Прошли дни, а за ними — целая неделя. Мой телефон превратился в немой предмет интерьера. Я проверяла его десятки раз в день, надеясь увидеть хоть какое-то уведомление, но экран оставался черным и равнодушным. Номер Марка больше не отвечал: сначала шли гудки, а через два дня он просто стал «недоступен».
Моя жизнь вернулась в привычное русло, но это было странное, выморочное возвращение. Я снова развозила заказы, снова спорила с навигатором и чаевыми, но внутри меня поселилось липкое чувство незавершенности. Каждый раз, когда приложение выдавало новый адрес в северной части города, я замирала, ожидая увидеть «Лесную, 12». Но особняк словно стерли с лица земли — диспетчер ни разу не упомянул тот район.
Дни тянулись мучительно медленно. Я ловила себя на том, что механически запоминаю детали:
