Объект Исследования

ГЛАВА 11. ТОЧКА КИПЕНИЯ: ХАОС И КОНТРОЛЬ

Эльвира привычным движением коснулась панели вызова, и лифт открылся с мягким, почти вежливым шорохом. Внутри уже стоял студент из приу — тот самый, что накануне говорил с ней о приезде Императора. Его серебристо-синие глаза скользнули по ней с лёгким удивлением.

— Ты? — произнёс он с тонкой усмешкой. — Неожиданно.

— Взаимно, — ответила Эльвира, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Двери бесшумно сомкнулись, лифт плавно пошёл вниз.

Сначала всё казалось обычным. Слишком обычным. Ровное гудение механизмов, мягкий свет, отражения в прозрачных панелях, далёкие огни станции за стеклом.

Но уже через несколько секунд по коже поползло странное ощущение — будто что-то в этом движении было неправильным. Слишком гладким. Слишком выверенным. Как натянутая струна, которая ещё не лопнула, но уже звенит от напряжения.

Эльвира откинулась спиной к стене, пытаясь выровнять дыхание после дня, который будто не собирался заканчиваться.

Приу, не глядя на неё, вдруг произнёс:

— Ты замечала, как здесь всё устроено? Почти безупречно.

Она повернула голову.

— Замечала.

Он слабо кивнул, всё так же глядя перед собой.

— А теперь представь, что будет, если безупречная система даст сбой.

Лифт рвануло так резко, что у Эльвиры подогнулись колени. Свет мигнул и погас.

На мгновение всё вокруг провалилось в чёрную, вязкую темноту. Потом аварийные полосы вдоль стен вспыхнули тусклым красным светом, и кабина застыла — глухо, мёртво, как будто её вырвали из движения и подвесили в пустоте.

У Эльвиры сердце ударило где-то в горле.

— Что это было?.. — выдохнула она.

Приу быстро шагнул к панели, коснулся её ладонью, пробежался пальцами по интерфейсу. Экран не отозвался сразу. Только мигал и дёргался, словно система пыталась проснуться и не могла.

— Нет, — произнёс он уже без прежней лёгкости. — Так не должно быть.

Эльвира вскинула на него взгляд.

— Что значит — не должно?

Он не ответил сразу. Смотрел на панель так, будто надеялся увидеть в ней что-то, чего там не было.

— Здесь все ключевые системы дублируются, — наконец сказал он. — Лифт не может просто остановиться. Не на этой станции.

Кабину снова тряхнуло, на этот раз сильнее. Где-то под ногами раздался скрежет — низкий, протяжный, такой, от которого внутри всё сжалось. Будто по металлу медленно провели чем-то тяжёлым и острым.

Эльвира инстинктивно вцепилась в поручень.

— Лифт... сломался? — собственный голос показался ей чужим.

— Нет, — отрезал приу. И в этом коротком слове было больше страха, чем он, кажется, сам хотел показать. — Кто-то вмешался.

Он резко повернулся к ней.

— Систему заглушили. Это не сбой.

На панели вспыхнула надпись:

ОШИБКА СИСТЕМЫ

АВАРИЙНЫЙ ПЕРЕЗАПУСК: 00:15

Цифры замерцали и сразу же погасли. Как будто даже это обещание система не могла удержать.

Эльвира почувствовала, как внутри что-то холодное и животное поднимается от живота к груди.

— То есть... нас тут просто заперли? — она старалась говорить жёстко, но голос дрогнул. — Специально?

— Похоже, да. — медленно выдохнул сосед по несчастью.

После этих слов тишина внутри кабины изменилась. До этого она была технической. Неловкой. Временной. Теперь — нет, как будто сама станция отвернулась от них.

Лифт дёрнулся снова.

Эльвира едва удержалась на ногах. Красный свет метнулся по стенам, выхватывая стекло, металл, собственное отражение — бледное, с расширенными глазами. За прозрачной стеной шахты тянулась тьма, прорезанная редкими огнями уровней. Она быстро посмотрела вверх. Потом вниз.

