Королева в плену Ликана

Стальная ловушка

После той безумной ночи на грани страсти между нами установилось хрупкое, электрическое молчание. Калеон не пытался снова давлением заставить меня переступить черту, но его янтарный взгляд преследовал меня повсюду. В нем больше не было холода — только ожидание и давящая, затягивающая опасная нежность.

Но времени на сомнения у нас не оставалось.

Амулет Перворожденных, скрытый под моим платьем, был ключевой деталью, а письмо Кроноса — явным доказательством. Мы с Калеоном решили не ждать, пока старейшина нанесет следующий удар. Мы решили подставить ему ловушку.

Около полуночи замок Блэквуд погрузился в глухую тишину. Лиам спал в защищенном крыле под охраной личной гвардии Короля. Я стояла у окна кабинета карт, выходящего во внутренний двор. На мне был легкий темный костюм для верховой езды, облегчающий движения, а в рукаве скрывался острый стилет.

Дверь кабинета бесшумно приоткрылась, и в комнату скользнул Калеон. В черных кожаных доспехах, с двумя клинками за спиной и распущенными темными волосами он выглядел как воплощение самой смерти.

— Готова, Зара? — тихо спросил он, подступая ко мне. Его пальцы ненадолго коснулись моего запястья, проверяя пульс. — Если тебе страшно, ты можешь остаться.

— Я не останусь, — я твердо встретила его взгляд. — Кронос охотится за моей кровью и за моим братом. Я хочу видеть, как рухнет его заговор.

Калеон ухмыльнулся — темной, хищной улыбкой, в которой проскользнула откровенная гордость. — Моя смелая волчица. Держись за мной и не вмешивайся, пока я не дам знак.

Дезинформация сработала идеально. Через верных людей Калеон пустил слух, будто сегодня ночью тайным эскортом Лиама вывозят из замка в отдаленное поместье ради его безопасности. Кронос не мог упустить такой шанс — ему нужно было перехватить мальчика до того, как тот окажется вне зоны его досягаемости.

Мы бесшумно выскользнули из замка через тайный подземный ход и оказались на опушке мрачного Черного Леса, прямо у старой восточной дороги. В воздухе пахло морозным снегом и прелыми листьями.

Калеон увлек меня в тень векового дуба. Его тело прижалось к моему сзади, укрывая от ледяного ветра, а его горячая ладонь легла мне на талию. В этой близости больше не было нападающей агрессии — только негласный союз и глухое, вибрирующее притяжение, от которого кровь бежала быстрее.

— Слышишь? — шепнул он мне прямо в ухо.

Я замерла, напрягая волчий слух. Сквозь шум ветра донеслись мягкий хруст снега и приглушенный перезвон сбруи. На дорогу выехала небольшая карета без опознавательных знаков — фальшивый кортеж.

И тут же из густой тени деревьев выскочили пятеро темных фигур в плащах. Наемники. Их клинки блеснули в свете луны, когда они окружили карету.

— Нападаем, — прошипел старший из наемников. — Заберите мальчишку! Старейшина Кронос платит золотом за его голову!

Я почувствовала, как Калеон рядом со мной натянулся, словно стальная пружина. Голос наемника был прямым доказательством, которое нам требовалось.

— Сиди здесь, — прорычал Калеон, и в его янтарных глазах вспыхнул золотой огонь Альфы.

В следующее мгновение он выскочил из тени. Его скорость была нечеловеческой. Первый наемник даже не успел развернуться — клинок Калеона пробил его доспех насквозь. Раздался оглушительный вопль, перешедший в хрип.

— Враг! Это Ликан! — закричали остальные, обнажая мечи.

Калеон двигался как смертоносный вихрь. Его сила была сокрушительной: он сбивал врагов с ног одним ударом, его мечи описывали дуги в воздухе, заливая чистый снег темной кровью. Он был истинным Монстром войны — беспощадным, мощным и грациозным.

Но вдруг из засады с противоположной стороны дороги выскочил шестой наемник — огромный оборотень с мерцающим арбалетом в руках. Он зашел Калеону в спину, пока Король добивал двоих нападавших.

