Лондон сиял. Слишком ярко, слишком выверенно, слишком напоказ. В этом кругу свадьбы никогда не были про любовь; они были манифестом статуса, демонстрацией силы и подтверждением того, что выбор сделан безупречно. Город за окном казался декорацией к спектаклю, где роли были розданы еще до рождения актеров.
Карина замерла перед зеркалом в полный рост. Белое шелковое платье облегало её фигуру, как вторая кожа — ни единой лишней складки, ни одного изъяна. Каждая деталь её образа была результатом многомесячного труда целой армии стилистов. Карина всегда соответствовала пространству, в котором находилась, и сейчас она была квинтэссенцией этого холодного лондонского торжества.
Она смотрела на своё отражение, и на её губах играла едва заметная, торжествующая улыбка. Она победила. Но где-то глубок