Бездна шахты уходила в обе стороны, и от одного этого зрелища внутри всё сжалось так, что стало трудно вдохнуть.

— Это не может быть всерьёз, — прошептала она, уже не столько ему, сколько себе. — Только не так...

Сверху посыпались искры. С коротким злым треском они ударили в стену, рассыпались по стеклу, на секунду осветив кабину. Приу отшатнулся от панели, Эльвира невольно вскрикнула и прижалась плечом к стене.

— Спокойно, — произнёс он, но теперь его голос уже не звучал уверенно. — Паника ничего не даст.

Она резко повернулась к нему.

— А что даст? — почти сорвалась она. — Объясни мне, что именно здесь даст хоть что-нибудь?

Он сжал челюсть, снова коснулся панели, безрезультатно. В кабине стало душно или ей уже просто не хватало воздуха. Каждый вдох шёл туго, как будто пространство вокруг медленно сжималось.

Из динамика донёсся искажённый голос системы:

[— Ошибка... системы... активирован... аварийный тормоз...]

Последние слова захлебнулись помехами и превратились в металлический шёпот. Эльвира сильнее вцепилась в поручень. Ладони вспотели, металл под пальцами казался ледяным. Снова скрежет, будто что-то огромное, невидимое, цеплялось за корпус кабины снаружи.

Она зажмурилась на секунду. Нет. Нет. Нет. Только не падение. Только не здесь. Только не в этой металлической коробке, висящей посреди пустоты.

— Это катастрофа, — немного истерично захрипела она.

— Не говори так, — отрезал приу слишком быстро и резко, словно сакм пытался убедить себя, что все будет хорошо.

Лифт дёрнулся вниз, не сильно, но достаточно, чтобы у Эльвиры провалилось всё внутри. Она вскрикнула, ударившись бедром о поручень. Красный свет снова мигнул. Панель вспыхнула и тут же почернела.

— Это симуляция? — спросила она, хватаясь за первую же ложь, которая могла хоть что-то удержать. — Скажи, что это симуляция.

Студент посмотрел на неё и не ответил сразу. Это молчание было страшнее всего остального.

— Если и симуляция, — наконец произнёс он, — То кто-то вывел её за рамки протокола.

Слова ударили сильнее, чем новый толчок. Значит, кто-то сделал это намеренно и они не застряли.

Их оставили здесь, специально. Эльвира облизнула пересохшие губы. Сердце колотилось так сильно, что казалось — ещё немного, и оно просто сорвётся с ритма.

— Мы выберемся, — сказала она и сама услышала, насколько неубедительно это прозвучало.

Лифт ответил глухим ударом снизу, кабина просела на несколько сантиметров. Этого хватило, внутри неё что-то оборвалось.

— Чёрт... — в паническом припадке повторяла она. — Чёрт, чёрт...

А затем резко повернулась к приу.

— Как тебя зовут?

Он моргнул, словно этот вопрос был последним, чего он ожидал в эту секунду.

— Тавин... Броздо.

— Слышь Броздо, — повторила она быстро, цепляясь за имя, как за что-то реальное. — У тебя есть связь? Коммуникатор? Браслет? Что угодно?

Он опустил взгляд на запястье, будто только сейчас вспомнил о нём.

— Я уже пытался—

— Тогда пробуй ещё! — сорвалась она, хватая его за руку. — Я не собираюсь здесь сдохнуть, потому что какая-то мразь решила проверить, как я поведу себя в аварии!

Он дёрнулся, но не отстранился. Второй рукой ударил по сенсору на браслете. Индикатор вспыхнул, мигнул и погас.

— Связь глушится, — сказал он, и это прозвучало уже по-настоящему страшно.

Искры с потолка хлестнули ярче. На миг кабина осветилась резко и жестоко, выхватив из темноты его лицо — уже без маски спокойствия, с напряжённой челюстью и расширенными зрачками.

Потом всё снова утонуло в красноватом сумраке.

Снизу раздался треск металла, как если бы что-то внутри шахты начало не выдерживать нагрузку.

Лифт рвануло вниз. На этот раз по-настоящему.

