Мой любимый маньяк

1.6. Лика

Проснулась отдохнувшей. Еще бы, столько спать, как сурок. В квартире стояла тишина. Пока шел допрос, устала до чертиков. Честно говоря, ожидала худшего, но Дима был деликатен и вежлив. Уж не знаю, Алекс его настращал или мужчина и сам с усам? Шторы, за все время моего здесь пребывания не открывались ни разу, и сейчас, я снова любовалась, как закатные лучи узкой полоской пробивают себе путь в недра комнаты.

- Проснулась? – спросил Алекс, стоя в дверях ванной комнаты и я вздрогнула от неожиданности.

- Ты меня напугал, Алекс.

- Извини, не собирался. Ванна готова, пойдем. – сказал он, приближаясь ко мне.

- Ванна? – тупо повторила я.

- Угум. – в какой-то своей собственной манере ответил мужчина. Раньше она не замечала, чтобы кто-то так отвечал с придыханием и уверенностью.

Я не стала спорить и оперевшись на его руку, как тяжело больная потопала в ванну. Ну, хоть не на руках носит. Почему-то это меня смущает. Когда он довел меня до ванны, я увидела, что она наполнена до краев, а пышная пена лежит большой шапкой сверху. Остановилась напротив и вопросительно посмотрела на Алекса.

- Ты ждешь, пока я тебя раздену?

- Нет, - опешила я, - жду, когда ты выйдешь.

- Не время стесняться. Мне надо тебя помыть, а то еще утонешь в ванной.

- У меня сотрясение, а не слабоумие, Алекс. – на что мужчина громко рассмеялся, обнажая ряд белых ровных зубов со слегка выраженными клыками, от чего улыбка всегда выглядит немного хищно. – К тому же я обещала, что голой ты меня видишь последний раз, а я не нарушаю свои обещания.

- Такие поспешные обещания просто созданы для того, чтобы их нарушать, Рыжик.

- У меня есть имя, Алекс, а не грибная кличка.

- Какая-какая? Грибная?  - снова рассмеялся Алекс, в этот раз он хохотал громче и дольше прежнего.

- Рада, что так веселю тебя, но не мог бы ты все же выйти?

- Нет. – ответил он и схватив меня в охапку, как есть: в шортах и майке погрузил в ванную. Я задохнулась от возмущения и просто открывала и закрывала рот, пребывая в шоке от того, что он сделал. - А я говорю, мне надо тебя помыть и если ты хочешь мыться одетая, что ж, так тому и быть.

- Ты деспот, женоненавистник, тиран, чудови… - договорить мне не дали губы Алекса, он захватил их в плен и долгие секунды, пока я не одумалась, нежно целовал меня. Когда он отстранился, я забыла о возмущении; о том, что надо отстаивать свое мнение, иначе он затопчет и не заметит даже; а так же о том, что надо держаться от него подальше. Сидела в теплой ванне с закрытыми глазами и наслаждалась неожиданным удовольствием. Услышала, как Алекс хмыкнул. Понял ведь, гад, что мне понравилось.

- Прекрати меня обзывать, в следующий раз за такое, я тебя отшлепаю. – услышала я тихий мягкий голос, но эта мягкость была обманчивой, в ней было предупреждение.

Не открывая глаз, громко фыркнула и облокотилась назад. Я ждала, когда ему надоест на меня смотреть и он уйдет, но я в который раз недооценила Алекса. Он взял мою руку и начал ее намыливать губкой. Я приоткрыла левый глаз и залюбовалась с каким сосредоточением он делает это простое действие. Будто бы сейчас нет на свете ничего важнее этого. Вверх-вниз, вверх вниз…отпускает мою руку, берет вторую. Вверх-вниз…затем одна нога, другая. Сказать, что я распалилась, значит, ничего не сказать. От стона меня сдерживала только его ехидная улыбочка. Затем, он поставил меня на ноги и на полном серьезе водил губкой по моей одежде. Я тоже стояла и смотрела на это с невозмутимым видом. Раз он может, то я чем хуже? Когда он наклонился в другой конец ванны за мылом, то я поняла, вот он мой шанс. Цепко схватив его за майку, я легко перевесила его в полную ванную. Добрая половина воды оказалась на полу, перехлестнувшись через край. Его ноги чуть не сшибли меня, но я вовремя увернулась, позволяя ему искупаться целиком.

