3.

2164 Words
Первые три дня Евгения блаженствовала. Вставала поздно, так как отсыпалась за все недобранные для сна часы, пила кофе, потом садилась на мягкий диван и смотрела телевизор. В последнее время она так мало проводила время дома, что куда-то идти или ехать желания почти не возникало. Она даже стала в чем-то оправдывать поведение теперь уже почти бывшего мужа; кому понравится жена, которая постоянно занята на работе. Ничего удивительного, что он ей изменил, она уделяла ему слишком мало внимания. Однако это обстоятельство не меняло ее отношение к предстоящему разводу, все шло к этому уже давно, она разочаровалась в Станиславе, как в человеке. Он перестал вызывать в ней интерес, хотя, как художник,  явно прогрессировал. Но в ее глазах это нисколько не искупало его недостатки. Впрочем, о Станиславе она думала и редко и немного, она чувствовала, как быстро уходит этот человек из ее души и жизни. Гораздо больше в ее мыслях место занимал отец. По электронной почте она отправила ему фотографии и небольшой фильм о своей работе. И теперь с нетерпением ждала его оценки. Евгения всегда очень высоко ценила его мнение. Когда она окончила школу, то довольно долго и мучительно выбирала свой дальнейший путь. Вариантов, которые ее манили, было два: либо медицина, либо архитектура. К обоим занятиям она испытывала примерно одинаковую склонность. Победила архитектура; как раз в это время отца назначили главным архитектором города. И она окончательно решила, что пойдет по его стопам. И никогда не жалела о своем выборе. Только иногда, особенно когда заболевал кто-то из близких, на нее вдруг накатывало сильное желание заняться его исцелением. Для этого были даже некоторые основания; для неспециалиста она довольно неплохо разбиралась в медицине. Могла поставить диагноз и прописать лечение, если заболевание было несложным.  Пару раз без помощи врачей вылечивала сначала первого мужа, потом второго.  Впрочем, это было не слишком сложно, так как организмы  у обоих  были  крепкие. А если бы  к тому же они еще вели и здоровый образ жизни, то вообще почти бы не болели. К сожалению, именно такой образ жизни им у был не очень свойственен. Евгения не без опасения ждала ответа  отца. Если ему ее работа не понравится, это станет для нее серьезным ударом. Такое уже пару раз случалось, когда он весьма критически оценивал  то, что она делала. Правда, это относилась к тому раннему периоду,  когда она только начинала свою карьеру. Он тогда весьма аргументировано разнес в пух и прах выполненный ею проект, который она считала сделанным на хорошем профессиональном уровне. И даже в тайне гордилась им. Это стало для нее хорошим уроком, отныне она каждый очередной выполненный  проект оценивала как бы с точки зрения отца. И это оказалось весьма полезным ракурсом; нередко после такого взгляда она находила в своей работе существенные недостатки.  И возможно, в том числе и по этой причине с некоторых пор она больше такой суровой критики с его стороны не подвергалась. И все же опасение получить его неодобрение сохранялось. Ответ отца пришел на третий день. Он хвалил дочь, причем, впервые для этого не жалел выражений. По его словам, она, наконец, достигла уровня мастера. А в его устах это была высшая похвала. На какое-то время Евгенией  овладела эйфория. Но радостное настроение продержалось недолго. После того, как Кроткий сообщил ей, что нашел для нее нового заказчика,  она почему-то была уверенна, что он вот-вот даст о себе знать. Но прошло уже несколько дней, а звонок так и не раздался. Других же потенциальных клиентов у нее тоже сейчас не было. С какого-то момента такое положение стало ее напрягать. Что она будет делать без работы, если никто в ближайшее время не объявится? Деньги благодаря гонорару Кроткого у нее пока есть, но для нее безделье страшнее безденежья. Когда долго нет заказов, у нее развивается депрессия. Ей ничего не хочется делать, ничем заниматься. Даже никого видеть нет настроения. Если  возникает  такое состояние, она способна  провести много времени в полном одиночестве.  Ей самой не нравилось такое ее качество, она понимала, что это далеко не лучший образец поведения. Не случайно в свое время Станислав часто упрекал ее за то, что в такие периоды она даже отгораживалась от него. Но изменить себя не получалось, хотя такие попытки предпринимала. Эту  черту характера  она не могла в себе  искоренить. Поэтому оставалось лишь смириться с ее существованием.  