Мир исчез. У Эльвиры не осталось ни стены, ни пола, ни дыхания — только обрыв, пустота и животный, немой ужас, когда тело уже понимает раньше сознания: опора ушла.

ЗА ПРЕДЕЛАМИ КАБИНЫ. СМОТРОВОЙ ЦЕНТР АКАДЕМИИ.



Мей’Тарин стоял у панели наблюдения, наблюдая за данными лифта. Локальные скрипты показывали ровные линии работы, как будто система работала исправно. Однако он знал, что под поверхностью активен его код: небольшой вирус заглушил внутренние датчики кабины и имитировал случайный сбой.

— Ты не сможешь увидеть слабость системы, пока сама не столкнёшься с ней, — пробормотал он себе под нос. Его золотые глаза на мгновение задержались на голограмме лифта, который вот-вот должен был рухнуть

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ МЕДИЦИНСКИЙ КОРПУС АКАДЕМИИ

Шиардан сидел на краю стола в стерильном медицинском отсеке Академии. Его спокойствие казалось непробиваемым. Перед ним стоял медик, представитель расы эрхов.

Медик внимательно смотрел на голографический дисплей, где отображались показатели здоровья. Его пальцы уверенно выделяли ключевые данные.

— Завышенная температура, нестабильная нейронная активность, — произнёс он, не поднимая глаз. — Ваша физическая форма ещё держится, но эмоциональная система под угрозой.

— И что ты предлагаешь? — равнодушно отозвался Шиардан.

Медик повернулся, его голос звучал не без укоризны:

— Вернуться на Релланис. Вам необходимо пройти церемонию балансировки, чтобы избежать перегрузки. Ваша раса не игнорирует эти процессы без последствий.

— Я в порядке, — отрезал Шиардан.

— Без партнёров, способных разделить эмоциональную нагрузку, ваш организм долго не выдержит, — спокойно продолжил медик. — Если вы откажетесь, я вынужден буду обратиться в Совет Академии с официальным запросом.

Шиардан лишь усмехнулся, глядя в сторону.

— Думаешь, они поддержат такую "инициативу"? Не думаю, что у Совета сейчас есть время на создание идеальных союзов.

Медик ответил холодным взглядом:

— Вопрос не в удобстве, а в выживании. Нестабильность уже влияет на ваши решения.

— Всё сказано? — сухо перебил его Шиардан.

Медик выдержал паузу, затем отправил результаты в базу данных.

— Вам известно, что делать. Последствия отказа могут затронуть не только вас, но и вашу кафедру.

Его тон стал более жёстким:

— Ваша способность к самоконтролю известна, но это не отменяет биологических потребностей. И не забывайте: вы не только мастер, но и представитель своей расы.

— Я услышал, — коротко ответил Шиардан, его голос стал резким.

Медик выдержал паузу, затем вернулся к панели, отправляя данные.

— Если откажетесь выполнять предписания, последствия приведут к пересмотру вашей квалификации

Шиардан встал, кивнул на прощание и вышел из медицинского корпуса. Внутри него закипала смесь раздражения и скрытой тревоги. Слова медика продолжали звучать в голове, но он не хотел их признавать.

Коридоры станции погрузились в мягкий свет, отражая приглушённый гул двигателей. Шиардан шёл быстрым шагом, его руки сжимали дорожный планшет. Внутренний конфликт не отпускал.

Его взгляд задержался на списке рейсов, но мысли вновь вернулись к землянке. Она, вопреки всем ожиданиям, начала слушать его, а не видеть в нём очередного представителя системы. И теперь, когда она сделала шаг навстречу, его вынуждают оставить её.

На очередном повороте он заметил две массивные фигуры. Каррис и Шеррас, студенты его кафедры, только что сошли с прибывшего корабля. Каррис первым заметил наставника, кивнул, но в его глазах мелькнул вопрос.

— Что-то случилось? — бросил Каррис, но Шиардан лишь коротко кивнул в ответ, не замедляя шага.

"И теперь всё это нужно прервать. " — промелькнуло в голове тонкая мысль подкреплённая чувством сожаления.

