Три дня до поединка пролетели как один кошмарный сон.
Замок Северных Кряжей превратился в растревоженный улей. Воины-ликаны и старейшины шептались по углам, с опаской глядя на меня. Для них Древний Договор Крови был чем-то святым и нерушимым, а Лисандра — воплощением чистой, первозданной силы Запада.
Калеон не отходил от меня ни на шаг. Проклятие Договора продолжало выжигать его изнутри: на его шее выступали черные вены, а янтарный взгляд периодически застилала туманная боль. Но каждый раз, когда я пыталась исцелить его своей магией, он мертвой хваткой сжимал мои запястья, притягивая к себе.
— Не трать силы, Зара, — тихо, с глухим рычанием шептал он, прижимаясь своими горячими губами к моему виску в полумраке наших покоев. — Лисандра — не просто избалованная дочь вождя. Она прошла ритуа