Тем более, сейчас, когда она рассталась с мужем, кроме нее никто от этого не страдает. Поэтому Евгения продолжала почти все время пребывать  дома одна, если не считать недолгих вылазок в магазины. Впрочем, не совсем одна. Пару лет назад Станислав принес в их дом  малюсенького щенка  чихуахуа   - абсолютно белого. Муж объяснил тогда свой поступок так: жену он видит мало, так хоть он будет  хоть рядом с ним будет находиться собака; все не так одиноко. Хотя Станислав обещал заботиться о  щенке, но делал  это так небрежно, что основные заботы о нем пришлось ей взвалить на себя. Пес вполне мог бы даже погибнуть. А этого она никак не могла допустить, иначе бы его смерть надолго оставила глубокую рану в ее душе. Пса по бумагам звали Диамант, но это имя показалось Евгении и длинным и каким-то напыщенным. Поэтому она сократила и упростила его до Димы. Собаке новая кличка тоже понравилась, и он охотно отзывался на нее. Они быстро привязались друг к другу. И очень скоро Евгения  уже не могла жить без своего Димы. Она знала, что когда войдет в квартиру, он  бросится ей на встречу и будет прыгать вокруг нее, норовя взобраться на руки и облизать ее лицо. Иногда ее даже смущала такая сильная привязанность к собаке, она думала о том, насколько здоровое это чувство. По отношению к далеко не каждому человеку она испытывала  подобные эмоции. Обычно Евгения рано утром уезжала на стройку и возвращалась домой поздно. Все это время Дима ждал ее, стоически терпя нужду. И первым делом она выводила его погулять. Затем кормила и, растратив на заботы о своем питомце последние силы, падала в кровать. После того, как она стала спать одна, место мужа занял пес, который устраивался рядом с ней. Ей даже казалось, что и засыпают и просыпаются они  одновременно. Но сейчас для собаки наступили счастливые времена, все дни они были  вместе. Дима усаживался либо рядом с ней, либо на ее коленях - и в такой диспозиции  они проводили многие часы.  Если бы не он, Евгении было бы гораздо тяжелей переносить простой. Было бы неверно говорить, что она совсем уж ничего не делала. Она  систематизировала свои материалы, выставляла  их в Интернет. Правда, далеко не все, так как некоторые ее прежние заказчики были категорически против того, чтобы другие могли бы  рассматривать их жилища. Прежде чем заключить контракт, они даже специально оговаривали  это условие.  Евгения всегда была этим сильно недовольна, так оно  сужало ее возможности демонстрировать свои работы. Этот запрет она  считала несправедливым, ущемляющим ее права, как творца. Тем более, очень многим они нравились. Но ничего поделать не могла, такова была воля клиентов. А, как известно, кто платит, тот заказывает и музыку. Прошла неделя, а звонка от нового заказчика так и не последовало. Больше пребывать в добровольном затворничестве у Евгении не было сил. Пора было выходить в люди. Вот только куда и к кому? Из всех возможных вариантов она остановилась на Наташе. Та давно зазывала ее в гости. Они подружились, работая вместе в архитектурном бюро. Евгения оттуда ушла в свободное плавание, Наташа - осталась. И завидовала ей, но сама не решалась уйти. При этом подбивала Евгению образовать собственную фирму, обещая прийти к ней работать. Евгения хорошо понимала ее мотивы; чтобы чувствовать себя уверенно, подруге  надо было непременно прислониться к чьему-то крепкому плечу. Наташа с какого-то момента стала специализироваться на дизайне штор, и они могли бы составить неплохой творческий дуэт.    Идея казалось Евгении привлекательной, однако, чересчур рискованной. Кто его знает, как поведут себя сотрудники? Она видела, как многие работают на хозяев спустя рукава, не желают по-настоящему отдавать всего себя работе. При этом она не могла их даже осуждать, так как прекрасно понимала причины такого поведения.  Она и сама такая; если уж от кого и зависеть, то только от самой себя. Поэтому, по крайней мере, пока предпочитала трудиться в одиночестве.  Евгения договорилась с обрадованной Наташей о визите, погрузила Диму в машину и отправилась в гости. Наташа была миниатюрной брюнеткой, на вкус Евгении очень привлекательной. Ее внешность позволяла надеяться на успех у мужчин. Но в жизни все было наоборот; хотя они были ровесники, но ее подруга не только не побывало до сих пор ни разу замужем, но даже не имела постоянного партнера. Евгения знала, что это обстоятельство вызывает у Наташи  сильные переживания, что она очень хочет иметь семью и детей. Но словно бы какой-то рок не позволяют ей их обрести. Это было несправедливо,  и Евгения переживала за подругу. Даже пару раз пыталась ее познакомить с приятелями Станислава. Но ничего путного из этих попыток по каким-то неведомым причинам не получалось. Они много  раз обсуждали эту тему, но к каким-то определенным выводам так и не пришли. Разве только к тому, что жизнь не поддается логическому анализу, в ней гораздо больше таинственного,  иррационального и непознанного, чем принято думать. Однако подобное умозаключение мало помогало решению конкретного  вопроса.   