Арбалетчик целился точно в шею Калеона. Болт был смазан ядом!

— Калеон, сзади! — крикнула я, не раздумывая ни секунды.

Мои инстинкты сработали раньше разума. Я выскочила из-за дерева, на ходу доставая стилет. Наемник с арбалетом уже спутал курок, но я навалилась на него сбоку, сбивая прицел. Отравленный болт со свистом пролетел в миллиметре от плеча Калеона и вонзился в ствол дерева.

Наемник зарычал и оттолкнул меня. Я больно ударилась спиной о камень, но успела вонзить стилет ему в бедро. Мужчина взвыл от боли и замахнулся на меня тяжелым кинжалом.

Но довести удар он не успел.

Воздух взрезал оглушительный, первобытный рык, от которого у меня заложило уши. Калеон оказался рядом мгновенно. С нечеловеческой яростью он схватил наемника за руку, с ломающимся хрустом вывернул её назад, а затем второй рукой сжал его горло.

— Ты смел поднять руку на мою женщину? — прорычал Калеон. В его голосе не осталось ничего человеческого — это был голос истинного зверя, защищающего свою пару.

С сухим треском он перебил шею наемника и швырнул его бездыханное тело на снег.

На дороге наступила мертвая тишина. Все наемники были мертвы или обезврежены. Посреди окровавленного снега стоял Калеон, тяжело дыша. Его доспехи и лицо были испятнаны кровью врагов, а янтарный взгляд горел диким, необузданным огнем.

Он резко повернулся ко мне. В его глазах читался такой леденящий ужас и безумная ярость, каких я никогда у него не видела.

Калеон в три шага преодолел расстояние между нами, рухнул на колени прямо в снег перед перед мной и схватил меня за плечи, с удушающей силой притягивая к своей груди.

— Ты с ума сошла?! — выдохнул он, его голос дрожал от подавляемой бури. Его руки судорожно ощупывали мои плечи, шею, лицо, проверяя, цела ли я. — Ты могла погибнуть! Он мог у***ь тебя!

— Он зашел тебе в спину! — ответила я, тяжело дыша и глядя в его метающиеся глаза. Мои пальцы сами собой сжали его окровавленные наплечники. — Он целился в тебя ядом! Я не могла просто смотреть!

— Моя жизнь — ничто по сравнению с твоей! — прорычал он прямо мне в губы, его горячее дыхание обжигало мои замерзшие щеки. — Если с тобой что-то случится, Зара, я уничтожу весь этот чертов мир! Ты понимаешь это?!

Я замерла, пораженная силой его слов. В его глазах не было гордыни Короля или расчета правителя. Там была только дикая, чистая и всепоглощающая одержимость мной. Он действительно сгорал от страха за мою жизнь.

— Я цела, Калеон... — тихо прошептала я, ласково проводя ладонью по его щеке, смывая с нее капли чужой крови. — Я цела.

Калеон закрыл глаза и уткнулся лбом в мое плечо, жадно вдыхая мой запах, словно пытался успокоить своего бушующего внутри зверя. Его мощные руки сжались вокруг моей талии так крепко, что мне стало трудно дышать, но я не попыталась отстраниться. Я обняла его за широкую шею, впервые осознав, что этот смертоносный монстр стал для меня самым надежным щитом.

Спустя минуту он медленно поднял голову. Янтарный огонь в его глазах стал более управляемым, но в нем зажглась холодная, беспощадная решимость.

— Ловушка сработала, — сказал Калеон, поднимая меня на ноги и не выпуская моей руки. — Наемник открыто назвала имя Кронос. У нас есть доказательства.

— Что мы сделаем теперь? — спросила я, сжимая его пальцы.

Калеон жестоко ухмыльнулся, натягивая перчатку: — Мы возвращаемся в замок. И на рассвете Совет Старейшин увидит, что происходит с теми, кто пытается предать Короля Ликанов и прикоснуться к его Королеве.