Королева в плену Ликана

Тени в Кабинете Карт

Ночь после неудавшегося отравления прошла в тревожном полусне. Замок Блэквуд превратился в гудящий улей: стражники в тяжелых доспехах патрулировали каждый коридор, а шаги патрулей эхом отдавались от каменных стен. Покушение на будущую Королеву прямо во время обручения было прямой пощечиной Калеону, и все в замке знали: Король Ликанов этого не простит.

Я проснулась до рассвета. В груди все еще теплился жар от его вчерашних слов и того, как он прижимал меня к стене, не желая отпускать. Но мой разум кричал о другом. Я была здесь не просто для того, чтобы стать его истинной парой — я должна была убедиться, что мой двенадцатилетний брат Лиам живет, и найти способ защитить его.

Переодевшись в простое, но элегантное темное платье с длинными рукавами, я тихо выскользнула из покоев. Стражники у дверей попытались было перегородить мне путь, но я лишь сурово посмотрела на них: — Я иду в восточное крыло. Или вы хотите лично объяснять Королю, почему вы держите его невесту под замком?

Воины переглянулись, почувствовав в моем голосе стальные нотки, и нехотя отступили.

Я направлялась к личному кабинету Калеона — месту, где хранились все карты королевства и секретные донесения. Если Лиам действительно находится в южной крепости, там должны быть документы, подтверждающие это.

Дверь в кабинет оказалась не заперта, но слегка приоткрыта. Изнутри доносился низкий, вибрирующий от ярости голос Калеона и тихий, заикающийся лепет верховного старейшины Кроноса — отца Лилит.

Я замерла в тени массивной готической арки, прижавшись к холодному камню и затаив дыхание.

— ...Вы смеете утверждать, Кронос, что не знали, кого ваш слуга подставил под удар? — гремел голосом Калеон. Воздух даже в коридоре стал удушающе тяжелым от его давления Альфы. — «Черная луна» — это редчайший яд. Им владеют только старейшины Вашего круга.

— Ваше Величество, клянусь предками! — голос Кроноса дрожал от наигранного испуга. — Моя дочь Лилит убита горем из-за того, что вы выбрали южную волчицу, но мы никогда бы не пошли на такое святотатство! Это провокация выживших мятежников! Они хотят стравить нас с вами!

— Если я узнаю, что хоть одна нить от этой дряни ведет к вашей дочери или к вам, Кронос, — тихо, но сокрушительно произнес Король, — я лично вырву ваши сердца на глазах у всего Совета. Пошел прочь.

Послышались поспешные, суетливые шаги. Я успела спрятаться за глубокой гобеленовой шторой, когда старейшина Кронос выскочил из кабинета. Его лицо было белее савана, а глаза горели темной, ядовитой ненавистью. Он пробежал мимо, даже не заметив меня.

Я подождала пару минут, пока коридор снова не погрузился в тишину, и юркнула в кабинет Калеона.

Комната была огромной: высокие стеллажи, забитые фолиантами, массивный стол из черного дерева и огромный дубовый стол в центре, на котором лежала детальная карта Северных и Южных земель. Калеона внутри не было — видимо, он вышел через смежную дверь в зал заседаний.

Сердце забилось о ребра, как безумная птица. Это был мой шанс.

Я подбежала к дубовому столу, жадно всматриваясь в символы и отметки на карте. Южная крепость... Где она? Мои пальцы судорожно скользили по пергаменту, пока я не увидела значок с личной печатью Короля — «Крепость Одинокого Клыка». Рядом с ней стояла свежая пометка червонными чернилами: «Удержание заложника: Лиам, сын Маркуса. Статус: Жив. Доступ только по приказу Короля».

Слезы облегчения накрыли меня волной. Лиам жив. Калеон не солгал мне.

Но мое внимание привлек другой документ, лежащий чуть стороне под тяжелым бронзовым подсвечником. Это было секретное письмо, зашифрованное рунами старой стаи. Я быстро пробежала глазами по строкам и замерла от ужаса.

Это было письмо от Кроноса. И адресовано оно было не Калеону, а наемникам из диких земель. В нем детально описывался план перехвата кортежа с Лиамом во время его транспортировки в замок! Кронос планировал похитить моего брата, чтобы шантажировать им либо меня, либо самого Калеона, спровоцировав новую войну между стаями.

