Постыдная зависимость

ГЛАВА16

Жить одним днём и не обращать ни на кого внимания.

Звучало как девиз этих непростых отношений. Но именно так решили они оба.

- Пошли все к чёрту, - в один из вечеров Никита стоял на кухне Татьяны. Переминался с пятки на носок, засунув кулаки в карманы брюк, и смотрел в окно. – Кому какое дело? Сотни женатых мужиков изменяют своим жёнам, и что? Детей оставляют и алименты платить не хотят. Вот куда эта, - он зло стиснул зубы, очередной осуждающий взгляд от пожилой соседки и её: «Куда катится этот мир», доконали его, - милая старушка свой нос совать должна. Не в наши отношения точно. Что плохого и предрассудительного в том, что молодой мужчина влюбился в такую потрясающую женщину?

Татьяна медленно подошла к нему. Положила ладони на грудь и слегка надавила, заставив обратить на себя внимание.

- Лично для меня ничего. Я смотрю на это очень даже положительно. Никита, - привстав на носочки она оставила лёгкий поцелуй в уголке его губ, - на каждый роток не навесишь замок, народная мудрость права. Не обращай внимания.

- Я и не обратил бы, - он обнял и упёрся подбородком в её макушку, - если бы она цокала языком на кого-то другого, не на тебя. Знаешь, что, дорогая моя Татьяна Сергеевна, я бы хотел прожить с тобой, с тобой одной всю жизнь. И детей, - он вздохнул, - если уж и заводить с кем, то только с тобой.

- С чего вдруг? – она фыркнула. – Так-то с Женькой у меня не очень получилось, эгоистом вырос.

- Ну, на ошибках учатся. Сейчас всё было бы по-другому.

- Может, - Татьяна сильнее прижалась к мужскому плечу. Подобрать правильные слова не получалось, что ни скажи, попадёшь впросак. Поэтому решила всё обратить в шутку. – Вот наступит зима, выпадет снег, и мы с тобой под новый год пойдём и слепим себе Снегурочку. А пока давай просто жить и ни о чём не загадывать.

- Согласен. И на Снегурочку тоже.

И вроде жизнь вошла в направленное русло. В будни Никита приезжал к Татьяне и оставался на ночь. Ему нравилось проводить тихие вечера в её квартире. Смотреть, как она сидела на кухне и, сдвинув очки на кончик носа, копалась во взятой на дом работе. Сверяла накладные и графики, читала оставленные клиентами на различных интернет-площадках отзывы. А он в это время мог или сделать доставку, или сам сварганить нехитрый ужин.

Нравилось сидеть вдвоём в тёплой ванне и видеть Татьяну полностью расслабленной. То, как доверчиво она льнула к нему, спиной к его груди. А он так неспешно и чувственно ласкал её. Нравилось, как Татьяна опускала голову на его плечо, закрывала глаза и вся, целиком, отдавалась этой неге. Нравилось, как ощущалась её небольшая грудь в его ладони; какими твёрдыми и острыми становились её соски, когда он сжимал их. Нравилось, как она млела под его руками, когда он, неспешно поглаживая плоский живот. Как она вздрагивала и выгибала спину, стоило ему среди набухших розовых лепестков коснуться комочка нервов и начать стимулировать его. Нравилось, как она кивала и улыбалась, стоило ему прошептать:

- Давай выбираться отсюда, не очень-то хочется в самый разгар услышать стук в дверь и грозные крики соседей, что мы их затопили.

Нравилось то, как они любили друг друга. Как порой Татьяна брала инициативу в свои руки, а порой полностью отдавалась воле и желаниям Никиты.

Никите нравилась та гармония, что царила между ними.

Татьяна же купалась в своём спокойном счастье. Не могла поверить, что влюбилась как девчонка и порой, когда Никита не видел, смеялась в подушку.

Она испытала смешанное удовольствие, когда он отдал ей ключи от своей квартиры. Сделал это первым и не ждал ответного жеста. Но когда получил свой комплект, не пользовался им, сначала звонил, спрашивал, не занята ли она сегодня, и приехав, всё равно жал кнопку домофона. Эта деликатность подкупала.

Татьяна и сама была против нежданных сюрпризов. Но сегодня не удержалась. Даже несмотря на то, что на календаре был конец августа, и на выходные в каждом из салонов была полная запись, сорвалась с работы пораньше.

С улыбкой остановилась у ресепшена:

- Катюша, я домой. Если что-то очень срочное, из разряда «мир в огне», звони. Но я уверена, вы и без меня со всем справитесь.

- Справимся, Татьяна Сергеевна, не волнуйтесь.

И она упорхнула. По пути заскочила в супермаркет, купив всё необходимое, для вкусного домашнего ужина.

Уже на лестничной площадке, придерживая большой бумажный пакет коленом, слегка наклонилась, стараясь попасть ключом в замочную скважину, но дверь неожиданно для неё распахнулась.

- Никита?

- Привет, - он перехватил пакет из её рук, - ко мне сестра с племяшкой заезжали, ушли буквально пару минут назад. А я в магазин собрался, а тут ты.

