Я увёз её сразу.
В ту же ночь.
Не дал ей даже оглянуться назад.
Чёрт с ним, с этим ублюдком. Чёрт с этим сраным домом, где она столько времени была заперта.
Главное — она теперь была со мной.
Я гнал машину на пределе. Джулия сидела рядом, тихая, побелевшая, как привидение. Иногда её начинало трясти. Тогда я клал ладонь ей на бедро, не говоря ни слова, и чувствовал, как она по миллиметру оттаивает под пальцами.
Мы вернулись на остров. В наш чёртов оазис среди этого прогнившего мира.
Я думал, что теперь всё будет легче. Но ошибался.
Она всё ещё держала дистанцию.
То замыкалась в себе, глядя в окно часами. То вздрагивала от каждого шороха.
Я хотел обнять её, прижать к себе, забрать боль — но каждый раз, когда я делал шаг, она отступала.
И, сука, это было хуже любого ножа в спину.
