Королева в плену Ликана

Золотая клетка

Тяжелая дубовая дверь королевских покоев захлопнулась с глухим, раскатистым щелчком. Калеон мгновенно повернул засов.

В комнате горел только один камин, бросая длинные оранжевые тени на обсидиановые стены, высокое ложе и шкуры на полу. Воздух здесь был пропитан его диким, хвойным парфюмом, металлом и закипающей яростью.

Калеон сбросил с плеч парадный плащ. Его дыхание было тяжелым, рваным, а янтарные глаза в темноте комнаты пылали чистым золотым огнем.

— Что это было, Зара? — его баритон опустился до опасного, вибрационного рыка.

Он пошел на меня. Его шаги были медленными, бесшумными, как у зверя, зажимающего добычу в угол. Я не стала отступать. Я осталась стоять посреди комнаты, высоко подняв подбородок в своем изумрудном платье, хотя мое сердце заходилось в бешеном ритме.

— Это был танец, Калеон, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Обычный дипломатический танец на балу, который ты сам устроил.

— Не лги мне! — зарычал он, и этот звук заставил пламя в камине дрогнуть.

Калеон сократил дистанцию в один шаг. Его огромные, горячие ладони обхватили мои плечи, сжимая их с жесткой, но контролируемой силой. Он притянул меня к себе так близко, что наши грудные клетки столкнулись.

— Я видел, как он смотрел на тебя! Я видел, как он касался твоей руки! — его лицо оказалось в миллиметре от моего. Вены на его шее натянулись от удерживаемого гнева. — Он предлагает тебе свой замок! Он шепчет тебе о свободе прямо под моей крышей!

— И ты испугался? — дерзко шепнула я в ответ, смотря на его искусанные губы. Мои ладони легли на его раскаленную грудь, ощущая бешеный, рваный стук его сердца. — Великий Король Ликанов испугался эльфийского принца?

— Я боюсь потерять тебя, Зара! — выкрикнул он, и этот срыв в его голосе прозвучал так неожиданно, так обнаженно и больно, что я замерла.

Калеон не стал сдерживать зверя. Он наклонился и впился в мои губы неистовым, почти отчаянным поцелуем, вкладывая в него всю свою накопившуюся ревность, тоску и безумную страсть.

Его ладонь переместилась на мой затылок, пальцы запутались в волосах, а вторая рука жестко сжала мою талию, буквально прижимая меня к своему мощному телу. Я ахнула ему в губы, и он воспользовался этим, углубляя поцелуй до сбитого дыхания. От его жара, от его запаха у меня закружилась голова, а колени снова начали предательски подкашиваться.

Это была борьба. Он целовал меня так, словно пытался выжечь из моей памяти каждое слово Дариана, переписать мои мысли, сделать меня только своей.

Моя волчица внутри отозвалась чистым восторгом. Мои руки обвили его шею, я прижалась к нему всем телом, отвечая на его неистовость с той же южной страстью. Его ладонь скользнула по открытой спине, обжигая обнаженную кожу, а затем спустилась к бедру, натягивая изумрудный бархат платья.

Мы опустились на мягкие шкуры у камина. Калеон накрыл меня своим телом, тяжело дыша и осыпая горячими поцелуями мою челюсть, шею, ключицы.

— Ты не уедешь с ним, — прорычал он мне в шею, его зубы слегка прикусили нежную кожу, вызывая у меня тихий, сладостный стон. — Ты останешься здесь. Со мной. Я не отдам тебя никому.

Мы были на самом краю. Огонь в камине отражался в наших глазах, шелковые завязки платья ослабли, и еще секунда — и прошлые барьеры рухнули бы окончательно.

Но именно в этот момент я вспомнила слова Дариана: «Их магия требует свободы, а не железных клеток».

Я открыла глаза и посмотрела на Калеона. Он лежал надо мной — могущественный, безумно красивый, сгорающий от любви и ревности, но в его глазах всё ещё читался страх, что я принадлежу ему только из-за силы или принуждения.

Я уперлась ладонями в его мощные плечи.

— Калеон... — тихо, но твердо выдохнула я.

Он замер. Его янтарный взгляд скользнул по моим полураскрытым, алым губам, тяжелому дыханию и распутанным волосам. В его глазах стоял такой туман нерастраченного желания, что воздух вокруг нас затрещал.

— Что? — тяжело дыша, спросил он, его голос был совсем глухим.

— Посмотри на меня, — прошептала я, ласково проводя пальцами по его щеке, ощущая шершавую щетину. — Я не твой пленник. И я не подарок, который Дариан может забрать с собой. Если я останусь с тобой... это будет только мой выбор. Не твоей ревности. Не твоей силы. Моего сердца.

Калеон смотрел на меня очень долго. Я видела, как тяжело ему дается каждый вдох, как его зверь внутри рычит, требуя забрать свое прямо сейчас, на этих шкурах.

Но он был истинным Королем. Он нашел в себе нечеловеческую силу воли.

Калеон уткнулся лбом в мою шею, тяжело, рвано выдыхая. Его мышцы под моими руками были натянуты, как стальные канаты.

— Ты убиваешь меня, Зара, — прошептал он, и в его голосе прозвучала такая глубокая, обезоруживающая нежность, от которой у меня сжалось сердце. — Ты пытуешь меня каждый день.

Он медленно отстранился и сел на шкурах рядом со мной, тяжело упершись локтями в колени и закрыв лицо ладонями.

Я села рядом, грациозно поправляя платье, и положила голову ему на плечо. Калеон мгновенно обнял меня за талию, притягивая к своему боку и укрывая своим полем от всего мира.

— Дариан останется в замке ещё на шесть дней, — тихо сказала я, смотря на языки пламени в камине. — Он будет искать встречи. И тебе придется научиться доверять мне, Калеон.

— Я доверяю тебе, — тяжело ответил Король, прижимаясь губами к моим волосам. — Я не доверяю ему. И если он переступит черту... никакие дипломатические законы его не спасут.

Я улыбнулась в темноте комнаты, чувствуя, как его рука крепко, но бережно держит мою талию.

Интим не состоялся, но стена между нами стала еще тоньше. А впереди нас ждали шесть дней тонкой, опасной игры, где Дариан попытается разбить наш союз, а Калеону придется доказать, что он достоин быть не просто Альфой, но и единственным мужчиной в моей жизни!