Их Бездна. Дресс-код Грешницы

Глава 6

Кира

Суббота и воскресенье превратились в сорок восемь часов непрерывного, изнуряющего бреда. Я заперлась в своей квартире, зашторила все окна и перемещалась по комнатам как раненый зверь.

Ошейник. Мастер застегнул его так плотно, что я постоянно чувствовала тяжесть стального кольца на горле. Стоило мне сглотнуть, как кожа терлась о грубую подкладку, напоминая: на мне клеймо. Я пыталась снять его в ванной, пальцы судорожно искали скрытый замок, но тщетно — замок был магнитным или скрытым, и без ключа Мастера я была в ловушке.

Но ошейник был лишь верхушкой айсберга.

Настоящий ад пульсировал внутри. Игрушка, затаившаяся в моем теле, стала центром моей вселенной. Каждый шаг отдавался глухим, распирающим давлением. Когда я садилась на диван, она упиралась глубже, заставляя меня выгибаться и закусывать губы до крови, чтобы не закричать. Внутри всё горело. Слизистая была раздражена постоянным присутствием инородного тела, и матка то и дело отвечала короткими, короткими спазмами, которые доводили меня до исступления.

— Пожалуйста… — шептала я в подушку, сжимая простыни. — Всего один раз… никто не узнает.

Моя рука сама скользнула вниз, к самому краю, туда, где кожа пылала от нерастраченного экстаза. Но перед глазами вспыхнул алый огонек пульта. «Я узнаю». Его голос, низкий и вибрирующий, прозвучал в голове так четко, будто он стоял за моей спиной. Он увидит всплеск активности на мониторе. Он поймет, что я сорвалась.

Я отдернула руку, всхлипывая от бессилия.

Сон стал пыткой. Я не могла лечь на живот — ошейник давил, а игрушка внутри смещалась так неудачно, что я просыпалась от резкой вспышки удовольствия, переходящего в ноющую боль. Я ворочалась с боку на бок, чувствуя, как шелк пижамы дразнит соски, всё еще болезненно чувствительные после зажимов. Каждое движение простыни по телу вызывало новую волну жара. Я была наэлектризована до предела.

Дважды в день я совершала свой «ритуал свободы». Ровно на шестьдесят секунд. Я ставила таймер на телефоне, дрожащими руками извлекала устройство и быстро обмывала его и себя. Ощущение пустоты внутри в эти секунды было почти болезненным, но как только таймер пищал на пятидесятой секунде, я в панике возвращала всё на место. Страх перед его гневом был сильнее, чем жажда облегчения.

К вечеру воскресенья я была на грани нервного срыва. Мои зрачки были постоянно расширены, кожа стала гиперчувствительной. Любое случайное прикосновение собственной руки к бедру вызывало дрожь. Я не жила эти выходные — я существовала в режиме затянувшегося прыжка в бездну.

А завтра… завтра понедельник. «Агро-Лидер». Совещание в девять утра.

Я стояла перед зеркалом, глядя на свое бледное лицо и черный кожаный ремешок на шее. Его придется прятать под шейным платком или блузкой с высоким воротом. Я представила, как буду сидеть напротив Дамира, доказывать ему цифры, спорить, а внутри меня будет мигать датчик Мастера.

Две жизни столкнулись лбами в моем теле, и я не знала, как выдержу этот рабочий день, не выдав себя ни единым вздохом.