- Ты мне такой сюрприз испортил, - скрыть досаду не удалось.

- Я исправлюсь. И всё исправлю, - поставив продукты на кухонный стол, Никита потянул Татьяну за руку в гостиную, к большому дивану. – Вот прям сейчас и начну. Я так соскучился.

- Глупый ты мой мальчишка, - она улыбнулась, положила ладони на его плечи и нежно поцеловала. – Мы же не виделись всего два дня.

- И это для меня очень, очень, - он оставлял след от губ в вырезе её блузки, - очень и очень много.

Как будто доказывал очевидное, Никита взял в ладони её лицо и приблизился губами у её губам. И как всегда в такие мгновения, сердце Татьяны забилось с удвоенной силой, а от удерживающих крепких мужских рук по венам горячей лавой разлилось жгучее желание.

С их первого близкого знакомства Никита изменился, стал более уверенным, умелым. Вот и сейчас его губы были весьма настойчивыми. И ей захотелось его подразнить. Но внезапная острая боль от укуса заставила её открыть рот, позволяя Никите погрузиться в неё. От этого исследования всё внутри плавилось, а между ног знакомый пожар усилил пульсацию в самом сокровенном местечке. Чтобы не упасть, Татьяна вцепилась в плечи своего искусителя. Когда это случилось? Когда только один поцелуй возбуждал её так сильно? И когда Никита успел уложить её на диван и сам нависнуть над ней, раздвинув коленом её ноги?

- Ненавижу, когда ты в джинсах.

Схватив за пояс, он потянул её к себе, и тут Татьяна взвизгнула, ощутив под лопатками не диванную подушку, а что-то, что не просто доставило дискомфорт, но и напугало своим пищащим и протяжным: «Мааа-ма».

- Подожди, - она несильно оттолкнула Никиту и, заведя руку за спину, достала небольшого пупса.

- Упс, - Никита сел на пятки, не пытаясь сдержать смех от неловкой ситуации. – Как так произошло? Мы же вроде как предохранялись? И кто у нас, мальчик или девочка?

- У нас, - Татьяна и сама села, рассматривая куклу, - у нас девочка, определённо.

- Прости, это Верочка забыла. С учётом того, что с собой они носят целый рюкзак с игрушками, неудивительно, что про эту она и не вспомнила.

- Весь настрой сбился, да? – Татьяна вздохнула и невольно сморщила нос.

- Есть немного, - Никита усмехнулся, - но я все верну. Сейчас. А после ужина ещё и с процентами рассчитаюсь.

Он снова поцеловал её, медленно, нежно и глубоко, словно всё время в мире принадлежало только им. Запутавшись пальцами в шелковистых волосах, Татьяна ответила на поцелуй.

- Я сам себе завидую, часто, - Никита неспешно раздевал её, - завидую тому, как мне повезло и я встретил тебя.

Избавив её от блузки, он присел, потянулся к пуговице на джинсах и снял их вместе с бельём. Сейчас она стояла перед ним практически голая, и не смущалась. Наоборот, коварная соблазнительная улыбка приподняла уголки её губ.

Он выпрямился, снова поцеловал её, а потом развернул лицом к дивану и положил ладони на мягкие подушки.

- Хочу тебя вот так, прямо сейчас.

Его рука прижалась к её спине, надавила, пока Татьяна не встала так, как он просил.

Никита касался, оглаживал, шепча, что у неё самая прекрасная, самая потрясающая задница в мире. Скользил пальцами по мокрым складочкам, пока её к****р не взорвался огнём, а бёдра не начали бесконтрольно извиваться.

- Никита, не медли.

Самодовольная усмешка мелкими разрядами электрического тока прошлась по каждому позвонку.

- Ты в моём доме, почти в моей власти. Дай мне насладиться тобой так, как я хочу.

И он наслаждался. Пил её медленно, по капле забирая воздух из лёгких, пока колени не дрогнули. Пока каждый нерв внутри её тела не напрягся; пока спазмы, словно разряды молний, не пронеслись по всем венам и артериям, сопровождаемые блеском фейерверка.

- Никита.

Её стон был протяжным, долгим, как тот оргазм, что накрыл с головой.

- Нет, - он снова смеялся над ней. – Нет, моя дорогая, моя любимая, ещё рано.

Проведя влажным членом по припухшим складочкам, Никита толкнулся в неё. Заполнил полностью и замер. И сегодня это было гораздо глубже, чем обычно. Татьяне хватило минуты, чтобы снова задрожать, снова чувствовать и желать большего. Она закрыла глаза, полностью отдавшись невероятному наслаждению, что дарил этот мальчишка. Её дыхание было быстрым и неглубоким, сопровождалось прерывистыми всхлипами, предвестниками того, что она уже близко. Так близко к краю пропасти, сорваться с которой сейчас казалось не так уж и страшно.

Но и Никита не сдерживался. Он входил в неё сильно и глубоко. И то, какой была кульминация, шокировало и его самого. Прижавшись лбом к спине Татьяны, потрясённый, он твёрдо произнёс:

- Я люблю тебя.