Энтони
— Ты не представляешь, как тяжело быть фанатом «Пингвинов» в городе, где все болеют за «Ойлерз».
Фыркнув, я поворачиваюсь на стуле и смотрю на Ноэля, развалившегося на моей кровати.
— По-моему ты преувеличиваешь.
Он тоже фыркает, скорчив лицо.
— Ничего подобного.
— Так и есть.
— Да нет же. — Ноэль подскакивает. — Когда приезжали «Питтсбург» в Эдмонтон, мы пошли всей толпой, и я сидел один в секции «Эдмонтона» в джерси Кросби и орал, когда они забрасывали. Было неловко.
— Ты герой, — смеюсь я.
Ноэль бросает на меня саркастичный взгляд.
— Тебе вообще все пофигу.
Я качаю головой, улыбаясь.
— Нет, я пытаюсь мыслить здраво. Ты можешь болеть за кого угодно, и не важно в каком городе ты живешь.
— Как скажешь. — Ноэль снова падает на спину. Он слишком долго молчит, всматрива
