Недели две, может три, я просто пил. Без женщин. Без секса. Без мыслей — если не считать те, от которых тошнит. Хотел забыться. Очистить голову. Выкуривал по пачке в день, пил как черт, сидел в темноте и играл на гитаре без звука. Иногда даже не трогал струны — просто держал в руках, как последнюю нитку к реальности. Всё остальное — разлетелось к хуям.
А потом появились они. Сразу по две. Блондинка и шатенка. Рыжая и брюнетка. Они менялись как прокладки в женском сортире — часто и без особого смысла. Я трахал их так, будто от этого зависела моя жизнь. Жестко, грубо, наотмашь. Трахался, как животное, втирая себе, что мне плевать. Плевать на мораль, на самоуважение, на всё это дерьмо про чувства.
А наутро — выжженная пустота. Противное послевкусие во рту, как будто облизывал бензобак. И ме