— Нашла то, что искала, маленькая шпионка? — раздался за моей спиной низкий, обжигающий баритон.

Я от неожиданности вскрикнула и резко обернулась, едва не смахнув подсвечник.

Калеон стоял в дверном проеме смежной комнаты. Он был без верхнего камзола, рукава его белой рубашки были закатаны до локтей, обнажая мощные предплечья. В его янтарных глазах не было гнева — лишь опасная, внимательная тишина.

— Калеон... — я судорожно сжала документ в руках, не пытаясь его спрятать. — Ты должен это прочитать. Прямо сейчас.

Он медленно, хищной походкой подошел ко мне. От него исходило мощное тепло, а запах дождя и хвои мгновенно наполнил мои легкие, успокаивая внутреннюю панику. Король не стал отбирать бумагу силой. Он просто встал за моей спиной, накрыв мою ладонь своей большой, горячей рукой, и посмотрел на письмо через мое плечо.

Его грудь прижалась к моей спине, и я почувствовала, как тяжело вздымается его дыхание. Вспышка жара от связи Истинных Пар мгновенно пробежала по моим венам, заставив меня сглотнуть.

— Это письмо Кроноса, — выдохнула я, пытаюсь удержать голос ровным, пока его пальцы переплетались с моими на документе. — Он хочет перехватить Лиама. Он готовит заговор против тебя, Калеон! Он и Лилит...

— Я знаю, — тихо произнес Калеон прямо мне в ухо, и его губы едва ощутимо задели мою мочку, от чего вдоль моего позвоночника прошел разряд электричества.

Я замерла, резко повернув к нему голову. Наше расстояние сократилось до пары сантиметров — я могла сосчитать каждую золотую искру в его зрачках. — Ты... знал?

— Я контролирую каждый шаг Кроноса с той самой минуты, как он попытался подсунуть мне свою дочь, — Калеон медленно забрал письмо из моих пальцев и бросил его на стол, даже не взглянув на него. Его вторая рука опустилась на мою талию, властно притягивая меня к своему телу. — Перехват Лиама — это ловушка, которую я приготовил для него сам. Твой брат уже два дня находится в замке Блэквуд, в моих личных покоях под надежной охраной.

Мои глаза расширились от шока: — Что?! Лиам здесь?

— Да, — Калеон наклонился ниже, его янтарные глаза потемнели до цвета расплавленного золота. — Я привез его сюда в ту же ночь, когда ты переступила порог этого замка. Я обещал тебе, что он будет в безопасности. А я всегда держу свои обещания, Зара.

Облегчение, шок и дикая, захлестывающая благодарность смешались внутри меня в такой сильный коктейль, что у меня подогнулись колени. Я не упала только потому, что тяжелая, мощная рука Калеона мертвой хваткой удерживала меня за талию.

— Зачем? — выдохнула я, глядя на его губы. — Зачем тебе делать это для дочери твоего врага?

Калеон медленно поднял руку, его прохладные пальцы коснулись моего подбородка, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Его прикосновение было невероятно нежным, но в нем чувствовалась сокрушительная, нечеловеческая сила.

— Потому что ты больше не просто дочь моего врага, Зара, — его голос упал до бархатного, вибрирующего шепота, от которого мое сердце забилось как сумасшедшее. — Ты — моя Истинная Пара. Моя слабость и моя единственная сила. И если для того, чтобы ты перестала смотреть на меня как на палача, мне нужно защитить всю твою семью... я сделаю это.

Он сделал шаг ближе, полностью прижимая меня к краю массивного дубового стола. Запах его кожи, его близость, его защита — всё это сломало последние барьеры в моей голове. Моя волчица внутри торжествующе завыла.

— Ты сходишь с ума, Король... — прошептала я, но мои руки сами собой поднялись и уперлись в его широкую, горячую грудь, ощущая бешеный ритм его сердца.

— Да, — ухмыльнулся Калеон, и его янтарный взгляд вспыхнул темным огнем. — Я сошел с ума в ту секунду, когда коснулся тебя в тронном зале. И теперь я не отдам тебя никому. Даже тебе самой.

С этими словами он наклонился и накрыл мои губы глубоким, требовательным и властным поцелуем, который окончательно сжег остатки моих сомнений.