Идеальные отношения не рушатся с грохотом. Они просто перестают работать, как сложный механизм, в котором одна крошечная деталь вдруг превратилась в песок. Трение нарастает незаметно, пока движение не становится невозможным.
Лондон за окном пентхауса оставался неизменным: тот же серый, выстиранный свет, те же стеклянные фасады Сити. В этом ритме не было места для рефлексии, но Марк поймал себя на том, что его рука в кармане пиджака до боли сжимает секретный телефон. Он ждал. Он ненавидел ждать.
— Ты снова меня не слушаешь, Марк.
Голос Карины прозвучал с легким оттенком капризного недовольства. Она стояла у зеркала, примеряя колье, которое ей доставили утром. В её образе не было ни капли подозрений — только безупречная, холодная элегантность женщины, чей мир вращается вокруг собственного