Доки станции были огромны, пространство заполнял гул двигателей и приглушенные объявления на нескольких языках. Лайнеры самых разных форм и размеров выстраивались в ряд, каждый подключённый к станции через массивные шлюзы.

Шиардан подошёл к своему кораблю, вытянув дорожный планшет для сканирования. Узкий серебристый шаттл с гравировкой Релланиса на борту, символом единства и гармонии, ожидал его.

Погрузившись в кабину, он сел в кресло и застегнул ремни, чувствуя, как напряжение в его теле нарастает. Взгляд его скользнул к терминалу управления, где голографический интерфейс мигал, указывая время до взлёта.

"Придется оставить ее на целую неделю" — подумал он, вспоминая, как землянка впервые задала ему вопрос не как подозрительному преподавателю.

— Взлёт через 30 секунд, — проговорил искин корабля, вырывая его из мыслей.

Через несколько мгновений он почувствовал лёгкое дрожание корпуса, затем — резкое ускорение. Космолёт отделился от станции, оставляя за собой мерцающий свет гравитационных барьеров.

Шиардан посмотрел в иллюминатор, наблюдая, как станция, огромная, словно город в космосе, медленно отдаляется.

"Увидимся ли мы снова, землянка? Продержишься ли ты до моего возвращения?" — мелькнула мысль, прежде чем он откинулся в кресле, позволяя себе на мгновение расслабиться.

Корабль стремительно уносился в чёрное пространство, его форма исчезала в бескрайней бездне звёзд.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ С ВОСТОЧНОЙ СТОРОНЫ

КОСМИЧЕСКАЯ СТАНЦИЯ ОРИОН 14, ОТСЕК АКАДЕМИИ ЭРРАЙ В44

Келар вошёл в доки Академии с лёгкой, почти хищной грацией. Его настроение было непривычно приподнятым — редкое состояние для приу, чей каждый день был расписан до минуты, а каждая мысль направлена на расчёт.

День на Палире прошёл как по нотам: выбор новой шейлы завершился успешно, а Лейра продемонстрировала именно те качества, которые он ожидал. Её готовность к испытаниям, её решимость — всё говорило о том, что контракт, который он предложил, уже начал приносить плоды.

Он даже позволил себе редкую, едва заметную хищную улыбку, когда ступил на платформу доков. Но сейчас было не время для маленьких радостей, надо было сосредоточиться на одном: подготовке к следующему этапу своей работы.

Помимо приятных вещей посещение родной планеты несло в себе стратегический характер. Это и отличало его от других, умение объединять приятное с полезным. У него были большие планы на землянку. Необходимо было создать для неё условия, которые усиливали бы её уязвимость и нестабильность. Лишить её ощущения безопасности. Её реакция должна была стать доказательством того, что хаос можно использовать для изменений.

Парламент на Палире также рассчитывает, что его успех в этой миссии может стать поводом для реформ в образовательной системе. Его — управлять хаосом, доказывать жизнеспособность философии Приу. Исследовать адаптацию систем и личностей, а также внедрять долгосрочные изменения в обучении будущей элиты.

И с появлением землянки цель всей его жизни заиграла в более ярких тонах. Он не может упустить этот шанс. Его мысли прервало жужжание микрочипа за ухом. Приняв звонок он увидел голограмму матери

— Артер Санрас Келар IV!! Как ты посмел покинуть планету не навестив меня?! — весь ее вид пылал возмущением — Значит на празднестве ко Дню Хаоса ты побывал, шейлу себе выбрал. Даже успел посетить дворец парламента, а про собственную мать забыл!

Келар поморщился и хотел уже ответить, как проходя мимо смотрового центра академии заметил одинокую фигуру зейнарца возле смотрового окна, вид из которого открывал обзор на лифтовые шахты. В одной из которых застряла давно интересующая его фигура. Что-то тут было не чисто.

— Потом наберу, — и сбросил звонок от матери.

Сейчас происходило нечто... что могло разрушить так тщательно спланированный план.

#КосмоОпера#ЧитайДальше #ИнтригаГарантирована #ВашКомментарийВажен #ОжидайтеРазвязки