Вынырнул он, шумно фыркая и отплевываясь, по волосам его сползала пена. Глаза горели из под бровей, ноздри раздувались, как у дракона, готового извергнуть пламя. И вообще весь его зрительный посыл был весьма свирепым. А вот выглядел он, как мокрая, хоть и большая, кошка, что весьма комично. И я, впервые с момента нашей встречи, задорно рассмеялась. Не могла спокойно смотреть, на него. Да и моя месть была такой сладкой, что я с удовольствием заливалась соловьем. То ли мой смех был заразителен, то ли Алекс уже отошел от нанесенного ему «оскорбления», но он тоже начал хохотать. Стоя по колено в ванной, оба в одежде, с диким смехом, мы, вероятно, составляли весьма занимательную картину для психиатра.

Но все хорошее, как известно, быстро заканчивается. Вот и сейчас отсмеявшись, я поняла, что это не тот мужчина, с которым можно позволять себе все вольности. Я и до этого момента испытывала его терпение по полной. А с другой стороны, в последние дня, я превратилась в настоящую фаталистку. Прислушавшись к себе, почувствовала, что мне все равно, что он со мной сделает. По сравнению со смертью, все остальное ничтожно. Наверное, вследствие этого, я так осмелела, даже, сказала бы, обнаглела. Я всегда была достаточно скромной милой девушкой, не грубила людям, не била их, не мстила. Но с Алексом все было вверх тормашками. Если беспрекословно выполнять все его команды, то превратишься в собаку Павлова. А разве можно испытывать что-то к собаке? Разве что умиление послушанию и четкостью реакций, а мне нужно его уважение, восхищение. Но зачем это мне? Зачем я хочу, чтобы он что-то чувствовал ко мне? Влюбилась, вот и хочешь взаимности? Нет, глупости. Просто хочется поставить его на место, показать, что не все подвластно ему.

И все же когда Алекс потянулся ко мне, я застыла в небольшом страхе. Он был все ближе, его губы были в миллиметре от моих. Безотчетно я приоткрыла рот, ожидая вкусить его губы, моля об этом, хотя это и было опасно для меня, глаза сами собой закрылись. Но…ничего не происходило…Когда я их открыла, то увидела перед собой лицо мужчины с одним приподнятым уголком губ. Он явно насмехался надо мной. Желание моментально превратилось в ярость, но что я могла сказать?

- Расслабься, Рыжик, я не собирался тебя целовать, только душ взять. – и в подтверждение своих слов потряс перед моим лицом душевой лейкой. Что ж, Алекс, один – один.

- У меня просто голова закружилась. – соврала я единственное, что пришло в голову, но конечно он мне не поверил.

Открыв кран, он смыл с себя пену и вышел из ванной. Под ним сразу образовалась большая лужа. Без стеснения, он разделся до гола и швырнул вещи в стиральную машину. А я не могла оторвать взгляд от его безупречной фигуры и этой попы-ореха. Конечно, я все это уже видела и даже трогала, но эстетическое удовольствие я любила получать. За этим иногда ходила в музеи. Однако, этого мужчину, музей сдает в аренду, вот это я понимаю сервис, вот это клиентоориентированность. Так и видела рекламу: «Давид на дом». Не обращая на меня внимание, Алекс оставил меня одну. Я последовала его примеру: разделась, кинула вещи вслед за его и включила режим полоскания на машинке. Обернувшись в полотенце, вышла в свою-не свою комнату и пришлось надеть джинсы, ведь купаться меня отправили в шортах, а другой одежды у меня не было. Хотела лечь в кровать, но услышала голос Алекса:

- Лика, у тебя все в порядке?

- Да. – крикнула я ему в ответ.

- Тогда приходи на кухню.

Придя, я обнаружила на столе три блюда, накрытые стальными куполами, как в дорогих ресторанах при подаче, бутылку вина, бокалы, даже свечи.

