Слезы Лиары

Глава 7. Апельсин с корицей

Глава 7. Апельсин с корицей

Злата

Я не знаю, какого черта мама поперла меня с собой в гости. Ладно, когда ребёнком была, но сейчас-то мне девятнадцать. И в гости к ненавистному соседу идти не хотелось, совсем, абсолютно. Хотя к Герману, чьё день рождения мы сегодня отмечаем, у меня нормальное отношение. Но вот его сынок напрягает. Он даже в честь отца не смог изменить это скучающее выражение на лице.

Как только официальная часть праздника закончилась, я незаметно ускользнула в библиотеку. У Оливии она была большая — целая комната с полками до потолка по всему периметру и несколькими стеллажами по середине, доходившими до груди. Самое классное здесь было окно. Эркер с огромным подоконником и кучей подушек. С детства любила это место. Потом, уже в подростковом возрасте, я перестала бывать в гостях у соседей. Только на таких вот официальных праздниках.

Пройдясь вдоль полок, я наткнулась на целый ряд эротических романов. Даже не знала, что здесь такое есть. Хотя, когда я была здесь в последний раз, мне было четырнадцать, и я предпочитала фэнтези или приключения.

Проведя пальцами по корешкам, я достала одну. «Моя самая яркая фантазия» было написано на обложке. Ну и, конечно, нарисована пара, страстно целующаяся. Он — большой, накачанный и по пояс обнажённый, она — хрупкая блондинка с пышной копной волос. Сплошное клише. Однако я забралась на подоконник и открыла первую страницу.

Сама не ожидала, что сюжет так быстро свернёт на эротическую линию. Но оторваться уже не могла. Фантазия главной героини была очень бурной и... живой. Она в подробностях представляла, что будет делать с ней её любовник, и так ярко, что я к своему огромному удивлению возбудилась.

Я хоть и девственница, и опыта у меня ноль, я даже не целовалась ни разу. Но не ребёнок — даже фильмы для удовлетворения любопытства тайком от мамы посмотрела. Но порно мне не понравилось. Механично, без чувств. Короче, не зашло совсем. А вот сейчас, читая мысли и погружаясь в эмоции героини, я точно возбудилась. Даже захотелось потрогать себя там внизу, чтобы унять это странное чувство.

Меня прервали, грубо вернули в реальность. Дверь распахнулась, и моё уединение нарушил Северьян. Как всегда, хмурый, с лицом, будто весь мир его задолбал уже давно, ещё в тот день, когда он родился.

Он обжёг меня взглядом, а потом принюхался. Реально как собака — у него даже ноздри зашевелились.

— Что это за запах? — грубо и, как всегда, безэмоционально спросил, уставившись на меня.

Я понятия не имела, что он унюхал. Просто соскочила с подоконника и поспешила уйти — раз одной мне побыть всё равно не получится. Общество этого задаваки мне никогда не нравилось.

Северьян стоял как изваяние и глубоко дышал.

— Чем здесь пахнет? — повторил он вопрос, когда я проходила мимо.

— Не знаю, — огрызнулась я и поспешила прочь.

Если честно, мне больше всего на свете хотелось дочитать главу и узнать, чем всё закончилось. Поэтому я скрылась в гостевом туалете. Села на крышку унитаза и открыла книгу.

«Аромат моего возбуждения заполнил комнату. И когда Григор наконец-то пришёл, он тут же учуял это.

— Ты фантазировала без меня? — его бархатный с хрипотцой голос заставил разбежаться по телу мурашкам.

— Я фантазировала о тебе, — выдохнула я. А в следующую секунду оказалась прижата к крепкой груди любовника.

— Хочу воплотить все твои фантазии, — прошептал он мне в губы, прежде чем поцеловать».

Я закрыла книгу. И тут меня осенила ужасная догадка. Я принюхалась. Я ведь тоже возбудилась там, в библиотеке. Но он же не мог это унюхать? Не мог ведь? Да и я ничего не чувствую. Глупость. Эта Фиона трогала себя, и, возможно, в таких случаях что-то и пахло, но у меня точно нет. Сделав такой вывод, я успокоилась и покинула туалет.

Книгу бы вернуть, потому что попросить её почитать у Оливии я не осмелюсь. Но и возвращаться в библиотеку не решусь — вдруг там Ветров. Поэтому оставляю книгу в ванной и иду к гостям. Нахожу маму и прошу разрешения уйти домой.

