Она - цунами

3.2

После третьей пары, попрощавшись с Юлькой, я устремилась в соседний корпус универа, где обычно проходит физра. Нацепив на нос чёрные очки, я закинула в рот жвачку. Внутри меня все радостно трепещало, я мысленно потирала ладони и предвкушала, как опозорю Высоцкого перед всей его командой. А если повезёт, то и перед другими людьми.

Юркнув в помещение спортазала, я огляделась. Справа была раздевалка для парней, слева – раздевалка для девушек. Из спортзала доносились голоса, шаги и глухие удары мяча. Пользуясь тем, что все парни заняты игрой, я зашла в мужскую раздевалку. И, увидев на одной из лавок «Найковский» рюкзак Высоцкого – запомнила его в нашу первую встречу - удовлетворенно хмыкнула. Пока что все шло по плану.

Я шагнула дальше и окинула деловитым взглядом двери в душевую. Там пока что было темно и пусто. Разведав обстановку, я решила отсидеться в женской раздевалке, надеясь, что туда никто не зайдёт. До окончания игры оставалось около десяти минут. Я прислонилась спиной к стене и, нетерпеливо постукивая по полу ногой, обутой в чёрный кроссовок, принялась ждать.

Когда из коридора послышались шаги и громкие голоса парней, я радостно заулыбалась и, сняв очки, закинула их в рюкзак. Время пришло. Пора действовать. Главное все не запороть. Я тихонько вышла из своего укрытия, прокралась к дверям мужской раздевалки и прислушалась, замерев.

– У Антохи сегодня руки из жопы, – донёсся до меня чей–то весёлый голос. – Антох, это только сегодня так или с рождения?

– Вообще сегодня не очень играли почти все, – сказал кто–то, – вы не собраны, ребят.

Я быстро заглянула в раздевалку. Как раз в этот момент Высоцкий стягивал с себя белую майку. Он стоял ко мне спиной. Поэтому я смогла рассмотреть его широкие плечи и крепкую шею. Его русые волосы были немного взлохмачены, лежали небрежно после игры.

– Захар, а ты чего думаешь? – обратился к нему один из парней.

– Ничего, – донёсся бархатный, ленивый голос Высоцкого. – Просто не ссорьтесь, девочки.

Кто–то хлопнул его по плечу. Затем, все так же переговариваясь, парни толпой направились в душевую. И теперь, когда раздевалка опустела, я тихонько зашла в неё. Быстро отыскала глазами вещи Захара, которые лежали возле его рюкзака и, подхватив их, поспешила к выходу, едва не лопаясь от счастья. Я уже представляла, как голенький Захар будет бегать по раздевалке и искать свои шмотки, стыдливо прикрываясь рюкзаком.

Но радость моя поутихла, когда я услышала в коридоре шаги. Тихо ругнувшись, я спряталась за приоткрытой дверью, стараясь не дышать. Кажется, по коридору шел тренер. Не заметив меня, он вышел из спортзала. И я уже облегченно вздохнула, прижимая к себе вещи Высоцкого так, будто это мое сокровище, но не успела выйти – в раздевалке появился один из парней. На нем были лишь чёрные боксеры. Я смущённо отвернулась, стараясь не издавать лишних звуков. Эти парни вообще ничего не стесняются! Хорошо, что он не догадался дверь закрыть, вот был бы сюрприз!

Конечно, в мои планы не входило надолго оставаться в раздевалке. Я хотела взять вещи Захара и убежать, но теперь придётся ждать момента. Вот черт!

Молодой человек вернулся обратно в душевую, но не успела я выйти, как в раздевалке появились ещё двое парней. Я закатила глаза, проклиная все на свете. Влипла! Мне оставалось только терпеливо ждать, пока раздевалка снова опустеет. Но никто из парней не спешил уходить! Кому–то из них вечно тут что–то было надо! Я сердилась, потому что все пошло не так, как я планировала! Со временем раздевалка снова наполнялась болтовней и шагами. Парни постепенно выходили из душа.

– Никто вещи мои не видел? – донёсся до меня голос Захара.

Я нервно хихикнула. К счастью, из–за шума меня никто не услышал.

– Что? Вещи? – переспросил кто–то. – Какие?

– Рубашка бежевая, джинсы, – отозвался Высоцкий. – На лавке лежали.

– Да фиг знает, Захар. Глянь под лавкой, может кто–то уронил.

Я довольно заулыбалась. Но когда совсем рядом послышались шаги, улыбаться перестала и вжалась в стену. Сердце забилось чаще. Я совсем не хотела, чтобы меня заметили. К счастью, дверь никто так и не догадался закрыть. Видимо, потому что в раздевалке было достаточно душно.

– Пахнет какими–то бабскими духами, – заржал парень, остановившись недалеко от двери. – У кого тут бабские духи, а? Антоха, у тебя?

– Да отвали ты, ушлепан, – раздраженно ответили ему. – У тебя они и бабские.

– Да где мои шмотки? – Перебил их Захар. – Хорош шутить, отдавайте уже.

– Брат, никто не брал твои шмотки, – заверили его. – Ты норм посмотрел? Может в рюкзак положил?

– Я по–твоему башкой ударился? – огрызнулся Высоцкий. – Нет их нигде.