наблюдаются регулярные проблемы со связью.

Естественно, изменение маршрута кортежа императора в тайне сохранить не удалось — Ракни попросил аудиенции, оповестив Нарека о крайней важности и срочности вопроса.

— Это очень рискованный шаг, который может быть расценён как объявление войны.

— Империя ни с кем не собирается воевать, господин Имади, — отмахнулся Верн, не поднимая глаз от планшета.

— Господин Рэеллин, — Ракни набрал воздуха в лёгкие и продолжил: — я не уверен, что вы в состоянии рассуждать рационально. Понимаю, вас расстроила речь нового президента цранху, но это всего лишь политика. Будь ваш дядя рядом, он смог бы убедить вас, что…

— Быстро вы меняете своё мнение, господин Имади, — Верн посмотрел на него с демонстративным пренебрежением. — Ещё недавно Орен Оберн считался тираном, а сейчас…

— Вы неправильно меня поняли, господин Рэеллин, — Ракни не испугался, просто пытался соблюдать показную субординацию. — Вы…

— Я мальчишка, получивший безграничную власть? — прищурился Верн, испепеляя его взглядом, и выдержал паузу: — Господин Имади, ваше мнение по этому поводу меня не интересует.

Премьер-министр вылетел из кабинета как ошпаренный и с этого момента больше не мешал Верну готовиться к переговорам. На душе было спокойно, а в голове непривычно ясно. К тому же Рей сообщил, что напал на след Исана, и это не могло не радовать — совместными усилиями можно будет принять взвешенное решение по ситуации на Аваре.

— Господин Рэеллин, — перед самым вылетом Нарек проскользнул в кабинет и запустил голорежим на планшете, — я думаю, вам нужно это увидеть.

Верн с непроницаемым лицом читал новость о том, что действия императора ведут к эскалации конфликта с цивилизацией цранху и могут в конечном счёте спровоцировать войну. Источник не был указан, но очевидно, что публиковать такое осмелились только по указу одного из Домов, а утечку информации мог устроить Ракни — не был согласен с курсом внешней политики Верна.

— Нарек, дайте задание выяснить информацию об авторе статьи, — сказал он, поднимаясь из-за стола.

Совета у Джейса Верн тоже не спрашивал, но понимал, что нужно взять его с собой — на случай, если что-то пойдёт не так. Возможность мгновенного перемещения на несколько световых лет без каких-либо приспособлений зачастую была очень ценной, правда, часто не использовалась, поскольку негативно сказывалась на здоровье навигатора. Особенно вредили дальние прыжки с использованием синтетического катехина, так что Рей запретил Джейсу его принимать. И вообще, оберегал мужа как мог.

Императорский флагман с кораблями сопровождения направился к точке, где должен был появиться новый президент цранху. Разведка оповестила Верна, что охрана в этот раз была серьёзней — действительно опасались агрессии со стороны керийцев.

Несуразные корабли соседей Верн увидел на главной панели в рубке сразу после выхода из гипера, их оказалось больше, чем он ожидал, что заставило на секунду усомниться в своём замысле.

— Генерал Акхен, курс на сближение, — произнёс Верн, не поворачиваясь к командиру флагмана. — Глушите связь.

— Слушаюсь, господин Рэеллин, — безропотно и с важным видом ответил тот.

Генерал был из старой гвардии, получил своё звание ещё при императоре Ардине, поэтому лучше многих знал, какие последствия может иметь неподчинение монарху. Он отдал приказ экипажу, и керийские корабли со значительным ускорением двинулись навстречу делегации цранху.

Панику на их вращающихся звездолётах, выглядевших так, словно они были созданы ремийцами в эпоху покорения космоса, невооружённым глазом заметить было невозможно, однако чуткое оборудование флагмана мониторило все процессы на их борту.

— Открыли бойницы, — сообщил лейтенант, сидевший справа от Акхена. — Пытаются выйти на связь.

— Максимальное сближение, — отозвался Верн и на секунду повернулся, чтобы встретиться взглядом с Джейсом: показать, что ситуация под его абсолютным контролем.

— Господин Рэеллин, силовое поле флагмана может не выдержать удара главных орудий цранху.

— Продолжайте сближение.

Голос Верна сохранял невозмутимость, он единственный в рубке стоял прямо перед главной панелью, заложив руки за спину, и наблюдал за постепенно увеличивающимися кораблями на фоне чёрного космоса.

— Огонь только по моей команде, — распорядился Верн, когда расстояние между двумя делегациями по космическим меркам стало небольшим.

— У цранху активированы главные орудия, — сказал лейтенант не то ему, не то генералу.

Теперь вращающийся корпус флагмана цранху можно было рассмотреть в подробностях, как и подсвеченные красным пушки, которые казались Верну игрушечными. Он не отрываясь наблюдал, как корабли сопровождения принимают боевой порядок, намереваясь защищать главу государства.

— До столкновения четыре минуты.

— Ждите моей команды.

Становилось не по себе, но страха не было, Верн понимал, на что идёт, и не собирался отказываться ни от своих действий, ни от своих слов в будущем. Едва уловимое глазу движение в районе кораблей цранху не заметили сразу даже радары имперского флагмана, сейчас всё внимание было приковано к орудиям. Верн расцепил пальцы, вздохнул и обхватил одной рукой плечо, успев посмотреть на дисплей комма. Ещё не время.

— Зафиксирована активность. Возможно, они собираются выпустить дроны. Готовятся к прицельному огню. — Тон лейтенанта был далёк от спокойствия. — До столкновения две минуты тридцать шесть секунд.

