Утро наконец наступило после ещё одной бессонной ночи. Подушка всё ещё хранила солоноватый след моих слёз, а грудь будто стянула тугая петля тревоги. За завтраком царила гнетущая тишина. Мы сидели втроём — семья, но ощущение уюта было фальшивым, как дешёвая декорация. Я едва прикасалась к еде, а Исак делал вид, что всё в порядке — даже улыбался, как будто ничего не произошло прошлой ночью. Но мне было больно смотреть на него. Он коснулся тьмы, и теперь мне нужно было от неё отдохнуть.
— Я поеду к маме на пару дней… — сообщила я тихо, но твёрдо. — Мне нужно побыть в тишине. В покое. Без напряжения и сцен.
Исак молча кивнул, будто понимал. Он помог мне отнести чемодан к машине, нес сына на руках. Внутри меня всё протестовало — от его прикосновений, от фальшивого спокойствия на его лице.
П
