Королева в плену Ликана

Кровь и снег

Горная тропа была не шириной в человеческую ладонь, а под ногами зияла сотня метров ледяной пропасти. Обжигающий южный ветер, заряженный магией Владыки Валока, бил в лицо, но моя кровь Созидателей отзывалась на него не страхом, а диким, пьянящим азартом.

За мной молча шли десять лучших следопытов Блэквуда.

— Леди Зара! — перекрикивая вой метели, позвал меня командир отряда. — Впереди шаманы Юга! Они начали ритуал!

С вершины скалы открывался вид на плато. Пятеро шаманов в алых балахонах кружились вокруг огромной бронзовой чаши, посылая столб ядовитого огня прямо в небо. Этот столб накрывал армию Блэквуда, выжигая силу воинов и заставляя их боевых волков скулить от боли.

Внизу, в ущелье, гремела битва. Я видела черное знамя Калеона в самом центре кровавого месива. Король Ликанов сражался как бог войны: его двуручный меч сеял смерть, разрывая строй южных наемников. Но с каждой минутой алый дым над его головой становился гуще, сковывая его движения и отнимая силы.

— У нас нет времени, — выдохнула я, сдергивая плащ и обнажая парные клинки из ослепительного титана. — Работаем быстро. Шаманов — мне, остальных берете на себя.

Я не стала спускаться по тропе. Я просто прыгнула с пятиметрового утеса прямо в центр ритуального круга!

Мое появление было подобно удару молнии. Сгруппировавшись в полете, я приземлилась на ноги и первым же режущим ударом рассекла горло главному шаману. Едкая кровь брызнула на белый снег. Чаша с Ритуальным Огнем задрожала!

— Убейте её! Это девчонка-предательница! — взревели южные охранники, обнажая искривленные ятаганы.

Вокруг меня закружился смертоносный танец. Мои клинки пели, встречая вражескую сталь. Я двигалась быстрей, чем успевал следить человеческий глаз: нырок под копьё, точный удар в незащищенное доспехом горло, разворот — и второй клинок пробивает сердце врага. Моя волчица вырвалась наружу, придавая каждому движению звериную грацию и сокрушительную точность.

Мои следопыты подоспели вовремя, связав боем оставшуюся охрану.

Я прыгнула к бронзовой чаше. Ядовито-алое пламя обжигало лицо, пытаясь подчинить мою волю. Но я сжала нефритовый амулет на груди и вонзила оба клинка прямо в сердцевину древнего алтаря!

— Сгинь! — закричала я, вливая всю оставшуюся магию Созидателей в металл.

Раздался оглушительный взрыв! Бронзовая чаша разлетелась на тысячи мелких осколков. Столб алого дыма в небе вспыхнул ослепительным золотом и растаял в морозном воздухе!

Внизу, в ущелье, армия Блэквуда взревела во весь голос! Освобожденные от магического гнета, северные воины с новой силой обрушились на врага.

Я стояла тяжело дыша на дымящихся развалинах алтаря. Свежий порез на щеке кровоточил, доспехи были покрыты вражеской кровью, но в груди пело торжество.

И тут земля подо мной снова содрогнулась.

На другом конце плато из тумана выехала огромная раковина-колесница, запряженная гигантскими бронированными волками. В ней стоял сам Владыка Валок — грузный, покрытый шрамами старик в золотой короне, с окропленным ядом тяжелым молотом в руках.

— Ты думала, что спасла своего северного щенка, Зара? — прогремел его мерзкий, дребезжащий голос. — Ты уничтожила огонь, но забыла про меня!

Он занес свой молот, направляя его прямо в меня. Вектор его магии собирал всю оставшуюся силу плато в один смертоносный удар, от которого негде было укрыться.

Но прежде чем он успел опустить оружие, из тумана с оглушительным, сокрушающим рыком вылетела гигантская тень!

Огромный, иссиня-черный волк с пылающими янтарными глазами размером с лошадь в прыжке снес колесницу Валока! Дерево и бронза разлетелись в щепки!

Черный волк с хрустом переломил хребет вожаку южных зверей и замер над поверженным Владыкой Валоком, прижимая его огромной когтистой лапой к земле.

На наших глазах гигантский зверь начал трансформироваться. С костей сошла шерсть, мышцы перестроились, и перед нами встал Калеон. Он был полуобнажен, его грудь была покрыта свежими ранами и вражеской кровью, а в глазах все ещё горел дикий, неостывший пламень зверя.

Он даже не взглянул на стонущего Валока. Его янтарные глаза мгновенно нашли меня среди дыма и разрушения.

Калеон тяжело, рвано дышал, шагая ко мне сквозь клубы пара. Каждым его шагом ощущалась нечеловеческая сила и напряжение.

— Ты цела? — его голос прозвучал как низкое, раскатистое рычание.

— Цела, — выдохнула я, роняя клинки на снег и делая шаг ему навстречу.

Он не стал слушать больше ни слова. Калеон сократил расстояние, подхватил меня под бедра и с силой прижал к себе. Его губы накрыли мои с такой сумасшедшей, неистовствующей страстью, что у меня окончательно перехватило дыхание. В этом поцелуе смешались вкус победы, запах пороха, крови и безумная, сжигающая нежность двух выживших в аду душ.

Внизу над ущельем гремели победные трубы Блэквуда. Южная армия, лишившись своего правителя и магии, спасалась бегством.

Битва была окончена. И война за Север была выиграна.

Но стоя на вершине скалы в обнимку с Королем Ликанов, я знала: самая главная наша битва — битва за наше общее будущее — только начиналась.