- Ой, откуда, и что это? – заинтересованно произнесла я.

- Твой заказ. – я непонимающе уставилась на мужчину. – Да ты не стой. – я села за стол, Алекс напротив. Он откупорил вино и начал наполнять мой бокал.

- А разве мне можно пить? – спросила я.

- От бокала хорошего вина хуже не будет. – ответил Алекс, а меня съедало любопытство, что же там на тарелках. Осторожно я начала приподнимать ближайшую к себе крышку, но почувствовала легкий, но ощутимый удар по руке.

- Ауч. – возмутилась я рукоприкладству.

- А ты не лезь раньше времени. – совершенно спокойно парировал Алекс, доливая вино себе. – Как голова? – он намеренно тянул время, наказывая меня за любопытство.

- Лучше.

- Хорошо. А настроение?

- Нормальное. – я отвечала с трудом, но понимала, что если сейчас вспылю, то он никогда не откроет эти чертовы крышки.

- Ладно,  хорошим девочкам я удовлетворяю любопытство. – ответил мужчина и мне захотелось прибить его за «хорошую девочку», как собака, ей богу, опять вспомнила про Павлова и скривилась.

В это время Алекс одну за другой поднял крышки. Я ахнула и закрыла рот руками. Воспоминания вчерашней пикировки с ним всколыхнули в памяти мой заказ на трапезу. На одной тарелки лежали лобстеры, на другой камчатский краб, а на третьей, на подушке изо льда – устрицы.

- Алекс, я…это же…я пошутила. Не думала, что ты всерьез.

- Вот в следующий раз будешь думать, что говоришь. Потому что если не съешь, я тебя накажу. – я представила, как именно он меня наказывает. Горячие сцены мигом возникли в моем мозгу и отразились на лице в виде красных щек и влагой между ног. Моментально! Господи, этот мужчина сделал меня нимфоманкой. Да что же это такое. Он ведь, скорее всего, даже не секс имел ввиду, а я…

- М-м-м, дважды хорошая девочка, - снова похвалил меня мужчина, - сразу поняла, какое будет наказание.

- Не посмеешь.

- А ты рискни. – с хищным оскалом проговорил Алекс и я поняла, посмеет, еще как. Он поднял свой бокал, и взглядом приглашал меня сделать то же самое. – За жизнь и здоровье. Мы чокнулись бокалами и я отпила совсем чуть-чуть. Пью я мало, поэтому на голодный желудок развезет меня быстро, а с Алексом надо сохранять трезвую голову.

- С чего хочешь начать? – поинтересовался мужчина.

- Наверно с устриц. – Хотя, кого я обманываю, продолжала я мысленный диалог, он и трезвую разведет меня на секс, не прилагая усилий. Порой одного его взгляда достаточно, чтобы я вспоминала все, что он со мной вытворял, и тело моментально реагировало. Зато, если я буду пьяна, у меня хотя бы будет оправдание в виде градуса. В итоге, я взяла бокал и отпила еще приличный глоток. Нет, сейчас со мной захочет спать разве что извращенец. По всему изможденному телу синяки, бледность…

- Ты их раньше пробовала? – поинтересовался мужчина, прервав мои стенания.

- Нет.

- Тогда смотри, есть надо вот так. – он продемонстрировал, но не съел.

- А почему ты не ешь?

- После тебя. – как-то загадочно ответил мужчина. Я пожала плечами и повторила за ним, нечто непонятно-бурого цвета соскользнуло с ракушки мне в рот. Я замерла, большой кусок слизняка омерзительно холодил рот. Не могу точно описать этот вкус, но ощущения гадские. Я не смогу это проглотить. Но и выплевывать как-то не комильфо. Подняла взгляд на Алекса, он сразу все понял и приказал выплюнуть. Долго заставлять меня не пришлось и, под раскатистый смех мужчины, я не совсем изящно сплюнула устрицу на тарелку, запив приличным количеством вина, чтобы смыть гадский вкус.