Они расположились в небольшой, но очень стильной квартире Наташи. По обычаю, после ужина они садились в кресла и медленно, зато со смаком потягивали вино. Сегодня главной темой разговора стал развод Евгении. Она знала, что Наташа симпатизировала ее мужу, считала, что она его недооценивает, что чрезмерно занята собой и не уделяет ему должного внимания. А это мужчине никогда не нравится. - Тебя не пугает то, что у тебя распадается уже второй брак? – спросила Наташа, не сводя своих красивых темных глаз с подруги. Этот вопрос заставил Евгению задуматься. В этом ключе о своем разводе она еще не думала. - Честно говоря, пока не очень, - ответила она. - А напрасно. Один раз – это может быть случайностью, два раза – уже закономерность. Ты не можешь ни с кем ужиться. - Получается, не могу, что же делать? - Выводы. - Какие? Я не в состоянии жить ни с кем? Я так не думаю. И Виктор,  Станислав  не были моими мужчинами. - Это ты начинала понимать, когда дело приближалось к разводу? - Теперь я думаю, что подсознательно это ощущение возникало с самого начала. Просто я пыталась его всячески заглушать. И напрасно. Надо его вытаскивать на поверхность и прислушиваться к нему. Тогда я бы не сделала этих ошибок. - То есть, не вышла бы замуж сначала за Виктора, потом за Станислава. Евгения хотела было ответить, но наткнулась на пристальный взгляд подруги. Слова застряли где-то на подходе. Для Наташи  эта тема чрезвычайна обострена. Она с огромным удовольствием вышла бы замуж, даже зная, что затем разведется. Но это бы сняло с ее души тяжелый груз женской невостребованности, невозможности воплотить себя в замужестве. Для нее развод совсем не зло, ведь он означает, что ему предшествует брак. А вот она, Евгения, с ее точки зрения чересчур расточительна; расходится без большого сожаления, словно выполняет обыденную работу. - Знаешь, Ната, я не жалею, что вышла замуж и за Виктора и за Станислава. Значит, такова моя судьба прожить эти замужества. Но меня гнетет другое, ни с тем, ни с другим я не построила дом. Такое ощущение, что я в обоих случаях жила в гостинице. А это, как известно, временное жилище. И мне это ужасно не нравится, я хочу построить свое гнездо. Ты понимаешь, о чем я говорю? - Понимаю,  – кивнула головой Наташа. – Хочешь еще вина? - Хочу. У тебя всегда вкусное вино. И где ты только его покупаешь? - В Москве продается много вкусного вина. Тоже нашла проблему, - засмеялась Наташа. – Найти подходящего мужчину – вот задача. Иногда она мне кажется неразрешимой. – Голос молодой женщины прозвучал невесело. - Не разрешимых задач не существует, - попыталась Евгения внушить подруге хотя бы немного оптимизма. Наташа задумчиво посмотрела на нее. - И все же я удивлюсь твоей смелости? - В чем же она? – удивилась Евгения. - Ты так легко расстаешься с мужьями, словно уверенна, что непременно найдешь другого. - Честно говоря, когда развелась с первым мужем, а теперь вот развожусь со вторым  ни в том, ни в другом случае  даже не думала о том, будет  ли следующий. Появилось  сильное стремление   расстаться с ними.  Наверное, это звучит не слишком красиво, но я испытывала сильное желание  избавиться от чего-то, чего мне стало  не нужным. – Евгения с бокалом в руках встала и прошлась по комнате. – Я и сама до конца не понимаю, какая сила  заставляет меня так поступать. Но я ясно чувствую, что если этого не сделаю, то буду глубоко несчастной. Не могу я жить с тем, с кем жить не хочу. Так уж я устроена. - Наверное, я тебя в этом никогда до конца не пойму. Евгения снова села на прежнее место. - Просто у нас разные судьбы, поэтому тебя сложно меня понять. Да и характеры тоже разные. А вообще, тут нет ничего сложного. А вот Диму  я никогда не брошу, - посмотрела Евгения на лежащую в ногах собаку. Услышав свое имя, он тут же приподнялся, и запрыгнул на колени хозяйки. Она провела ладонью по его мягкой белой шерстке.   - Мне иногда кажется, что Дима для тебя просто идеальный муж, - насмешливо произнесла Наташа. - Как знать, в чем-то ты, возможно, и права. По крайней мере, могу точно сказать, что желание с ним расстаться у меня никогда не возникает.   В ответ Наташа покачала головой. - Хоть кому-то в этом мире везет.     
Free reading for new users
Scan code to download app
Facebookexpand_more
  • author-avatar
    Writer
  • chap_listContents
  • likeADD