Я вернулась не одна. Он предал меня, теперь теряет всё.

Точка выхода

Утро в Лондоне началось с того же монотонного дождя, но теперь его ритм больше не казался Анне давящим. Он стал просто фоном, серым шумом, за которым скрывалась её новая реальность. Она проснулась с первым светом. В голове царила пугающая, почти ледяная ясность. Вчера она лишилась иллюзий, которые заменяли ей жизнь. Сегодня она строила фундамент новой.

Анна поднялась, стараясь двигаться осторожно. На кухне она привычно потянулась к банке с кофе, но резкий запах вызвал мгновенную волну дурноты. Пришлось ограничиться стаканом воды. Она пила медленно, заставляя себя делать глоток за глотком, пока легкая тошнота не отступила. Организм уже начал диктовать свои условия, напоминая, что теперь её тело принадлежит не только ей.

Она обвела взглядом гостиную. Пентхаус в Найтсбридже так и остался для неё залом ожидания. Три чемодана, с которыми она приехала вчера, так и стояли у порога — она даже не потрудилась их расстегнуть. Словно подсознательно знала: здесь она не задержится. Ей не нужно было «собирать вещи» — она просто проверила, на месте ли документы и ноутбук. Это было её единственное имущество. Всё остальное, оставленное в шкафах этой роскошной квартиры, принадлежало не ей, а «функции», которой она перестала быть.

В почте её ждало письмо от Элен: электронный билет в один конец. Цюрих. Вылет — сегодня вечером. Анна кивнула своему отражению в темном стекле окна. Времени оставалось в обрез.

Звонок из агентства недвижимости раздался в десять. — Доброе утро, мисс... Анна? Мы изучили документы. При той цене, что вы назвали, мы можем оформить срочный выкуп. Есть клиенты, готовые закрыть сделку в течение сорока восьми часов. — Меня устраивает, — ответила она, удивляясь собственному спокойствию. — Главное условие — полная конфиденциальность. — Понимаю. Мы подготовим бумаги к вашему приезду.

Уже на пороге, когда она взялась за ручку одного из чемоданов, телефон снова ожил. Номер был незнакомым. — Анна? Надеюсь, я не отвлекаю, — голос Карины был мягким, как бархат, но в нем отчетливо слышался холодный торжествующий блеск. — Слушаю, — коротко отозвалась Анна. — Я просто хотела убедиться, что переезд прошел гладко. Марк очень ценит комфорт, и ему бы не хотелось... лишних сложностей. Надеюсь, квартира тебе понравилась? Это достойная компенсация за твою лояльность.

Анна едва заметно усмехнулась. Карина «проверяла территорию», убеждаясь, что мусор вынесен. Она явно не знала, что Анна уже продает этот «подарок». — Не беспокойся, Карина. Сложностей не будет. Я исчезаю из вашей жизни быстрее, чем ты успеешь выбрать новые шторы в пентхаус. На том конце повисла пауза. Карина явно ждала слез или хотя бы дрожи в голосе. — Рада это слышать. — Я тоже, — ответила Анна и первой сбросила вызов.

В банке всё прошло на удивление быстро. Счета закрыты, карта уничтожена. Последняя ниточка, связывающая её с Марком, оборвалась.

В аэропорт она приехала в сумерках. Анна стояла у входа в терминал, глядя на огни уходящих в небо самолетов. Это была не просто поездка. Это была точка. Конечная станция её прежней жизни.

Она сидела у иллюминатора, глядя, как Лондон превращается в россыпь гаснущих огней. Внутри было непривычно тихо. И в этой тишине впервые за долгое время не было страха — только ожидание неизвестности, которая пугала гораздо меньше, чем предсказуемое прошлое.

В это же время в своем кабинете Марк стоял у окна, не сводя глаз с экрана ноутбука. Он пытался отследить активность карты, которую оставил Анне, но система выдавала пустой отчет.

— Стивен, — не оборачиваясь, бросил он. — Что в Найтсбридже? Она заехала?

Стивен, личный помощник, замер у двери. В кармане его пиджака лежал телефон с только что пришедшим сообщением от Карины: «Если он спросит — она на месте. Не дай ему повода поехать туда и проверить лично». Стивен, чей секретный счет сегодня пополнился на сумму, за которую можно было купить небольшую яхту, выровнял дыхание. Он знал, что Марк считает его преданным псом, и это была его главная страховка.

— Да, сэр, — Стивен старался, чтобы голос звучал буднично. — Похоже, она… просто закрылась в квартире. Заказала доставку еды через консьержа.

Марк едва заметно расслабил плечи. Значит, сидит в своей новой золотой клетке. Плачет, жалеет себя, но подчиняется. Как и всегда.

— Хорошо. Следи за счетами. Как только начнет тратить — дай знать. Мне нужно понимать масштаб её… истерики.

В этот момент дверь кабинета мягко приоткрылась. В проеме появилась Карина. Она была в легком домашнем шелковом халате, с двумя бокалами вина в руках. Её лицо светилось мягкостью и тем самым спокойствием, которое Марк так ценил.

Как только он увидел её, он мгновенно захлопнул крышку ноутбука. В его реальности Карина была слишком чистой и возвышенной, чтобы знать о существовании Анны в его постели. Для неё Анна была лишь досадным обязательством перед покойным другом, «сироткой», которой он благородно помог с жильем. Он оберегал Карину от этой правды, считая это проявлением мужской силы.

— Опять дела, дорогой? — Карина грациозно подошла к нему, протягивая бокал. Она даже не взглянула на закрытый компьютер, хотя прекрасно знала, что на экране секунду назад была геолокация Найтсбриджа.

— Просто отчеты по фонду, — Марк мягко улыбнулся, принимая вино. — Стивен уже уходит.

Он бросил на помощника короткий взгляд, означающий: «Исчезни и молчи». Стивен молча кивнул и поспешно вышел.

— Ты слишком много работаешь, — Карина ласково коснулась лацкана его пиджака.

Марк притянул её к себе, вдыхая аромат её парфюма. — Ты права. С этим покончено. Теперь есть только мы.

Он не видел, как Карина, уткнувшись лицом в его плечо, на секунду прищурилась. Её губы тронула едва заметная, победная усмешка. Она знала, что Стивен лжет. Она знала, что Анна уже в аэропорту. И она сделает всё, чтобы Марк продолжал верить в свою «чистую совесть», пока она сама вытравливает имя Анны из его жизни — навсегда.

Марк прижал её к себе крепче, уверенный в своей власти и своей тайне. Он и не подозревал, что в этой комнате он — единственный, кто не знает правды.