Они сидели в комнате уже часа полтора, но за это время обменялись всего несколькими словами. Мохов почти непрерывно курил и смотрел через окно в сад. Она не понимала причины его такого поведения; только что он умолял её вернуться к нему, стоял перед ней на коленях, а когда это случилось, устроил ей обструкцию молчанием. Она слышала, как собираются постояльцы на ужин. У нее проснулся сильный аппетит, но Мохов не выражал никакого желания присоединиться к общей трапезе. Наконец не выдержав танталовых мук голода, она робко спросила:
- Может, нам стоит пойти поужинать.
Мохов резко пожал плечами.
- Если хочешь, иди. - Он недобро посмотрел на неё. - Я не хочу никого из них видеть. Если тебе еще не надоела эта публика, то я тебя не держу.
Алена сама не могла се