Верн почувствовал поступь за спиной — Джейс встал со своего места и подошёл к нему, наблюдая за стремительно приближающимися кораблями цранху. Дистанция становилась критической, Верн, бросив короткий взгляд на Джейса, поднёс руку к лицу: комм коротко моргнул.

— Задний ход, — приказал он в момент, когда, казалось, столкновения невозможно избежать, а подсвеченные красным бойницы орудий кораблей цранху синхронно погасли, заставив кого-то сзади с облегчением выдохнуть. — Подготовьте челнок и костюмы для меня и советника.

Сдавленное волнение в рубке сменилось суетой шлюзовых коридоров — для нахождения в среде цранху Верн выбрал не просто защитный скафандр, а экзоскелет, который делал его сантиметров на двадцать выше и значительно сильнее. Не то чтобы Верн боялся находиться на чужом корабле, просто так он выглядел более солидно на фоне стражников. Их броня, как и у Джейса, была матово-чёрной, а вот Верн красовался в белоснежном костюме, отражающем красную аварийную подсветку внутри флагмана цранху.

Озвучивая задачу, он попросил Сарейса по возможности избежать жертв — тот, встретив его у шлюза, заверил, что все неподвижные рептилоиды просто временно парализованы — кто-то газом, кто-то с помощью специально настроенного импульсного луча. Использование подпространства позволило Страже взять на абордаж все до единого корабли цранху, деактивировать орудия и отправить в отключку военных, оставив в сознании лишь президента и его многочисленную чиновничью свиту.

Те были вынуждены наблюдать шествие Верна по флагману в окружении рослых и вооружённых до зубов к-рутов. Возможности оказать сопротивление не было — стражники держали под прицелом. Цранху сопровождали всё взбудораженным клёкотом, но при приближении Верна замолкли, застыв и удерживая свои крупные желеобразные тела в вынужденных позах.

— Господин Мьянбхуу, — Верн заранее озаботился настройкой нейропереводчика, — я считаю, что произошло страшное недоразумение.

Водянистые глаза президента выражали неподдельный ужас, но он не издал ни звука.

— Вы приняли нашу вежливость за слабость, — мило улыбаясь, продолжил Верн. — Поэтому я хочу, чтобы вы уяснили, — здесь была важна пауза, — Империи не нужно тратить силы и средства на создание болезни, чтобы уничтожить вас. Для этого не нужна даже наша армия, с этим прекрасно справится моя личная охрана. Вам это понятно?

— Да, — пробулькал Мьянбхуу, нейропереводчик интонацию не передавал, Верну приходилось ориентироваться по лицу президента.

— Я крайне рад этому факту. — Верн старался улыбаться как можно дружелюбнее, искренне всё равно бы не вышло. — Тогда предлагаю забыть об этом трагическом инциденте, который продолжает отравлять отношения наших цивилизаций. Вас же устроила оказанная Империей финансовая помощь?

— Да, — рептилоид понял, что тон Верна не предполагает иного ответа.

— Замечательно, — Верн великодушно кивнул. — Протоколы лечения и формула для синтеза лекарства были отправлены вам две недели назад. Думаю, что эти меры позволят исключить повторное заражение и помогут нашим расам продолжить взаимовыгодное сотрудничество. — Спрятав улыбку, Верн правдоподобно изобразил скорбь. — Ещё раз приношу вам свои соболезнования по поводу гибели ваших соотечественников и надеюсь, что ваши инженеры впредь будут прислушиваться к требованиям Конвенции о карантинных мерах. Мы поняли друг друга, господин Мьянбхуу?

Президент вновь что-то булькнул, но Верн не стал слушать, развернулся и, наслаждаясь упругим ходом, который обеспечивали приводы экзоскелета, отправился к шлюзу. Несмотря на встроенную систему охлаждения, по виску медленно ползла капля пота, а руки немного тряслись, стабилизируемые тяжёлыми перчатками. Верну только и оставалось, что радоваться, что тело предало его, только когда всё задуманное выполнено.

Нательное бельё под костюмом тоже оказалось мокрым, но Верн сейчас сдерживал улыбку, хотя и не знал пока точно, насколько его риск был оправданным.

— Господин Рэеллин, — предварительно кашлянув, Нарек шагнул в спальню: каюта императора на флагмане имела пять комнат, — цранху связались с представителями Союза в Секторе Зевса и отменили переговоры, заявив, что снимают все свои претензии к Империи.

— Спасибо, Нарек, — кивнул Верн. Эмоции улеглись, а на лице вновь была маска спокойствия. — Позовите, пожалуйста, Сарейса.

Начальник личной охраны явился секунд через тридцать после того, как Нарек скрылся за дверью.

— Вы звали, господин Рэеллин? — Головы он не поднимал, потому Верну оставалось только догадываться о его настоящих чувствах.

— Да, Сарейс, — Верн встал, подошёл ближе и, пользуясь разницей в росте, поймал его взгляд, — вы великолепно справились с моим заданием.

— Благодарю, господин Рэеллин, — в тёмных глазах промелькнула робкая радость, почти детская, столь несвойственная этой двухметровой горе мышц с отлично работающими мозгами.

— Это я благодарю вас, Сарейс. — Верн коснулся его плеча, не разрывая зрительного контакта. — Без вас у меня ничего бы не получилось.

Сарейс не выдержал взгляда Верна, опустил глаза, сдержанно улыбнулся и, поклонившись ниже обычного, покинул спальню.

Верн разом отпустил себя и упал в ближайшее кресло, уставившись на непроглядный мрак космоса в окне на всю стену. У него оставалось ещё два важных дела.