— Точно не хочешь остаться? — интересуется она, и я, активно закивав, получаю разрешение уйти.

Северьян

День рождения отца мама отмечает с размахом, пригласив кучу народа. На официальной части я присутствую, хоть и устаю от повышенного внимания. Поэтому, как только удаётся скрыться, сбегаю в библиотеку.

Стоит мне зайти, я вижу мелкую на подоконнике с книжкой в руках. Она обожала этот подоконник с самого детства, часто тут сидела со своими куклами. Стоило мне зайти, она подняла голову, и наши взгляды встретились. Ни я, ни она не были этому рады. Она, как и я, искала уединения, скрывалась от толпы. Но я у себя дома и не намерен уступать ей этот уголок тишины. Хотя, конечно, мог и к себе подняться.

Эта идея мне нравится, и я даже готов уйти, но вдруг улавливаю какой-то запах. Тонкий, едва ощутимый. Я начинаю принюхиваться. Какого-то Драгара, мне важно понять, что это за аромат. Получить ответ от соседки не получается — она скрывается за дверью. А я продолжаю стоять и принюхиваться. Подхожу к подоконнику, где минуту назад сидела Ясная. Здесь запах чуть сильнее. Я принюхиваюсь, как ненормальный, хочу понять, чем это пахнет. Не понимаю, почему это важно, но точно знаю: мне это жизненно необходимо.

Больше всего пахнут подушки, на которых сидела Злата. Это она пахнет так? Но раньше я никогда не слышал ничего подобного.

Я поднял подушку и сделал глубокий вдох. Мало. Слишком слабый аромат. Едва уловимый.

Моё сердце отбивало ускоренный ритм, пульс перевалил за сотню. А я всё стоял, уткнувшись лицом в подушку, и пытался впитать в себя этот запах. Тонкий, сладковатый, с лёгкой горчинкой — как апельсиновая цедра и корица, но с чем-то ещё... неуловимым, что заставляло сердце биться чаще.

«Это ненормально», прозвучало где-то на задворках разума. И я был с этим согласен. Я даже откинул подушку. Я даже хотел открыть окно и запустить свежий вечерний воздух. Но не смог. Стоило потянуться к окну, я замер. Вдруг стало страшно, что я больше не почувствую этот аромат.

Страшно.

Осознание, что я испытываю страх, поразило ещё больше.

Лиара, что происходит?!

Лиара...

Истинную можно узнать по запаху!

Ясная?

Здесь не было никого, кроме неё. Но сегодня утром я её видел, шёл прямо за ней — и не было никакого запаха. Ваниль, шоколад, привычные для их дома, там, кажется, всё пропитано этими ароматами. Но не было этого нежного запаха.

Мне нужно её найти и понюхать, — решаю я и выхожу из библиотеки.

В гостиной, где собрались гости, её нет. Я несколько минут рассматриваю комнату и убеждаюсь: Ясная нашла себе другой укромный уголок. В этот момент из уборной для гостей выходит Николь, жена брата Златы.

— Ты Злату видела? — спрашиваю у девушки.

Она смотрит осторожно, как будто боится.

— У тебя всё в порядке? — тихо спрашивает она, чем удивляет.

— Да. Так Злату видела? — начинаю раздражаться.

— Северьян, у тебя зрачки расширены и пульс зашкаливает. Ты ничего не принимал? — она врач, как и Дамир. Но сейчас, если она не ответит мне на вопрос, я просто не смогу ответить ей спокойно.

— Ответь, — злюсь.

— Кажется, она ушла.

— Куда? — почти рычу.

— Что происходит? — рядом оказывается Дамир.

— Он Злату ищет, — осторожно говорит Николь и жмётся к мужу. Похоже, я её пугаю.

— Малая домой пошла. А тебе, парень, на воздух нужно.

Видимо, моё состояние заметил и Дамир. Но я не обращаю внимания. Я иду к дверям. Не потому, что мне нужно на воздух, а потому, что мне нужно понюхать Ясную.

Стоит оказаться на улице, в голове проясняется. Пульс приходит в норму спустя несколько глубоких вдохов свежего воздуха. Я ловлю себя на мысли, что стою у её ворот.

Это ненормально.

Ещё пару минут стою на улице и возвращаюсь в свой дом. Чувствую, что невероятно устал от эмоций, которых раньше никогда не испытывал.

Я разберусь с этим позже.