- Поэтому я не съел. Они отвратительны, но говорят, к ним можно привыкнуть, как к масЛанам или авокадо. Но я не вижу смысла привыкать.

- А меня не мог предупредить?

- Нет, я хотел на это посмотреть. – ответил мужчина, снова заставляя меня злиться на него.

Я принялась за краба, Алекс больше не пытался злить меня. Наоборот помогал мне добывать мясо и рассказывал какие-то байки из прошлой жизни. Я даже поняла, что на долгие полчаса отвлеклась от событий своей жизни. Не знаю, вино тому способствовало или отвлекающие разговоры Алекса, но мне было неважно. Просто можно было представить, что мы влюбленная пара на свидании.

- Пойдем. – сказал мужчина, когда мы доели. Его тон подсказывал мне, что вечер еще не закончен. Привычным уже жестом, он обхватил меня за талию. Я и сама неплохо перемещалась, но не собиралась ему об этом говорить, уж больно мне нравилось то, что он делает. Усадив меня на диван, он предложил выбрать фильм, пока он делает звонки по работе.

Я нашла новинку Корейского кино и включила экран. Когда заставка заканчивалась, подошел Алекс и сел рядом. Тут же обвив меня рукой, он без слов уложил мою голову себе на плечо. И вновь я не сопротивлялась. Мне было хорошо в его объятиях. Так же молча, не комментируя, мы смотрели фильм и хоть мы были расслабленны, а фильм затягивал, все же чувствовалось некое напряжение. Его поза выдавала затаившегося хищника. А я невольно дразнила зверя. Сама не понимая, что делаю, рукой обнимала его за талию и пальцами водила по его боку. По самым чувствительным косым мышцам живота. Вдруг он резко перехватил мою руку.

- Зачем дразнишь меня?

 Он развернул меня и с рыком прижался губами к моим. Ни капли нежности, а, впрочем, о чем это я, этот мужчина не знал этого слова. Брал резко, страстно, горячо. Его рот сминал мои губы, проталкивал свой язык внутрь, не сражаясь с моим, подавляя его, трахая меня своим языком, заявляя на меня свои права. Когда он отстранился, тяжело дыша, я взглянула в его покрытые поволокой страсти глаза и выдала:

- Алекс, мы же договорились – никаких поцел…

- Это ты там с кем-то договорилась, - с хриплой усмешкой, не дал мне договорить мужчина, -  я же не обещаю того, что заведомо не смогу сдержать, поэтому промолчал, помнишь? – я вспомнила, что он и правда не сказал мне ничего по этому поводу, сразу перевел разговор на свою бывшую. Я начала выбираться из его рук, но он даже не замечал моих жалких попыток. – К тому же, я говорил, что ты будешь наказана, если не съешь ужин?

- Но я съела все! – возмутилась я, невольно поддаваясь его игре.

- А как же устрицы, а? Зря не съела, говорят хороший афродизиак.

- Кобель несчастный. Не будешь же ты меня насиловать?

- Поверь мне, Рыжик, когда я за тебя возьмусь, единственное насилие будет для моих соседей слушать твои стоны.

Я вспыхнула, как маков цвет.

- Ты…ты…

- Давай я тебе помогу: сексуальный? Очаровательный? Мужественный?

- Невыносимый. – зло прошипела я. Конечно, я размечталась, он весь день был милым, сдерживался, но свою сущность не сдержишь и она прорвалась наружу.

- Не надо было меня дразнить! Я сдерживался, как мог, но разве я похож на монаха-мученика?

Он снова меня поцеловал, чуть сдержаннее, чем в первый раз, но так же напористо, неимоверно распаляя меня. Да, на монаха он смахивал меньше всего. Я сдалась его напору, начала отвечать на этот бешеный ритм, отвоевывая своему языку место в своем же рту. Мне не хватало воздуха и хотелось большего, я всхлипывала, не то в попытках вдохнуть, не то от тягучей страсти заполняющей все мое естество.

- Алекс. – выдохнула я, сама не зная, что хочу – остановить его и просить продолжать. Он затягивал меня в водоворот страсти. Выбраться из него было невозможно. А хотелось ли?